Тень Великого Древа (СИ)

- От коня зависит. Моему – два дня ходу, а кляче Косматого - неделя.
Косматый бросил в Хаггота сапогом. Тот уклонился и метнул нож. Не в шавана, конечно, а просто так – показать прыть. Клинок вонзился в доски, и Косматый тут же заявил:
- Лысый хвост, а не бросок.
Скоро они все метали ножи в стену, нацарапав вместо мишени крест. А Хармон укрепился в своем решении.
Поскольку он и Низа по-прежнему плыли на разных кораблях, он сочинил ей письмо и передал через вестового при якорной стоянке в Руайльде. Хармон остался очень доволен тем, как логично и веско обосновал необходимость брака. План строительства небесных кораблей очень выгоден и заманчив, и давал твердые причины для женитьбы, чуждые всякого легкомыслия. Столь разумное предложение невозможно отвергнуть!
Пока эскадра шла от Руайльда к Грейсу, все на борту готовились к одной свадьбе, и только Хармон предвкушал другую.
* * *
- Все вон, - сказал герцог Морис Лабелин.
Стражники и слуги поспешили на выход. Только горничная все еще колдовала над свадебным платьем, пытаясь затянуть его на спине Магды и закрепить результат булавками. Герцог пристально глянул на горничную:
- Особенная, да?
- Ваша светлость, но как же…
- Ногами! Вон!
Бросив свое дело, девушка ринулась к двери. Платье тут же разошлось сзади, утратило форму и повисло на бретельках. Магда оказалась одета в белый мешок с изрядною прорехой на спине.
- Оно мне мало.
- Заказал по зимней мерке. Ты растолстела в Шиммери.
- Идовы портные ошиблись, нужно срочно сшить другое.
- Корова. Кабаниха.
- Папа!..
- К тому же, дура.
Кровь бросилась в лицо Магде. Папенька мог звать ее толстухой, лентяйкой, скрягой и даже свиньей, но всегда гордился ее умом.
- Отец, как вы можете?
Герцог Морис обошел ее по кругу, рассматривая, словно чучело.
- Я закажу другое платье, - промямлила Магда.
- Нет.
- Выйду и переоденусь…
- Стой.
Герцог Морис выбрал точку для наблюдения, подвинул кресло и уселся так, чтобы видеть всю полноту уродства дочери.
- Дуреха… - он брезгливо встряхнул подбородками. – Что мне с тобой делать?
Магда не нашла ответа. Уткнулась в пол, погладила себя по бокам, силясь придать платью подобие формы.
- Хоть осознаешь, что натворила?
Магда промолчала.
- Та дочь, которая была у меня зимой, все понимала бы сама. Но солнце так напекло тебе голову, что мозг расплавился и вытек через ноздри… Свинка моя, какой черт подбил тебя связаться с Адрианом?!
- Я думала…
- Ни черта ты не думала! Уж точно – не головой! Между ног засвербело, а тут раз – мужчинка. Красавчик, янмэйчик. Отчего бы не взять?
- Отец, я не…
- Твою ж Праматерь, кончай перебивать! Когда захочу услышать хрюканье, дам тебе слово. А сейчас – молчи и терпи! Я вот терпел, сожри тебя тьма. Ты лазила где-то в горах, куда птицы не летают, слала мне эти вот писульки… - Герцог с отвращением сжал пальцы, будто комкал ленту голубиной почты. – Я ничего не мог, только читать и молиться, чтобы ты не испортила окончательно все! Не утопила в глубоком дерьме свои же успехи! Читал и молился, заклинал Праматерь Софью… Но какое там! Ты утопилась сама, высунула руку из выгребной ямы, схватила меня, маму, брата, вассалов, рыцарей - весь Дом Лабелин, сожри его тьма, - и бульк в дерьмище!
Герцог схватился с места, взбудораженный гневом. Принялся расхаживать по комнате, тяжелым шагом выжимая скрип из половиц.
- Адриан – прокаженный. Знаешь, когда по всему телу – эти вот язвы, из которых льется гной. Он противен целому миру, все хотят его прикончить. Адриан – идеальный козел отпущения. Кто еретик? Адриан. Кто разогнал Палату? Адриан. Кто самодур и деспот? Кто сжег Эвергард? Кто посеял смуту, допустил мятеж, потерял достояние Династии? Кто крал леденцы и насиловал овец?! Адриан, Адриан, еще трижды – Адриан! Черт, даже я хотел его придушить – за то, что он проиграл, когда я ставил на победу. Как можно было проиграть, имея пятнадцать искровых полков!.. С этим презренным существом надо было сделать одно: при встрече сразу заколотить в гроб. Еще и просмолить все щели, чтобы точно защититься от заразы. В таком виде привезти его сюда и продать кому-нибудь – вместе с гробом, не открывая. Но, боги, класть его в свою постель!..
