Крысиный бег (СИ)
Блядь! Что за херня! Не то, что я был чересчур нежным, нет. За свою жизнь я видел и не такое. Но час наблюдать за обнажёнными женщинами, возбуждаться, а потом идти в пыточную, смотреть как кому-то вспарывают кишки. На такое я не подписывался! Может, для таких мразей это норма, но я предпочитаю не смешивать секс и смерть. Это не моё.
И что мне делать? Туда я точно не полезу, да и нет смысла. Того парня уже не спасти, хоть он скорее всего один из них, такая же мразь. Но для очистки совести можно позвонить в полицию. Пусть накроют эту живодёрню.
Только как? Со своего телефона точно этого делать не буду. Может найти телефонную будку и звякнуть оттуда? Кажется, я видел парочку таких в городе. Пожалуй, так и сделаю. Осталось только пробить телефон полиции.
Три клика в телефоне, и я на сайте полиции. Вот и номера, и адреса ближайших участков. И очень интересная кнопка: «Сообщить о преступлении анонимно». Бинго! Даже звонить не нужно.
Снова несколько кликов, и передо мной открылось текстовое поле, где можно описать преступление и заполнить по желанию несколько строк: откуда информация о преступлении, как меня можно найти в случае возникновения вопросов у полиции, моё имя (анонимно). Ключевое слово «по желанию», а я их заполнять не желал.
Несколько минут описывал всё, что увидел там. Клуб, потайной вход в подвал, сам подвал и человека, который там был. И с чувством выполненного долга, кликнул кнопку «Отправить». Как всё просто! Как хорошо, когда технологии служат на благо, а не разрушают города и не убивают людей.
Глава 8. Всё тайное…
Я выдохнул, сходил в ванную, сполоснул холодной водой лицо и снова рухнул на кровать. Спать совсем не хотелось. Перед глазами проносились обнажённые клубные танцовщицы, обладательницы совершенных форм, готовые сделать всё, что ты захочешь.
После такого количества увиденных в клубе горячих женских тел, молодой организм требовал разрядку. Настойчиво и уверенно! В паху горел пожар, яички ломило от сдерживаемого в них семени. Долбанные подростковые гормоны! Так можно всю жизнь проебать из-за них.
Я безнадёжно посмотрел на ванную комнату, вспоминая совет школьного замдиректора, и мотнул головой. Это меня не спасёт. Нужно ощутить мягкое и податливое женское тело под собой. А! Будь что будет! Было раз, будет и два.
Я спустился вниз, тихонько подошёл родительской комнате и приоткрыл дверь. Внутри царил абсолютный мрак, сегодня луна не светила в окно спальни, а ночниками Элеонора не злоупотребляла. Я вошёл внутрь, закрыл за собой дверь, скинул одежду, и по памяти, ориентируясь на аромат такой желанной для меня женщины, медленно приблизился к кровати.
Осторожно проверил руками наличие в ней только одного спящего человека с мягкими округлыми формами, и лёг рядом. Коснулся её спины, провёл пальчиками от шеи до копчика и нырнул пальчиками вниз, туда, где было горячо и мягко. Она ждала меня, голая, влажная и горячая.
Её лицо оторвалось от подушки и придвинулось ко мне, задышав участившимся горячим дыханием мне в ухо. Она нашла мои губы своими и впилась в них. Разомкнула своим языком мой рот, и проникла внутрь, исследуя его и борясь с моим языком, словно разъярённая кобра, пытаясь победить противника.
Её рука легла на мой член, сжала его, словно желая убедиться в моём желании, и через секунду отпустила. Эля перекинула ногу через меня, и оказалась сверху, нависнув надо мной. Её груди прижались к моему лицу, я обхватил их руками и впился сначала в один сосок, заглотив его как можно сильнее, а потом переключился на второй, чтобы не оставить его в обиде.
Небо заволокло грозовыми тучами, по окну стучал дождь, луна в этот раз не освещала спальню, и я не видел прекрасное лицо моей любовницы. Но прекрасно чувствовал её желание. Она дрожала от возбуждения!
Элеонора осторожно опустилась на мой член, и он, преодолев небольшое сопротивление вначале, вошёл в её мягкое и жаждущее ласки лоно. Она тихо охнула от удовольствия и замерла, наслаждаясь тем, что я погрузился в неё полностью, до самого основания.
