Подарок феи. Королевская невеста (СИ)

Что ж, ни слова неправды. Король выслушал и кивнул.
– Благодарю. Эссина Калани, вы – победительница кружевного состязания. Этот приз ваш, – он взял с подушки ожерелье.
Фалину подтолкнули к нему. Она подошла и присела в низком поклоне, и король надел ожерелье ей на шею.
– Благодарю, ваше величество, – впервые её голос звучал не так живо и задорно, как обычно, – и умоляю выполнить мою просьбу!
– Ну конечно, желание, – король подал ей руку, – желайте, я слушаю. Кажется, вы просили отмены помолвки? – король вроде и не повышал голос, но слышали все.
– Я по-прежнему этого хочу, ваше величество. Но умоляю о другом! – мольба так ясно звучала в её голосе.
– Я слушаю, – повторил король, а все затаили дыхание.
– Я прошу у вас полного прощения для лорда Гантера Минугена, ваше величество.
Кажется, все разом выдохнули. Переглядывались. Удивлялись.
– Вот как? Что ж, кажется, благодаря заботе графини я вынужден исполнить, – король усмехнулся. – Да, тётушка Мод? Значит, полное прощение? А не слишком ли, эссина?
Фалина вдруг вскинула голову, прямо посмотрела на короля:
– Разве прощение делят на кусочки, ваше величество? Либо прощение, либо его нет…
Вот же дерзкая девчонка! Фея постаралась, как видно!
А король улыбался. Подозвал одного из лордов и что-то приказал. Опять взглянул на Фалину.
– А верную службу – делят? Либо она верная, либо нет, так ведь?
– Я уверена в лорде Гантере, ваше величество. Он не изменил Кандрии. Я готова поручиться, то есть поклясться… – она смутилась, продолжила громче, – на Пламени.
Ещё одна невиданная дерзость.
– Эссина, вы шутите? – король действительно удивился. – Как вы можете ручаться за постороннего мужчину? Много ли вы знаете о нём и о его делах? Он обсуждал их с вами? Или ваше сердце об этом сказало, а вы послушались, не тратя время на размышления?
– Ваше величество! – взволнованный лорд Конан Трой выскочил вперед. – Я прошу у вас прощения за поведение моей невесты, и клянусь, что впредь она не позволит себе даже мысли, которая… – он сбился, – прошу вас, мой король…
Взволнованный? Да он был взбешен! Но не мог дать себе волю при короле и остальной знати. Просьба невесты делает его посмешищем на всю Кандрию! Воистину наследство – единственное достоинство этой безголовой девки, которая по чистому недоумению родилась в столь благородном семействе!
– Тише, лорд Конан, – оборвал его Ильярд. – Прощения не требуется, я не сержусь. И воздержитесь покуда от просьб, вы ведь не плетёте кружева? Сейчас право меня просить есть лишь у победительницы кружевного состязания. Итак, эссина?.. – он повернулся к Фалине.
– Ваше величество… – она перевела дух.
Пламя знает, как она волновалась.
– Вы совершенно правы, я слушаю лишь сердце, которое твердит мне, что нужно верить лорду Гантеру Минугену. Но моё сердце неразумное, оно не рассуждает! Спросите своё, ваше величество! Вы ведь давно знакомы с лордом Гантером! И его дела вам понятны…
– Вы вторая мне это предлагаете, – усмешка мелькнула на губах короля. – Ну что ж…
Его синий взгляд казался… очень внимательным. В нем было любопытство и вместе с тем усмешка, мягкая такая, снисходительная, но... Кажется, короля занимала она, Фалина, и совсем не волновала судьба Гантера. И вообще, она не понимала, и от этого волновалась сильнее.
Принц Найрин подошёл, остановился позади Фалины.
– Ваше величество, позвольте присоединиться в просьбе эссины Калани. Прошу вас простить Гантера Минугена, который сделал то, что сделал, ради меня и нашей дружбы. Поверьте, я нуждался в этом… как в воздухе! Прошу вас, ради дружбы между нашими домами...
Король вздохнул и перебил его:
– Послушайте, принц. Вы ведь тоже не кружевных дел мастер. Не мешайте пока, с вами мы, если желаете, поговорим отдельно.
И тут в зале появился он. Гантер Минуген. В сопровождении стражи.
