Заступник. Проклятье Дайкоку (СИ)

А привычка — страшная сила. И Кирико к ней довольно быстро привыкла.
Я закрыл двери, повернул замок и оставил ключ в замочной скважине, чтобы если вдруг нас найдут, то не смогли так просто взломать замок.
Скинув пиджак, я повесил его на вешалку, после чего задел носком туфли за пятку и освободил стопу одну за другой. Кирико разулась, бросила сумку с деньгами на пол и молча пошла в ванную комнату.
Я же зашел на кухню, открыл холодильник и вытащил банку пива, которую открыл с шипением и жадно присосался, опустошая за один присест. В горле было сухо, как посреди Сахары.
Шумно выдохнув, я сел на кресло, сжал банку и броском отправил в урну, что стояла в углу. Я выглянул в окно. Никого не было. Ни людей, ни машин. На улице снова была поздняя ночь.
Дверь ванной распахнулась. Кирико прошла в свою комнату и прикрыла дверь до щелчка. Обычно она так не делала. Наверное стресс, хочет побыть одна. Я встал и направился в душ.
Сидя в пластиковой ванне под потоком воды, я быстро анализировал ситуацию. Больше в казино мне соваться нельзя. Мое лицо запомнили и, скорее всего, попытаются найти. Рисковать не буду. На добытые деньги мне придется часть постоянно вкладывать в себя и в усиления, а вторую отложить для бизнеса.
А еще лучше — начать двигаться вверх по иерархии якудзы. Пускай они и строят все из себя благородных, мать их, самураев, но то, чем они занимаются — неправильно. Рекетирование, наркоторговля, бардели. Нужно все это исправить.
А для того, чтобы снова стать тем, кем я был и изменить ситуацию к лучшему… надо самому стать оябуном. Цель сложная, но вполне достижимая. Но пока… пока что надо хотя бы подняться на одну-две ступени выше.
Я смыс с себя всю грязь, вытерся полотенцем и направился к себе в комнату. Там надел свежее нижнее белье и просто рухнул в кровать. Проснулся посреди ночи от того, что ощутил, что ко мне кто-то прикасается. Руки обхватили меня за пояс, а к спине прижимается теплое тело и дышит под затылком.
Я напрягся.
— Это я, — сказала девичий голос. — Мне страшно.
Я снова закрыл. Выгонять не стал. Пусть спит тут.
Утро наступило также внезапно, как и первый сон. Правда разбудил меня звук стучащей лопатки по сковороде и запах кофе.
Я вышел на кухню, взял чашку с напитком, после чего вышел на балкон в своей комнате. Телефон-ракушка лежал на тумбе. Я потянулся за ним, делая небольшой глоток и в записной книжке выбрал нужный мне номер.
— Да, Кэнтаро, говори.
— Привет, Куросаки. Я готов работать.
В динамике телефона я услышал смешок.
— Не поверишь, но я ждал, когда ты позвонишь.
  
Глава 6
 
— Значит, слушай, какое дело. Есть одно серьезное дельце и это хороший шанс показать себя. Лейтенант через два дня собирает людей, чтобы сходить на ужин в одно заведение, которое наняло каких-то вшивых собак с помойки Кобе в качестве вышибал. Мы же хотим показать хозяину, что эти люди ничего не смогут противопоставить серьезным людям и что они нуждаются в покровительстве и помощи Куджо. Кэнтаро, ты здесь вообще?
— Я тебя внимательно слушаю, — сказал я.
— Ага. Ну ты там это, хоть как-то признаки жизни подавай. В общем, это крупный ночной клуб, ну там, девушки, стриптиз, понимаешь?
— Да.
— И наши парни уже туда ходили договориться, но владелец заведения повел себя с ним… неуважительно. А это значит, то он плевал не только на якудзу, но и на нашего оябуна. Как ты понимаешь — такого допускать нельзя.
Да уж, видимо у владельца клуба действительно стальные яйца, раз уж он решил пойти против якудзы. Этот человек с одной стороны вызывал у меня заочно уважение, но с другой стороны, зная, что сейчас якудза протягивает свои длинные руки во все стороны — глупо отказываться от такого предложения.
— Согласен, — подтвердил я его слова.
— Вот. На дело пойдем мы с тобой и еще трое: другой старший и двое его парней. Но дело в том, что как раз этот старший под нас и копает. Задает много ненужных вопросов и постоянно капает лейтенанту, что из-за нас с тобой сплошные проблемы.
 
