Ревизор: возвращение в СССР 14 (СИ)

– Вот, подумал, раз в деревню едете, то запасись там дизелем, на всякий случай. – сказал он.
– Где ты канистру взял? – удивился я, видя, что она совсем новая.
– Так купил вчера по дороге домой. Ты сказал, что к девяти встречаетесь, я и примчался… Тут одна остановка от нас на электричке.
– Да, станция тут близко. – поддержал его Пётр и протянул ему руку, здороваясь.
Реакция на машину у Петра была такая же, как у бати вчера. Да и батя ещё не успокоился.
– Давай, выезжай, – командовал он Петру. – И пусть поработает на холостых, прогреется. И не рви сразу, как поедешь. Паш, слышишь? Первые пару километров движок никогда не насилуй.
Заперли гараж и стояли возле прогревающейся машины.
– Хоть с вами езжай… – озабоченно проговорил отец.
– Да не волнуйтесь, Тарас Семёнович. Доедем. Я когда-то на «Победе» много ездил. – успокаивал его Пётр.
– Это не «Победа». – возразил ему отец. – Не спеши и не рискуй на обгоне! Тише едешь, дальше будешь.
– От того места, куда едешь. – пробурчал Пётр. – Не волнуйтесь, всё нормально будет. Довезу с ветерком.
Ты чего! – покрутил я у виска за батиной спиной. – Каким ветерком?!
– Не волнуйся, пап. – пришлось мне вмешаться. – Я за ним присмотрю. У нас полная машина беременных женщин. Мы осторожно будем ехать. А если Петя Инну растрясёт, будет сам роды в поле принимать. – многозначительно посмотрел я на зятя.
– Смотри у меня! – погрозил Петру пальцем отец. – Осторожность, внимательность и предсказуемость!
– Правило трёх «Д» – добавил я.
– И что это за правило? – повернулись они ко мне.
– Дай дорогу дураку. – улыбнувшись, ответил я. – Ну, поехали?
– Давайте, дети. Осторожней. – провожал нас отец, как на войну.
Пётр поехал не так медленно, как вчера отец, лучше бы он у него на глазах не демонстрировал свою уверенность за рулём, батя меньше переживать будет. Открыл окно и на повороте помахал рукой отцу, идущему пешком вдоль гаражей.
Не поленился, ведь, с утра пораньше притащил канистру… Ну классный же батя… Вот только как так вышло, что он со своими женщинами так плохо уживается.
Девчонки, похоже, ждали нас у окна, потому что, когда мы поднялись, они уже полностью одеты были. Навьючились сумками и пошли вниз. Галия закрыла квартиру и осталась с Инной ждать лифт. Инне тяжело спускаться, живот обзор уже закрывает, ног не видно. А ещё ходить и ходить…
Девчонки уселись сзади, убрав собачье покрывало. У них свои были разговоры, у нас с Петром свои. Доехали не сказать, что прям быстро. Но не сравнить с поездкой на общественном транспорте.
Пётр поначалу был немного напряжён, но потом включилась мышечная память и вернулся автоматизм.
Подъехали к дому бабушек и некоторое время сидели с Петром обсуждали, где машину припарковать. А бабушки увидели незнакомую машину и вышли из дома узнать, кого там принесло.
Мы все вылезли из машины. Увидев нас, бабушки обрадовались, начались обнимашки-целовашки. Всё внимание, конечно, на Инну, она сильно округлилась за последний месяц-полтора.
Потом уже бабушки принялись Петра поздравлять с новой машиной. Пришлось ему с сожалением объяснять, что это не его. Обе бабушки с недоверием уставились на меня, и в глазах их читался немой вопрос: «как так?».
– Чистая случайность. – развёл я руками. – Помог кое-кому, люди отблагодарили. Сам в шоке.
– Ох, Пашка!.. – пригрозила мне почему-то Никифоровна.
– Ну, пойдёмте в дом. – опомнилась бабушка. – У нас первые пироги как раз скоро готовы будут.
Они каждую субботу пироги пекли. И ходили в гости к соседям или к себе приглашали. Трофим так у них уже свой стал, как член семьи. Мы с Петром разгрузили машину. Девчонки руководили, что куда, какие сумки бабушкам, какие наши. Навезли гостинцев и мы, и Жариковы.
– За стол минут через сорок. – скомандовала бабушка.
Галия осталась помогать накрывать стол. Инна поплелась в свою комнату полежать, сидеть в машине, поджав ноги, устала. Пётр пошёл с ней. А я решил осмотреть пятачок перед воротами с внутренней стороны, годится ли он под стоянку машины. Сейчас машина за воротами стоит, не хочется её на ночь там оставлять. Тем более конфликты с соседями у бабушки были… Запросто сидят сейчас там, пьют, выходной же, да злобой наливаются, глядя на мою тачку. А дальше что может быть – проверять не хочется. Заработки в деревне непростые, покалечат машину по пьяни, а потом десять лет по исполнительному листу будут выплачивать по десятке в месяц. 
 
