(не) беги от меня (СИ)

– А ты вообще молчи и отправляйся в дом! С тобой я еще поговорю!
– Но брат!
– О чем ты ее попросила, Вероника? Ты хоть понимаешь как там опасно для тебя?
– Мне надо было купить срочно кое-что и Вика повезла меня.
– Куда? – Руслан, грубо схватив двумя пальцами мой подбородок, вынуждает посмотреть ему в глаза. – Куда ты ее возила?
– В аптеку за лекарствами! У меня месячные! Живот разболелся! Ясно тебе? – завопила Ника на всю округу. – И не ори на нее, она ни в чем не виновата! Вы оставили меня одну! И мама с папой и даже ты! Я никому никогда не нужна была, а теперь за территорию выехала, и сразу вдруг вспомнили обо мне! Я ненавижу тебя, понятно! И мать я тоже ненавижу! Всех ненавижу!
Девчонка расплакалась и уехала в дом. Как оказалось, слуги стояли неподалеку и наблюдали за семейной драмой. Я сама стояла, глотая слезы, ведь слова Ники оказались куда более болезненными, чем семь смертных казней, что я успела себе надумать в голове.
Вздрагиваю, когда рука Руслана прикасается к моей щеке. Показалось, что он ударит меня. Сердце бьется с бешеной скорость, я закрыла глаза, боюсь посмотреть на него. Он встает ближе, и я ощущаю его дыхание на своем лице.
– Посмотри на меня, – голос чуть осевший, скорее расстроенный, чем злой, а я не могу посмотреть, слезы стекают по щекам неугомонно.
– Прости, – шепчу не в силах открыть глаза, и подавить эмоциональные порывы, а он вытирает слезинки, а их, как назло, становится только больше. – Прости, пожалуйста.
Утыкаюсь лицом в ладони, реву безбожно. Руслан обнимает, прижимает к себе ближе. Нет сил удивляться и поражаться резко возникшей теплоте. Как я вообще могла подумать, что он способен меня ударить?
Уже даже не ругает, не фыркает в мою сторону, а прижимает крепче, гладит по спине, будто извиняется прикосновениями, а из меня вулкан негодования в виде слез хлещет и хлещет. Чего он добрый такой? Почему не кричит? Может, так было бы лучше, если бы он разорался и отправил меня обратно в Москву. А теперь что? Я совсем себя утратила. В своих глазах упала, в его – доверие потеряла.
– Пойду и поговорю с Никой, а ты иди отдыхай.
– А машина?
– Не переживай, Кай позаботится об этом.
  
Глава 25
 
Не знаю, пришли ли к примирению Руслан с Никой, но мне очень хотелось увидеть девчонку, невзирая на то, что уже час ночи. Почему-то я была уверенна, что рыжая не спит. Да и в моем, как говорится, глазу, сна нет. Конечно, после такого-то! И на ужин я не спустилась, притворившись спящей, хоть Руслан заходил в комнату, чего ранее ни разу не делал.
Сейчас, похоже, весь дом спал, кроме меня и, как оказалось, Ники. Девчонка кормила змей, и настроение у нее было на удивление отличное, чего не сказать обо мне. Я думала за сказанную тираду, думала, она тут слезами обливается, соплями давится, оказалось, нет! Гадюк своих кормит.
– Я рада, что он тебя не грохнул. У тебя какая-то власть над моим братом. Любого другого за произошедшее он убил бы.
– Зная твоего брата, любой другой не пошел бы на такое.
– А ты все же плохо его знаешь, раз решилась на такие подвиги. Сильно досталось?
Девчонка закрывает террариум и подъезжает ко мне с мелким полозом. Кладет ползучего мне в руку. Тот холодненький, извивается, потом снова перекочёвывает в руки к хозяйке. А я, вообще-то, стою с ведром мороженого и двумя ложками в надежде, что она составит мне компанию.
Мы протрещали до дна ведерка, а потом я удалилась спать. И на удивление уснула очень быстро. Странные сны одолевали меня. Сперва кошмары, а после Руслан. Хотя и был он в обоих снах, второй мне понравился куда больше. Сегодня я впервые увидела его таким злым. Признаться честно, больше видеть его таким я не желаю. И если поутру он не отправит меня домой, до конца месяца я буду молча выполнять рабочие обязанности, даже не глядя на него. Но это так тяжело, когда тело манит к нему как к магниту, когда одним лишь взглядом он притягивает меня к себе. Этот зеленоглазый, умопомрачительный, горячий.
 