Я сжал челюсть и скрипнул зубами. Применять силу это крайняя мера, но, почему-то, от слов Куросаки мне захотелось разбить голову этого другого старшего брата о рукомойник.
— Частное мнение какого-то недомерка, — спокойно ответил я Куросаки.
— Так-то оно так, братан, вот только ты совсем недавно был уже на ковре у Йоши, а значит надо сейчас обязательно туда ехать и все сделать в лучшем виде. Я уже пообщался с Таканавой-сама, рассказал, что ты все уладил, но это не отменяет наших планов. Поэтому, у тебя есть два дня. Подготовься. Я позвоню тебе на рассвете.
— Договорились.
— Давай, на связи.
Я защелкнул телефон-ракушку и положил его на стол. Кофе в чашке не просто перестал испускать пар, а полностью остыл. Я допил его одним глотком.
Все положение дел мне откровенно не нравилось, потому что я планировал одно, а получается — нам предстоит «договариваться» про обычный рэкет с обычным человеком. Мироздание, судя по всему, просто издевается надо мной и всячески хочет проверить меня и мои жизненные принципы.
И пока что вставлять такие вот палки в колеса получалось очень хорошо, а их расхлебывание у меня отнимало уйму сил и времени. А время у меня теперь крайне ценный ресурс, потому что оно — деньги, которые для меня приравниваются буквально к жизни.
Главное, что у меня есть запас средств, чтобы пополнить счетчик внутри, но нужно продолжать масштабировать и дальше.
Я помассировал веки.
— Ты идешь есть? — донеслось с кухни?
— Да.
Ладно, будем есть эту здоровенную рыбу из проблем по кусочкам. Самая большая сейчас — подготовиться к встрече.
Я зашел на кухню и принялся за завтрак: небольшая тарелка мисо-супа, немного риса, соленья и кусочек стейка. Когда эта женщина успевает все покупать — я не знаю, но ни разу не видел, чтобы к нам домой приходил курьер.
— Почему ты не ешь? — спросил я у Кирико, обратив внимание, что она уже мечется по дому и прибирается.
— А? Я уже поела, спасибо.
Я доел, после чего вымыл посуду и поставил ее на сушилку.
— Ты не убирала деньги?
— Нет, стоят в прихожей под вешалкой.
— Спасибо за завтрак. Все было очень вкусно. Кирико-тян, — сказал я ей, за что получил смущенную улыбку в ответ.
В прихожей я опустился на колени перед сумкой и уставился на деньги. Пухлая сумка, набитая банкнотами крупного номинала. Толстые пачки, перетянутые резинками. Портреты писателей, просветителей и прочих важных лиц безразлично взирали на меня с желтоватой бумаги.
Я взял одну пачку и поглотил, пополнив свой счетчик жизни. Внутри даже как-то стало немного легче и бодрее. Словно сил прибавилось, а то с самого утра ощущал себя, как глубокий старец, что на ладан дышит.
«А ты, думаешь, как себя чувствуют люди в глубокой старости? — раздался голос Дайкоку в голове. — Чем меньше средств на твоем счету, тем более старым ты себя и ощущаешь, все верно».
Я вздохнул. Без внезапных поучительных историй и объяснений обойтись было никак нельзя. Спасибо.
Пораскинув еще несколько минут мозгами, я пришел к выводу, что сила мне, все же, не помешает. Это хилое тело пускай и обладало достаточной верткостью, ловкостью и скоростью, но силенок вот явно не хватало. Хотя бы для того, чтобы отправить человека в нокаут одним ударом без лишних ухищрений. Пока что получалось только с ними.
Вкинув еще пару пачек, я разумно добавил два значения к силе и столько же к харизме. Она точно мне не помешает. Иногда недостаточно просто убедительно говорить. Важно еще при этом излучать это убеждение. Вот тут харизматичность и пригодится.
Накинув свежую белую футболку и джинсы, я направился к выходу.
— Ты надолго? — раздался голос Кирико.
— Планировал до конца дня. Что случилось?
— Ммм… нет. Ничего.
— Говори, — настоял я спокойным голосом.
— Просто… мне страшно оставаться одной.