 
Герцог сделал короткую паузу. Новая волна гнева захлестнула его и брызнула словами:
- Знаешь, в чем самая большая твоя глупость? Конечно, нет, откуда!.. Ты думаешь, что он исполнит обещания. Станет тебе верным мужем, окружит тебя, значит, заботой и уважением… Очнись! Этот кусок янмэйского дерьма до сих пор мнит себя императором. Он, видишь ли, оскорблен твоим шантажом. Ты заметила: он не пляшет от счастья, не лижет нам пятки в благодарность за то, что жив. Он, понимаешь ли, таит обиду и лелеет планы мести. Спать с ним в одной койке – все равно, что с шакалом!
Морис Лабелин вытер платком пот со лба. Грузно опершись на подлокотники, опустился в кресло. Он тяжело дышал, утомленный собственной яростью.
- Ладно, идиотка, теперь скажи… О чем ты думала?
Магда разгладила платье, собираясь с мыслями. Поискала сторону, откуда можно зайти, не рассердив отца. Как начать, чтобы первою же фразой смыть с себя клеймо «дуреха».
- Прежде всего, папенька, я проверила, что задумал Адриан. С помощью одного полезного человека стала перехватывать его письма. В них нет никаких планов против нас. Вот они, поглядите…
Придерживая платье левой рукой, Магда открыла ящик стола и вынула пачку бумаги.
- Дура, - буркнул отец. – Там все вранье.
- Вы даже не прочли!
- Раз Адриан дал их перехватить, значит, там заведомая ложь. Он накормил тебя дерьмом.
Магда сглотнула комок горечи.
- Папенька, мы захватили огромное число оружейных очей. В дороге солдаты тренировались, скоро у нас будет полноценный искровый полк!
- Чувствуешь вонь?.. – Буркнул отец. – Это я обделался от счастья. Целый искровый полк – надо же! Одна десятая той армии, которую Ориджин разбил в прошлом году!
- Очей хватит на пять полков. Мы подготовим тысячи солдат…
- Они будут спать в твоей кровати, между тобой и мужем?.. Чем они помогут, когда Адриан решит предать?!
- Он не сможет предать меня, пока не одержит победу над…
- Вот именно, сожри тебя тьма! Если он не одержит победу, вас с ним захотят убить Ориджин, Минерва, Кукловод и еще примерно полмира! Но если одержит, то убивать тебя придет он!
- Папенька, наши враги воюют между собой. Шейланд и Ориджины расправятся друг с другом. Тот, кто останется, будет слаб.
- Хрен мышиный – вот кто слаб! Весь Запад теперь за Шейландом. Орда, вооруженная Перстами! Они сожрут Первую Зиму и даже не подавятся!
- Есть деконструктор…
- Это что за дрянь?!
Магда толкнула манекен, на котором прежде висело платье. Деревянная фигура с грохотом треснулась на пол. Руки отвалились и отлетели в стороны.
- Папенька, если вы и дальше будете перебивать меня, то услышите лишь одно: как я называю вас старым мерзким засранцем.
- Тогда я пошлю тебя ко всем чертям. Одну, без армии и денег. Сдохнешь в канаве со свиньями.
- А вы сдохнете старым мерзким засранцем, которому не хватило ума выслушать собственную дочь.
Герцог поскреб подбородки.
- Что там за хренконструктор?
- Священный Предмет, способный уничтожать другие Предметы. Помните форт в Запределье? Был – и не стало. Предметы исчезли в небытие и забрали с собой форт.
Во взгляде отца появилось нечто вроде интереса.
- Хочешь сказать, ты знаешь, как это сделали?
Магда заговорила медленно и многословно. Теперь-то отец не станет перебивать, из любопытства будет слушать внимательно. А пока слушает – успокоится и сможет ее понять.
Не торопясь, Магда изложила все, что знала о деконструкторе, и даже кое-что домыслила. Отцовский гнев ослаб, багровые пятна ушли с лица.
- Любопытные сведения. Как ты их добыла?