Окинава 2 (СИ)

Он принял свою истинную форму в тот момент, когда Зион нанёс удар, открыв свой схрон. Вновь чёрным клинком, который на этот раз встретился с мёртвой плотью некроморфа, закрывшего меня собой. А затем Боб исчез, нырнув в гости к Зиону.
После этого полигон ощутимо тряхнуло, разом исчезли все защитные поля, и прилетела ударная волна, которая едва не сбила меня с ног и уничтожила всех конструктов. А это почти две тысячи Та’ар. Но я их быстро восстановил вместе с неплохим бонусом ещё в три тысячи, когда мои мечи пронзили броню неожиданно выскочившего на меня неизвестного владеющего, точно не принадлежавшего к гарнизону цитадели.
  
— Несколько кораблей Союза смогли пробить обшивку пятого кольца в районе центра обучения и успели высадить десант до того, как их уничтожили. Союз также решил убрать с доски главные фигуры. Поспеши, мы нужны Вите. Она в одиночку сражается с Кастором и Энио, — произнесла Гея, создавая для меня векторы движения, которые помогут выбраться с территории полигона, больше не вступая в схватки.
  
Глава 27
 
Даже не представляю, пробовал ли кто-нибудь летать на истребителе внутри орбитальной крепости, уже давно переделанной и больше напоминающей огромный город, но всё ещё космического корабля военного назначения. Если нет, то я буду первым.
И не просто летать, а ещё вести воздушный бой с владеющими, которые посыпались на территорию учебного центра буквально с потолка. Отстреливал я их по дороге к бывшему восточному учебному корпусу, от которого практически ничего не осталось.
Тряхнуло нас не только от того, что десант Союза вскрыл обшивку Окинавы, но и от уничтожения корпуса. И уничтожен он был Витой, которая сражалась с гранд-адмиралом Кастором Ван Дерсаром. Сражалась в своей человеческой ипостаси, уже начавшей переходить в виспера. Шесть рук и глаза на половину головы явно не принадлежали человеку. В каждой руке было по косе, а из-за спины выскакивали щупальца, которые пытались пробиться через защиту командующего.
Сам Кастор был облачён в легендарную броню, переходящую от одного командующего Окинавой к другому. Техника высокого порядка, которая наравне с Зевсом может считаться наследием Окинавы и её сильнейшим оружием.
Судя по тому, что я видел, техника была чем-то средним между доспехами Стального Гилдраста и Виты. Такие же массивные, мощные и невероятно прочные, как у первого, и невероятно утончённые, как у Виты. Словно эти доспехи вышли из-под рук какого-то модельера и созданы были совершенно не для сражений.
А вот оружие в руках главнокомандующего, наоборот, говорило о том, что оно рождено для битвы. Изумительно проработанный трезубец, на лезвиях которого искрился Та’ар.
Но больше всего меня удивил щит в руках Кастора. До этого я ни разу ещё не видел, чтобы кто-нибудь из владеющих пользовался подобной защитой. И, наблюдая за тем, как Кастор легко парирует щитом все выпады Виты, при этом атакуя из-за него довольно успешно, понял, что это очень действенное сочетание. Настолько, что даже владеющий четвёртого порядка с его скоростью, силой, всеми улучшениями и ещё кучей всего неизвестного не может пробиться сквозь подобную комбинацию.
                                     