Через несколько секунд, Эля начала осторожно двигаться вверх-вниз, вверх-вниз, постепенно наращивая темп и амплитуду. Снова наклонила ко мне лицо и надолго обхватила мою верхнюю губу своими мягкими губками, посасывая и втягивая её в себя, и не переставая двигаться на моём члене.
Я гладил её по спине, сжимал упругие ягодицы и прижимал её бёдра к себе, пытаясь войти как можно глубже. Она тихонько постанывала от удовольствия каждый раз, как опускалась вниз и насаживалась на мой орган.
В этот раз я не мстил. Да и не было за что. В этот раз я был спокоен и нежен. Я просто любил. Эля отдавалась мне молча, не говоря ни слова, с каким-то отчаянием и животной страстью, словно отдавая долг, словно это был наш последний раз, или наоборот, первый.
Через час, а может через два, мы поменялись с ней местами, и я взял её сверху. Мял её прекрасные груди, целовал соски, ласкал и целовал её губы, входил и выходил в неё, пока дважды не довёл до пика и не выстрелил семенем в её горячее, нежное и жадное до ласк лоно.
Она кончила бурно, громко выкрикнула, и крепко прижала мой лобок к своему, скрестив свои ноги на моих ягодицах, не позволяя мне выйти из неё долгих три минуты. Когда этот пошлый захват ослаб, я выбрался из её объятий, и лёг рядом, слушая ритмичное дыхание уставшей и довольной женщины, лежавшей рядом со мной.
Она повернулась ко мне, обвила меня рукой и положила свою ногу на меня, прижавшись своим лобком к моему бедру. Погладила мой живот, грудь и снова обняла, уткнувшись лицом в мою шею. Несколько секунд лежала тихо-тихо, словно прислушиваясь или собираясь с силами, и тяжело вздохнула.
— Спасибо, Майк! — Тихо прошептала она мне на ухо. — Ты даже не представляешь, как я тебе благодарна за это! Ты не уйдешь сегодня?
На секунду по хребту пробежали холодные мурашки. Это рефлекс, на самом деле я был готов к этому ещё в первый раз. Сердце несколько раз быстро стукнуло и начало успокаиваться.
— Ты всё знаешь, да? — Тихо прошептал я в ответ.
— Догадалась.
— Как давно?
— Ты был слишком тороплив, напорист, слишком нетерпелив и неутомим в первый раз… Это было необычно, возбуждающе и очень сладко. Но я поняла это не сразу, только на следующий день.
— Что будем делать? — Спросил я и мысленно замер в испуге – я не хотел терять эту волшебную женщину.
— Придёшь ко мне завтра ночью? — Вместо ответа спросила она и тоже замерла, словно испугалась своей мысли и произнесённых вслух слов.
— Приду!
Я нашёл её лицо и поцеловал. Эля отстранилась от меня, потянулась куда-то рукой, и через секунду комнату озарил тусклый свет ночника. Она вернулась ко мне, внимательно посмотрела в мои глаза, поцеловала, наткнулась рукой на мой возрождающийся и готовящийся к новому бою член, погладила его, и через мгновение оседлала меня сверху.
Мы занялись любовью ещё раз. В этот раз очень медленно и неторопливо. Она называла меня по имени и шептала слова о любви. Я жадно разглядывал её великолепное тело, голые груди, темные соски, руки, закинутые за голову, закрытые от удовольствия глаза, зубки, прикусившие нижнюю губу, и её какое-то строгое аристократическое лицо, и не мог оторвать от неё взгляд.
Вид её колышущихся совершенных грудей, плоского животика и голенькой аккуратной киски, причавкивающей на моём члене так возбуждал, что я не продержался и пяти минут, снова обильно выстрелив прямо в неё. Через три секунды она часто задышала и догнала меня, задрожав в коленях, оперевшись руками в мою грудь и счастливо улыбаясь мне…
Эля тихо спала. Свернувшись калачиком и уткнувшись носиком мне в плечо. Скоро рассвет. Я поцеловал на прощание уставшую девушку, укрыл её пледом и незаметно исчез из её спальни.
Несколько часов беспрерывной борьбы! Мои силы восстанавливала регенерация, а вот откуда силы у зрелой женщины, было непонятно. Или она так истосковалась и изголодалась по мужской ласке, или она такая ненасытная всегда? Меня устраивали оба варианта…