Выбор Клинка (СИ)

Усилием воли, перенапрягая и без того истерзанные энергетические каналы духовного и физического тел, призвал к себе несколько разбросанных по полю боя метательных пластин. Насыщенные золотистым свечением, они послушно воспарили, ярко взблеснули в воздухе, закручивая вокруг меня смертоносную карусель и…
Мне предстоял Танец со Смертью.
Не было надежды, но не было и сомнений. Молчаливая ледяная уверенность, оттенённая напускным безразличием боевой химии в моей крови, настойчиво позвала за собой, барабанами пульса задавая ритм схватки.
Шаг.
Неуверенный, неуклюжий, неживой…
Шаг.
Вопреки всему и ради всего что мне дорого.
Во имя любови – к тем, кто стал моей семьёй, к друзьям, к…
Шаг – сквозь рваную дыру в ткани реальности, поддавшейся и уступившей моему напору, навстречу другому пробою, что вёл меня к встрече с врагом.
Шаг…
***
В сражении боевое предчувствие способно заменять всю совокупность человеческих чувств. Тренировать его приходится именно в таких условиях – не полагаясь на зрение, обоняние, слух и осязание. Но в битве предчувствие используется не как аналог, а скорее, как дополнение...
Пять секунд…
Разогнанные по кругу метательные пластины со свистом врезались в сетку "щита молний", дрожащую под натиском плазмы и шквальным дождём из пуль.
Семнадцать секунд…
Кружась вокруг наёмника, я размеренно отрабатывал зубодробительные по сложности связки ударов, безрассудно и ловко танцуя под дружественным огнём и не забывая использовать считавшуюся самой бесполезной из всех "техник" своего арсенала – "Вспышку".
Двадцать три секунды…
Сложный чертёж возник на земле вокруг китайца в одно мгновение – вспыхнувшие фиолетовым огнём линии образовали вписанную в круг гексаграмму, заключив полудракона в её центр. И в тот же миг на конце одного из её лучей возник застывший в атакующей стойке рыцарь в испещрённых рунами сиреневых доспехах. Немедля ни секунды, воин сделал глубокий выпад – зажатый в латных рукавицах цвайхандер с треском врезался в защиту китайца. Врезался и рассыпался снопом разноцветных искр вместе со своим обладателем, чтобы спустя всего пару ударов сердца вновь возникнуть на конце противоположного луча гексаграммы и обрушиться на второй "щит молний" вертикальным рубящим ударом.
Тридцать девять секунд…
Тройной натиск на Мастера не мог продолжаться долго. Лаптев, опустошивший боезапас "Кратера" и перешедший на дальнобойные "техники" Крови, сбился с ритма и впервые допустил ошибку. И потому китаец, улучшив момент, сумел вывести моего опекуна из боя, осыпав его сокрушающим градом шаровых молний.
Сорок две секунды…
Отстранённо скользнув взглядом по неподвижно лежащему телу близкого мне человека, я максимально взвинтил восприятие и увеличил скорость движений, петляя и прыгая перед полудраконом, пытаясь максимально сосредоточить на себе его внимание.
Пятьдесят одна секунда…
Рунический рыцарь резко увеличил темп и заметался по лучам мистической фигуры, осыпая китайца каскадами ударов двуручного меча и повторяя движения моего друга в двадцати метрах от схватки.
Минута…
Чешуйчатый монстр негодующе взревел, обращая зубастую пасть в небеса и топая когтистой лапой. Окутывающая его сеть электрических разрядов неожиданно стекла ему под ноги, образовав шевелящееся и трещащее облако. Рыча и беснуясь от ярости, Луэн крутанулся на месте, вновь топнул лапой и выложил бережно приберегаемый "козырь".
Сотни и сотни тонких изломанных линий в мгновение ока пронзили пространство вокруг китайца – Дэй словно стал стволом могучего и раскидистого дерева, широко протянувшего свои ветви во все стороны. Его атака играючи подхватила моё тело, пронзая его судорогами, и небрежно отбросила прочь, как надоевшую и поломанную игрушку.
Мир в очередной раз бешено завертелся, но сил хоть как-то проконтролировать этот полёт уже не осталось. Жёстко грянувшись оземь, кубарем прокатился по размокшей талой земле и внезапно абсолютно перестал ощущать своё тело.
 