– Руслан, – выдыхаю в полупробуждённом состоянии, а может быть даже в возбужденном! Но отчетливо слышу невнятное «чего» в свое ухо, опаленное горячим шепотом. Все равно не догоняю. Приятно, тепло, кайфово. Главное, глаза не разлеплять, а то сон как мираж исчерпает себя в реальности и все канет прахом. Или уже кануло, в тот самый момент, когда горячие и крепкие руки захватили меня в плен. Я сдалась без сопротивления. Понимала ли я, что силы не равны? Бесспорно. Что-то вертелось в голове между сном и реальностью на грани безумия и бесстыдства. Особенно когда ощутила, как в голый зад упирается нечто большое, твердое, горячее и явно не Григорий. Или слава богу, что не Григорий? Но холодок пробежался по телу, когда губы коснулись плеча, обжигая кожу, а ладонь властно сжала грудь.
– Руслан, – еле произношу, сдерживая стон, когда он начинает массировать сосок, зажимать пальцами, потом снова гладить.
– М-м-м?
– Что ты делаешь?
– А разве не видно?
Окончательно пробудившись, распахиваю глаза и ору.
– Что ты делаешь в моей постели?
Вырвавшись из его рук, сваливаюсь на пол, схватив свисающее одеяло, натягиваю на себя. Осматриваюсь по сторонам. А комната не моя! Подползший к краю зеленоглазый смотрит на меня сверху вниз, лукаво улыбается и облизывает пересохшие губы.
– Вика, это моя кровать, моя комната. И это ты пришла ко мне ночью.
– Я пришла? – ну охренеть! – Мы с тобой…делали это?
– Это? – усмехается паршивец. – Что «ЭТО»?
Да у меня язык прирос к нёбу и «ЭТО» не могу назвать так, как положено.
– Что вчера с тобой было, что ты не помнишь, чем мы занимались ночью? Вик?
– А? – продолжаю краснеть сидя на полу. Стыд-то какой!
– Может, все-таки вернешься в постель?
– Не-а, – мотаю головой и, натянув одеяло до подбородка, закрываю все свои прелести.
– Ну нет, так нет.
Неужели я…??? О боже, ну кем надо быть, чтобы так безбожно нажраться мороженым до беспамятства и переспать с боссом? Или уже не боссом? Я уже в край запуталась, что между нами! Но ничто не мешает мне продолжить сидеть на попе смирно, обжимаясь с теплым одеялом, а мимо меня тем временем беззаботно и не спеша идет Руслан, совершенно голый. И не стесняясь демонстрирует все свои прелести в отличие от меня. Зачем-то проводила его взглядом, пока он не вошел в ванную, нарочито не закрыв дверь.
– Может, присоединишься?
Ну уж фиг ему.
Быстро поднявшись, ищу свои вещи и с облегчением обнаруживаю белоснежную кровать. А ведь девственность не проходит бесследно! Не проходит же?
Не хотела бы я так. Переспать и не вспомнить. 
Нахожу свою ночнушку и халат, быстро одеваюсь, пока Руслан моется. Как дерганная постоянно посматриваю, не подглядывает ли он за мной, пока я вползаю в одежду. Так ведь сама хороша. Пялюсь на его упругую накаченную задницу, запутавшись в куске ткани. Ну до чего же она хороша! Не ткань, задница этого бога атлетического. Лежала ж с ним в одной кровати, оба голые. Трогай – не хочу! Лапай сколько влезет, да вот только такое не может быть без последствий, а я все-таки не понимаю, что между нами? А ясности все же хочется.
Кран перекрывается. Шум воды стихает. Что-то подозрительно быстро он! Но я уже бросаю одеяло и даю деру из комнаты по направлению к себе. На пути встречаю Нику. Одетая в новый цветастый сарафан, накрашенная и волосы уложены. Не то что я… Сбежавшая любовница…
Рыжая секунду смотри спокойно, после чего улыбка становится шире обычного. Ей и говорить не надо, любопытные глаза стреляют в желании узнать о моей сегодняшней ночи. И когда мы успели стать такими подружками?
– Я хочу все знать!
– Нет! Ничего не было!
– Ну-ну!
– Ничего не было!
  
Глава 26
 
– Вика.
– М-м-м?
– Посмотри на меня.
А я не хочу. Ой как не хочу!