Любовники по несчастью (СИ)
Никита устроился между моих ног, и был уже готов, только вот входить в меня не спешил. Мужчина прильнул губами к моей груди, жадно целовал соски, немного покусывая. А я мычала от удовольствия и ерзала на месте.
Внизу живота скручивался тугой узел. Я вдруг посмотрел на окно…
Черт, а ведь занавески не зашторены…
Черт, а ведь нас кто-то мог видеть из дома напротив…
Другая на моем месте… да даже я, ещё несколько дней назад, вскочила бы с места и стыдливо бы задернула занавески, в надежде, что всего этого никто не увидел.
Но сейчас другая, новая я. И осознание того, что за нами могли наблюдать помогло моему возбуждению достигнуть своего наивысшего пика, мне буквально сорвало крышу и я, потянувшись руками, коснулась члена Никиты и, направляя его, подалась вперёд.
Он вошёл. Всего лишь на головку. Я чувствовала это остро, особенно. Никита прорычал и, выпрямившись, положил горячие ладони мне на ягодицы. И тут же начал двигаться во мне. Всё быстрее и резче. Ненасытней. Превращая наш секс в нечто безумное.
И как будто все снова рассеивалось. Как будто не было всего того плохого, что с нами произошло. Были только я и он. Жена любовника и муж любовницы.
Тоже — любовники.
Утро пришло тёплым. Я проснулась от того, что солнце ласкало кожу бедра. А повернувшись, увидела рядом Никиту.
Он мирно спал, чуть раскрыв губы. Абсолютно голый. Как и я. Его край одеяла прикрывал лишь икры, позволяя мне любоваться красивым мужским телом.
И мне так хорошо стало. Уютно.
Я сладко потянулась и даже улыбнулась новому дню
Казалось ничто не могло его испортить. Но тут я услышала как в недрах квартиры надрывался мой телефон.
Аккуратно встала и прошлепала босыми ногами на кухню.
Телефон нашла у мойки, под водолазкой Никиты.
— Какого черта… — пробубнила я, увидев имя звонившего. — Только тебя мне не хватало…
Я хотела сбросить звонок, но тут посмотрела на время.
Вот черт!
Вот это мы поспали!
Я уже минут сорок как должна быть у делового центра! Мама ведь меня ждёт!
Суета в голове и в жестах сыграла со мной в злую шутку, потому что я, неловким движением пальца, скользнула по экрану, принимая этот чёртов звонок.
— Ульяша, ну наконец-то, привет, — услышала я и, мысленно матюгнувшись, вынуждено приложила телефон к уху.
— Здравствуйте, Елена Николаевна.
Глава =18=
— Ульяша, когда ж ты запомнишь, я для тебя — мама, — приторно сладко прозвучал в трубке голос моей свекрови.
Я закатила глаза. Тоже мне, мама!
И ещё эта её "Ульяша" раздражало, особенно сейчас! Да, Юра именно от мамы это перенял, даже с похожей интонацией так моё имя произносил.
— Вы что-то хотели? А то я тороплюсь, — вежливо произнесла я, оглядывая кухню. Стояла я на ней, кстати, все ещё голая.
— Хотела, дочка, узнать — ты чего это удумала? — я слышала по ее голосу, что свекровь улыбается. Даже представила эту улыбочку и заодно лицо Елены Николаевны.
— Вы о чем? — чуть удивленно спросила я.
— Я о разводе, что за глупости?
Меня такое заявление ошарашило:
— А ваш сын вам не сказал почему?
— Сказал, у нас тайн друг от друга, сама знаешь, нет…
— И по вашему измена — это не повод для развода? — удивилась я ещё больше.
— Господи, ну подумаешь, гульнул парень, с кем не бывает. Мужчины по своей природе полигамны. Вот Петя, царствие ему небесное, мне всю жизнь изменял.
— И вы прощали?!
— Конечно, — совершенно спокойно и даже ласково ответила Елена Николаевна. — Потому что он меня любил. Ухаживал. Деньги в семью приносил. Как и Юрочка — все для тебя. А вот одна ты останешься, и что?
— Не пропаду. Я тоже умею деньги зарабатывать, — фыркнула я.
— Но мужчина все равно всегда заработает больше женщины.
Я снова закатила глаза.