Потому что мой дух покинул его и вознёсся над полем боя…
Я проиграл.
Невыносимой тяжестью навалилось отчаяние, погребая мой дух влажными, мерзкими липкими комьями сомнений, страха и чувства бессилия – так давит земля, которой засыпают могилу; давит, гулко шлёпаясь на крышку гроба, заглушая звуки и возводя преграду между миром живых и миром мёртвых.
Я проиграл, и они умрут. Мой долг, единственный по-настоящему важный долг не исполнен. Не смог, не защитил, не уберёг…
***
Алекс Розенкрейц захлёбывался приключением и адреналином – сцепив зубы и рыча от перенапряжения, он из последних сил удерживал "рунический щит", сплетённый за мгновение до обрушившейся атаки. Молнии бессильно бились о поверхность защиты, искрящиеся разряды чистой энергии накатывали волна за волной, вынуждая его сделать первый шаг назад, а вслед за ним и ещё несколько.
Маг уже не думал о развлечениях. Его лицо искажала яростная гримаса, а светящийся меч виртуозно выплетал новые и новые вензеля, восстанавливая защитный барьер, что вот-вот должен был рухнуть под напором разбушевавшейся Стихии. Так, отступая всё дальше и дальше, он отчаянно балансировал на грани, но всё ещё сомневался, не пуская в ход свою последнюю козырную карту.
Неожиданно влетевший во внутренний двор особняка внедорожник лихо затормозил, разворачиваясь на 180 градусов. Его появление на доли секунды сбило концентрацию Алекса и помешало ему вовремя восстановить часть "рунического щита" – длинная молния юрко проскользнула в образовавшуюся в барьере брешь и пронзила грудь юноши навылет, отбрасывая его безвольное и бессознательное тело на несколько шагов. Полудракон торжествующе взревел, расправляя крылья и обращая заострённую клиновидную морду к небесам. В рыке звучало неприкрытое торжество победителя…
Обрушившийся с небес частый град ледяных и воздушных лезвий прервал его триумф – ликующий вопль сменился криком боли и непонимания, монстр пошатнулся, с удивлением обнаружив растерзанную в клочья защиту и глубокие рваные раны на покрытом рубиновой чешуёй теле. Его замутнённый яростью взор обратился к мужчинам, что уже вышли из машины и целеустремлённо, спокойно шли к нему.
Их было двое.
Высокий статный блондин, похожий на ожившую ледяную статую и как будто покрытый тонким слоем инея, источающий пробирающий до костей холод. Дэй не знал его, но ощущал исходящую от него опасность.
А вот второй…
Вторым мужчиной был Сяолун Во Шин Во, окружённый зарождающимся вокруг него гибким вихрем торнадо.
Синхронно воздев руки к небесам, они обрушили на Красного Дракона вторую волну атаки – с хмурых небес на Луэна частым дождём посыпались мутные полупрозрачные сферы с заключёнными в них снежинками. Врезаясь в землю и в "щиты" наёмника, они гулко взрывались, щедро разбрасывая во все стороны мелкое ледяное крошево.
Окутавшись сетью из молниевых разрядов, полудракон не стал испытывать судьбу – столкновение с тем, кого он уже десяток лет знал, как Мастера Ветра, не сулило ему ничего кроме мучительной смерти. С трудом сдержав обрушившуюся на него кару небес, Дэй Луэн гигантским прыжком разорвал дистанцию между собой и атакующими и неловко взлетел...
Рванувшийся за убегающим врагом Сяолун вздрогнул, когда на его плечо легла ледяная рука друга:
 
– Не останавливай меня! Он должен умереть!
– Пусть уходит, Сяо, – отрицательно мотнув головой, выдохнул Аскольд. – Нам и без него есть чем заняться. Поверь, ему не уйти. Он всего лишь тянет время.
– Меня не интересует имперское правосудие… – глухо произнёс сникший китаец и потерянно оглянулся. Полуразрушенный особняк и территория вокруг него выглядели полем сражения, и он не знал, отыщет ли свою дочь в этом хаосе. Но когда его пустой и безжизненный взгляд наткнулся на покорёженный автомобиль возле выбитых ворот…