У него был, надо сказать, не слишком парадный вид – в несвежей рубашке и камзоле с надорванным рукавом, сам небритый и растрепанный. И тяжёлая цепь соединяла руки. Но это был Гантер. Здоровый, и не сломленный. Он даже печальным не казался! Но вид его Фалину обеспокоил, почти ранил.
 
Гантер не мог, не должен выглядеть вот так! И не должен носить цепи.
Поклонился он с истинно придворным изяществом. Не спеша оглядел зал. Подмигнул принцу Найрину. Задержал взгляд на Фалине и нехотя отвёл его.
– Кто вас так потрепал, лорд Гантер? – полюбопытствовал король. – Вчера вы вроде прилично выглядели.
– Пустяки, милорд. Сыграл в кости с охраной. И мы кое-в-чём не сошлись. Я не ожидал такой чести, оказаться здесь перед вами сегодня. Иначе постарался бы отыграть обратно свой костюм, милорд.
Он называл короля милордом – как приближенный.
По залу пробежал неодобрительный гул – опальный лорд тоже вёл себя, мягко говоря, вызывающе. Уж в его-то положении…
– За честь эту благодарите эссину Калани, – сказал король. – Она победила в кружевном состязании и имеет право на исполнение желания. Она пожелала прощения для вас.
Гантер даже вздрогнул, и прошил Фалину тяжёлым взглядом.
– Не надо, милорд… ваше величество. Не нужны мне от неё милости. Пусть эссина что-нибудь другое попросит, для себя.
– Эссина Фалина, мне тоже кажется разумным предложение лорда Гантера. Попросите для себя. Вам ведь есть, о чём попросить? Не стесняйтесь, – посоветовал король.
– Я желаю только ваше прощение для лорда Гантера, ваше величество, – повторила Фалина, не сводя глаз в Гантера.
Он с ума сошёл, что так себя ведет?!
Она ему не верила. Ни единому его слову.
– Нет! – рявкнул Гантер. – Я не желаю знать эту глупую эссину, милорд! Лучше освободите её от помолвки и предоставьте на выбор несколько других любителей приданого, может, кто и придётся ей по сердцу!
– Я требую удовлетворения, моя честь задета, ваше величество! – воскликнул лорд Конан Трой.
– Я хочу только прощения для лорда Гантера Минугена, – звонко выкрикнула Фалина. – Больше ничего!
На неё вдруг нахлынуло отчаяние. Даже глаза налились слезами.
– Я умоляю вас не поощрять глупость этой девицы, ваше величество! – голос Гантера вдруг прозвучал сдержанно и убедительно. – Дайте ей возможность успокоиться и подумать ещё немного! От милостей мне я заранее отказываюсь.
– Ты тоже кружева не плел, так что помалкивай, Минуген, – пожал плечами король, – с тобой вроде никто сейчас не советуется. Посмотрите ещё раз на этого невежу, эссина. Вы не пожалеете о своем опрометчивом решении? Хотите подумать ещё? До завтра, например?
Теперь Фалина только покачала головой.
– Тогда решено. Гантер Минуген, вас сейчас освободят из-под стражи и раскуют. Но вы больше не входите в мой ближний круг. Вам до особого решения запрещено носить любой из семейных титулов, без разрешения появляться в Лире, без разрешения покидать Кандрию. Это понятно?
– Да, милорд… ваше величество.
– Ну и как-то следует вас наказать, несмотря на настойчивость эссины, – добавил король задумчиво. – И наказание должно быть суровым, я считаю. И длительным. Вы должны сполна его прочувствовать, Гантер Минуген.
– Я покорен воле вашего величества, – Гантер поклонился.
Теперь он был хмур и стискивал зубы.
– Лучшее сокровище для мужчины – добрая, послушная и разумная жена, да? А женщина с дурным нравом – вечное наказание, – король был серьезен. – Всем известно, кто тут с дурным нравом, так что вас, лорд Конан, я решил пожалеть. Вы уже страдаете, хотя и женаты пока не были. А вам, лорд Гантер Минуген, я приказываю сегодня же обвенчаться с эссиной Фалиной Калани и, согласно завещанию её отца, принять наследство и титул. Ваша неукротимая жажда деятельности, надеюсь, поможет вашим новым владениям процветать. Эссина Фалина, вы так за него радели, получайте и не жалуйтесь.
Кто-то заахал, кто-то свалился в обморок. Кажется, это была леди Клотильда.
Король усмехнулся наконец, смерил взглядом Гантера и повернулся к графине Карри.