Энио нигде не было видно. Но это и не удивительно. Наверняка адмирал спряталась сразу после начала битвы. И Соло не успел воспользоваться своим прибором. Все небесные воины, что находятся на полигоне, всё ещё безоговорочно верны Энио и Кастору.
Но этим займусь немного позже. Сперва нужно помочь Вите, которая пропустила мощный удар, сопровождавшийся вспышкой Та’ар, и на мгновение потеряла ориентацию в пространстве, чем не преминул воспользоваться командующий. Вот только он никак не ожидал моего столь эпичного появления на истребителе.
Когда я в него врезался, то думал, что мою технику просто разорвёт на части, а гранд-адмирал останется стоять на месте и прихлопнет меня своим трезубцем. Удар был страшный. Все системы корабля вмиг загорелись красным, и я лишь чудом успел деактивировать технику, чтобы вернуть потраченную на неё энергию. Сделал это, когда кувыркался вместе с Кастором к ближайшей перегородке.
Даже получив подобный удар, командующий не выпустил своего оружия из рук, а щит выступил в роли амортизатора и позволил минимизировать урон от моей атаки. Минимизировать для Кастора, а вот мне досталось по полной, но боль была вполне терпимой, и регенерация требовала всего двести шесть Та’ар — гораздо меньше, чем на полигоне после удара Зиона.
Истребитель я деактивировал, и на его замену пришли крылья, которые позволили мне стабилизировать неконтролируемое кувыркание и отвести в сторону трезубец, который стал гораздо больше, чем я видел. Лезвия, напитанные Та’ар, с лёгкостью пробили металлическую переборку, вырвав из неё сноп искр и тонкую струйку едкого пара, запах которого моментально начал заполнять всё вокруг.
Следующий удар я принял на крылья. Посыпались искры и угодили в струю пара, от этого он моментально вспыхнул, превратившись в чудовищный огнемёт со струёй на добрых десять метров. Она разделила нас с Кастором и позволила мне отступить.
Активировал два меча и начал создавать та’ар-импульс. Необходимо оставить Кастора без щита — только из-за него Вита ещё не смогла подобраться к главнокомандующему.
Пламя продолжало реветь, с невероятной скоростью пожирая кислород и заставляя надрываться систему противопожарной безопасности. Из стены даже выехал пожарный дрон, готовый локализовать очаг возгорания и устранить угрозу открытого огня. Только он не смог проползти и пары метров, как превратился в обледеневшее изваяние. Впрочем, и бушующий огонь постигла та же участь. За долю мгновения он превратился в ледяную статую, по-прежнему разделяя меня и главнокомандующего, который также подвергся атаке Виты и выглядел довольно свежим — в обледеневших доспехах и с сосульками, свисающими с трезубца.
Холод ледяного Виспера смог потушить даже свечение Та’ар, но не сумел пробиться через легендарную броню. Тотальная заморозка задержала гранд-адмирала всего на пару мгновений, после чего он стряхнул с себя ледяную корку и ударил трезубцем наотмашь, разбивая замороженное пламя и отрывая сразу два щупальца Виты. Сразу после этого я ударил Та’ар-импульсом, рассчитывая на то, что Кастор закроется щитом.
Так он и сделал. И ничего. Моя атака оказалась слишком слабой и не смогла вырубить оружие главнокомандующего, а налетевшие на него сзади ткачи оказались бессильны перед броней. Они не смогли пробить её, чтобы впрыснуть свой яд в тело гранд-адмирала. После их уничтожения я слегка поморщился, лихорадочно пытаясь придумать способ, как помочь Вите разобраться с этим монстром. Даже на третьем порядке я был очень далёк от того, чтобы сражаться с ним на равных.
Вновь попробовал пустить в дело крылья, но буквально через пару ударов они сами деактивировались, получив слишком серьёзные повреждения. Единственный выход, что я видел, — это подобраться к Кастору вплотную, попытаться пробиться через его броню. Нож, усиленный Та’ар, было сделать проще всего — усиленный настолько, чтобы гарантированно пробить слабое место.
— Нашла, — впервые после начала этого сражения произнесла Гея, и на броне командующего загорелось сразу несколько жёлтых отметок, показывающих уязвимые места.
  
На голове и торсе таких вообще не было, а вот руки и ноги не могли похвастаться подобной защищённостью. Проще всего было подобраться к правой руке, в которой Кастор держал трезубец. Точка целеуказания находилась чуть выше запястья, уже практически на предплечье. Вот только как это сделать, пока непонятно. Кастор и Вита сцепились, осыпая друг друга молниеносными ударами.
Ментальное воздействие заблокировано
Ещё и Энио атакует непонятно откуда. Тактическая сеть не показывает её, и биолокацией не могу зацепить.