Что ты сделал, дурак? (СИ)

— Противозаконное? — нахмурился Торк. — Надеюсь, не наркотики?
— Нет, трансураниды! — поспешила успокоить его Эйна. — Их не запрещено добывать и продавать.
— А, тогда все нормально, найду я покупателя, который лучшую цену даст, — улыбнулся диспетчер. — Трансураниды всегда в цене. Сколько и каких?
— По четыре килограмма астазия и наромия, — ответила девушка. — Только они…
  
— Что?
— Они в стазис-контейнерах древних. Рабочих контейнерах.
Глаза Торка сделались абсолютно круглыми, он несколько раз хватанул ртом воздух, словно задыхался. Потом ошалело помотал головой и посмотрел на Вирта, как на самоубийцу.
— Парень, ты с головой дружишь? — хрипло спросил он.
— Да, а что? — удивился тот.
— Ты что, не понимаешь, что если засветишь на станции рабочие стазисные контейнеры древних, то тебя с нее не выпустят? Поймают и будут пытать, пока ты все не отдашь. И то не поверят, до смерти запытают.
— Ну, пусть попробуют, — наклонил голову набок Вирт, глядя на собеседника с неприкрытым любопытством. Затем протянул вперед руку, на которой из ниоткуда возник лохматый шар пламени и с утробным воем завертелся над ладонью. — Дело в том, что я псион высшего уровня, не знаю, как они у вас тут маркируются. Я очень издалека.
— Мда… — с трудом выдавил диспетчер, глядя на пламя. — Если об этом узнают, то на станции на тебя никто не рыпнется, дураков нет, с псионом А-уровня связываться. Разве что ушастые рискнут, но их сейчас на станции нет, и в ближайшие два месяца не предвидится. Но показать себя тебе придется, один раз дашь отпор, после чего никто не полезет. Особенно если мозги нападавшим выжжешь.
— Выжгу, не проблема, — кивнул парень,
Впрочем, Торк сильно сомневался в его молодости. Поговаривали, что сильные псионы живут тысячи лет и до смерти выглядят молодыми. Так что этому типу может быть и триста, и больше лет. Однако спас девчонок, вмешался. Значит, надо помочь с продажей, выходы на торговцев артефактами у старого диспетчера имелись, и люди это надежные. Они же и трансураниды заберут для перепродажи. Дочкам старого друга все в пользу. Надо только договор с этим псионом жесткий заключить. Хотя они, насколько известно, и не нарушают своего слова никогда, но береженого боги берегут.
[1] Названия первых трансуранидов даны в земном варианте, привычном для русскоязычного читателя. Последние два с номерами 126 и 128 на Земле неизвестны. (Прим. автора).
  