***
Деревня Коростово. 
Уединившись с мужем в комнате, Инна с трудом легла на бок, потом на спину. Пётр подложил ей под плечи и голову вторую подушку. Малыш уже развернулся ножками вверх и регулярно пинался прямо в желудок. А в машине ему ещё и тесно стало, он толкался так, что у Инны опять начался приступ дикой изжоги.
– Тебе не стыдно было? – раздражённо спросила она мужа. – Это не моя машина, это Пашина… – едко передразнила она его. – У пацана несовершеннолетнего есть машина, а у тебя нет. Ты считаешь, это нормально?
– Ин, ну зачем ты так? – попытался успокоить супругу Пётр. – Ты же прекрасно знаешь, что Пашка не простой несовершеннолетний пацан. Ты сама мне это говорила, помнишь? Когда мы с ним мотоцикл нам купили. Что ты тогда сказала? Держись его! Правильно?
Инне нечем было крыть, и она промолчала, сделав страдальческое лицо. Ей, и правда, было нехорошо, особенно от того, что младший брат обскакал их с мужем, да ещё так сильно. Мало того, что живут в отдельной квартире, так еще вдобавок и с машиной уже, причем новой, и с гаражом. Почему так несправедливо все! Ведь студенты оба…
***
Площадка перед воротами со стороны нашего участка представляла собой обычную дернину с остатками прошлогодней травы. По колеям видно, что грузовые тяжёлые машины периодически подъезжали к дому.
Земля ещё совсем мягкая, снег не так давно сошёл. Надо подождать, пока тут просохнет и можно будет заезжать. Только колеи надо сначала выровнять, пока земля влажная и пластичная. Переобулся в резиновые сапоги и начал топтаться по краям колей, выравнивая их своим весом. Вот, бестолковое занятие. Осенью дрова закажут и опять всё снова-здорово. Может, выровнять и засыпать чем-нибудь? Пескогравийную смесь хорошо бы привезти, хотя б, машину... И как это сделать? Пока мы с Петром тут вдвоём, сразу и раскидали бы.
Пошёл к Трофиму, он местный, всё тут знает.
  
Глава 9
 
г. Москва. 
Деревня Коростово. 
– Это с карьера надо машину гнать. – задумчиво проговорил дед. – Можно и у нас с кем договориться. Но что ехать, если там экскаваторщика нет. Суббота же.
– Эх, жаль. – ответил я. – Пока зять здесь, думал, раскидаем по быстренькому с ним.
– Что раскидаем? Самосвал руками? Да накой? – недоумевал старый. – Трактор пригоним и разровняем, что снег нам чистил.
– Трофим, организуй, пожалуйста. Ты всех знаешь, со всеми договоришься. Я бабушкам денег оставлю. Пусть нам засыпят место под машину за воротами.
– Сделаем. Что ж… – пожал плечами дед. – А ты чем хочешь отсыпать? Наши все отсевом дворы засыпают.
– Что за отсев?
– От щебёнки отходы. Дождь пройдёт, он как будто склеивается и твердеет. А если по нему ещё машиной туда-сюда покататься, как асфальт будет.
– Что-то новенькое. – удивился я. – Проверенное хоть средство?
– А то!
– Хорошо, давай попробуем, что за отсев такой. – согласился я и пригласил деда к нам. – Бабушки там стол накрывают.
Долго уговаривать Трофима не пришлось.
***
Святославль. Квартира Якубовых. 
Вся семья была в сборе, когда настойчиво зазвонил межгород. Ближайшей к телефону оказалась Оксана и схватила трубку. В коридор вышли Марат и Загит и остались послушать, кто звонит.
– Привет! – услышала она на том конце голос сестры мужа.
– Здравствуй, Дилара. – разочарованно ответила Оксана. Дилару она не любила, у той на всё было своё мнение и оно, почему-то, всегда отличалась от Оксаниного.