— Кто вам такое сказал? Спешу напомнить, что у нас с вашим сыном общая фирма…
— Но Юрочка все равно вкалывал больше. А ты дома сидела, плохо тебе было? — сказала мне женщина, которая ни дня в своей жизни не работала. И видимо именно поэтому все похождения мужа и терпела!
— Это только в последнее время, и то потому что мы планировали ребёнка.
— И правильно, Ульяша, вам нужен ребёнок. Это же такое счастье! Словами не передать! Вот родишь ребёночка и больше ни о каких глупостях думать не будешь, тебе просто будет некогда. Так что, давай, моя хорошая, рожай в ближайшее время.
Я набрала полные лёгкие воздуха, выдохнула и заговорила:
— Ага, значит я буду беременной на последних сроках ходить, потом рожать, потом кормить, а сын ваш, не получив ласки от меня, будет мне изменять?
— Ну и что такого, господи? Мужчинам это нужно больше, сама же знаешь. Он же все равно потом домой к тебе возвращается.
Я уперлась рукой в столешницу, боясь, что от таких заявлений свекрови я просто рухну на пол.
А ещё я злилась, и едва себе сдерживала, что бы не нагрубить. А то и послать подальше такую "маму"
— Спасибо, но нет, мне такие отношения не нужны, — процедила я тихо сквозь зубы.
— Да послушай ты, глупое дитя! — она повысила голос, чем разозлила меня ещё больше. — Это не повод рушить семью, Юрочка тебя любит, а ты ему идеально подходишь…
Слушать все это дальше я не хотела. Потому что все, что говорила эта женщина — полнейший абсурд. И теперь я точно знала, кто виноват и что самая отвратительная категория мужчин — это маменькины сыночки. И Юра как раз был таким, его мама до сих пор чуть ли не в попку целовала.
— Знаете что, а вот Юра мне совершенно не подходит, — заявила я. — Простите, Елена Николаевна, за резкость, но ваш сын — козёл. И в этом, кстати, есть и ваша вина. Всего вам доброго. И не звоните мне больше.
Я сбросила звонок и с облегчением выдохнула.
Жаль лишь то, что бывших свекровей не бывает, даже после развода, эта женщина все равно останется моей первой свекровью.
Перевела дух, а это заняло несколько секунд, а потом снова посмотрела на экран…
Двадцать!
Двадцать пропущенных звонков от мамы!
Ух, представляю как она зла на меня.
Я тут же нажала кнопку вызова, набирая мамин номер, одновременно придумывая в голове повод почему опоздала и фразы для извинений, но здесь я услышала, как в квартире открывалась дверь. А запасные ключи были только у одного человека…
У меня включилась паника, потому что в квартире я была не одна. Да ещё мы оба голые. Одежда Никита так и валялась по всей кухне, как и моя, кстати.
— Черт, — прошептала я, не зная за что хвататься и куда бежать. Так, платье — им и прикрылась.
— Так, Уля, что за фигня? — вот с такими словами мама буквально ворвалась в квартиру, увидела меня в проёме кухонной двери и в три своих шага преодолела расстояние. — Я тебя там жду, телефон обрываю, а ты только встала?
— Прости, я проспала, — пробубнила я, кутая себя в трикотажное платье.
— А что здесь было? — удивленно спросила мама, оглядывая кухню. А я ведь не успела спрятать следы нашего вчерашнего страстного преступления. И отличить женскую одежду от мужской не составляло труда.
— Ничего страшного, — стыдливо ответила я.
Мама нахмурилась, внимательно меня разглядывая.
— Дочь, господи, неужели? — взмолилась мама, даже глаза на потолок подняла. — Неужели ты простила этого козла? Ну я ему сейчас устрою!
И мамочка моя, резко развернувшись, решительно направилась в спальню.
А я ненадолго замерла, думая…
Это что получается, мама решила, что я была с Юрой?!
Господи, я не знала что сейчас было бы страшней! Но раз уж их знакомства с Никитой уже не избежать, я пошла за мамой, по пути заглядывая в ванну, чтобы взять и надеть халат.
— Уля! — заверещал мамин голос из спальни. И я тут же вошла в комнату. — А это кто? — моя родительница тыкала пальцем в голого и только что проснувшегося от её крика Никиту, на его сонном лице читалось полнейшее негодование.