Глава VII
 
Сплюнув, Губастый покосился на подельников, спрятавшихся за техническим коробом в ожидании богатого лоха, которого Хорт дал задачу пощипать и как следует напугать, чтобы не ерепенился, когда чистить станут, и покорно подписал все, что подсунут. Потом и самого в рабство продадут, чтобы лишнего не болтал. Ушастые за него неплохие деньги дадут, им страшно охота выяснить, где этот придурок нашел рабочие артефакты древних. Оно бы и самим не помешало, но спорить с эльтарами — ну его, дурное занятие. Поймают и такое с тобой сотворят, что никому мало не покажется.
— Идут, — едва слышно предупредил незаметно подошедший Сопля, исхитрявшийся добывать информацию отовсюду, многие поражались, не понимая, как у плюгавого мужичонки это получается. — Товар, кенты баяли, скинули Лоресу через Торка-диспетчера, креды уже на счету у красавчика. До хрена! Больше миллиарда. Скоко точно не знаю.
— Ничо, сам все скажет, как жопу прижгут, — хохотнул Губастый, предвкушая развлечение, он обожал издеваться над богатыми и успешными, вымещая на них злобу за свою неудавшуюся жизнь.
В том, что его банда справится с одним мужиком и двумя бабами, он ничуть не сомневался, будь тот хоть космодесантником в отставке. Двадцать против троих — это тебе не горстка ягод. Парализуют, свяжут, а потом оттянутся по полной. Девок надо будет поиметь всей толпой, а потом пристрелить на глазах у лоха. Один выстрел в разъем сети, и все, никто не узнает, что там с ними было. Губастый предвкушающее причмокнул — вот уж он оторвется! Это же так приятно, когда ухоженная «примерная» сучка ползает у тебя в ногах и умоляет пощадить, а ты не снисходишь, и она получает все, что заслужила. Они так сладко дергаются, когда подыхают! Бандит осклабился в предвкушении.
— Идут! — предупредил Рухан, сутулый выходец с дикой планеты, всегда угождавший любому, кто был хоть немного сильнее.
Прикормленный человечек из конторы Лореса сумел направить лоха по нужному маршруту, и это хорошо, не придется бегать за ним по всей станции. А то бы заплатил тот за охраняемую территорию на третьем уровне, и все — пиши пропало, туда не пробиться. Местные охранники ценят свои места и на попытки подкупить отвечают выстрелами игольника, с ними каши не сваришь, сколько рисковых ребят они погубили, паскуды долбаные. Нет бы, как нормальные люди, войти в положение, взять деньги и пропустить куда надо киллера или похитителя, всем было бы выгодно, они стреляли в ответ на любые предложения. Откуда только такие ненормальные берутся?..
— Приготовиться! — скомандовал Губастый, сам доставая парализатор.
Из-за поворота вышел рослый молодой мужик с длинными русыми волосами, сколотыми в хвост, его сопровождали двое местных девчонок, сестры Бахем, на которых давно облизывались многие сутенеры — уж больно хороши. Но дуры строили из себя порядочных! Ничего, узнают перед смертью, что такое настоящие мужчины. А как они визжать будут, когда он их резать начнет! Губастый даже зажмурился от предстоящего удовольствия.
Подняв парализатор, он выстрелил в идущего первым длинноволосого, причем выстрелил несколько раз подряд. Примеру предводителя последовали остальные бандиты. Вот только… ничего не произошло. Лох не рухнул на пол, как должен был, а остановился и с добродушным любопытством уставился на выскочивших из-за угла людей. Губастый продолжал стрелять, все больше изумляясь, но это не производило на лоха никакого впечатления. Только приглядевшись, бандит понял, что длинноволосого с девками ограждает едва видимая световая пленка. Вот тут-то ему и стало страшно. Силовое поле! Личное силовое поле! Да такая редкость столько стоит, что во фронтире ее нет даже у глав самых больших кланов. Но это, как выяснилось, было только начало.
Длинноволосый поднял ладонь. Некая невидимая сила взметнула бандитов почти под потолок коридора, пришпилив к переборке. Только тут до Губастного дошел весь ужас ситуации. Псион! Псион высшего ранга, чтоб ему к демонам в ад провалиться! Да знай он, на кого лезет, никогда бы не рискнул! Все лихие люди во фронтире с детства знали одно — не становись на дороге у псиона. Такового можно одолеть, только взорвав корабль, где он находится. Да и то вряд ли. А уж какие истории ходили о мести проклятых колдунов тем, кто задевал их интересы! Губастый попытался сказать, что он извиняется, что это ошибка, что их подставили, натравив на такого прекрасного человека, но не смог промолвить и слова — горло перехватило. А затем для него все закончилось. Получив нужную ему информацию, псион просто выжег нападавшим мозги.
Вирт только головой покачал, глядя на бандитов. Обычный гоп-стоп. Причем этих убогих явно послали в надежде посмотреть, что будет. Камеры под потолком вели запись происходящего, так что заинтересованным сторонам вскоре станет известно обо всем. Помимо того их с Эйной и Тией сопровождал миниатюрный дроид с «Птицы». Именно с целью сделать видеозапись, которая должна напугать преступный мир станции до мокрых штанов. Тогда никто больше не рискнет лезть, а ему только того и надо. Не хотелось постоянно разбираться с желающими поживиться чужим добром.
  
«Птица» действительно с трудом вошла в ангар, арендуемый сестрами. Сообщать местным, что она на самом деле трансформер, легко способный сменить форму и размеры, Вирт не собирался. Как и задерживаться особо на «Лераме». И вообще в этой вселенной, если не найдет чего-то или кого-то интересного. Местные жители его интересовали крайне мало — практически у всех пустые и тусклые души, только у кое-кого проскакивают искорки, да даже не искорки, а так, намек на них. Как они здесь еще не перемерли с таким катастрофическим отсутствием творческой энергии! Неудивительно, что здесь новые изобретения раз в пару десятков лет делаются, да и те чаще всего не изобретения, а улучшенные версии уже существующего. Похоже, эта вселенная попала в ловушку, о которой Путник говорил Сталину — ловушку чужих знаний и технологий, все местные являют собой наследие неких древних. О собственных разработках и других путях здесь давно позабыли.