Дар! (СИ)

— Но ты ведь взял чай? Значит, готовился к встрече.
— Не готовился. Взял на всякий случай. Я не знал, что она теперь в новом теле. До сих пор не уверен в том, что сделал, но другие её тронуть теперь не могут, ведь на ней метка женщины, принадлежащей демону очень высокого ранга.
— Теперь она твоя, значит, нужно забрать мою новую родственницу у того белатора, который, как я знаю, был когда-то твоим другом. Ты ведь не считаешь его достойным жить с твоей собственностью? Или подаришь ему своё приобретение?
— Он мне не друг. Он меня предал.
— Верно. Так отомсти! Я дам тебе помощников, на всякий случай. Вдруг ты передумаешь забирать крылатую к нам. Они проследят за тобой, а заодно помогут уничтожить белатора, которому больше жить не обязательно. Только учти, если ты решишь ему помочь, то они расправятся и с тобой, а крылатая девочка попадёт сначала в мою постель, а потом на аукцион. Её купят, не как персональную собственность, а как рабыню в бордель для крылатых. Там такую красотку никто не пожалеет, так что рожать она будет от всех подряд и без перерыва, пока может. А сможет она долго, ведь белаторки почти бессмертные.
— Прошу, замолчите! Вы всё подстроили, чтобы мне пришлось защищать её таким образом. Знал, если на ней не будет метки, демоны будут считать белаторку своей добычей и искать способ прибрать к рукам: бескрылые ради денег, а крылатые ради потомства.
— Сам замолчи, щенок! Ты не лучше каждого из них. Поставил парные метки, но не позабыл покувыркаться с красавицей. Разве ты был с ней только ради закрепления этих меток? Всего один раз? Уверен, что не давал уснуть этой крылатой до утра, иначе она не выпила бы столько чая. Только почему ты не принёс её сюда? Развлекаться можно и дома. Причём не одну-две ночи, а постоянно. Я бы даже отдал вам свою самую большую спальню. Надеюсь, хотя бы обрюхатить ты её сумел? Или тебе нужно показывать, как это делать?
— Привести Орию сюда? Она возненавидела бы меня, как только поняла бы, что на самом деле я не её муж.
— Кого волнуют её чувства? Она не имеет права голоса, как этот стол или вот это кресло. Цепей ещё никто не отменял. Посидела бы прикованной несколько лет и одумалась бы. Зато у тебя к тому времени было бы уже два или три крылатых ребёнка.
Именно этого Кьен и боялся. Грор подтолкнул его к обману, а потом он едва остановился, чтобы не забрать обессилившую белаторку с собой. Когда-то Кьен мечтал покувыркаться с ней в постели, оттого и не мог остановиться, ведь мечта, наконец-то, сбылась. Под чужой личиной он стал хозяином Ории.
У огненных демонов нет браков, как таковых. Обычно владелец ставил парную метку, по которой всегда можно было отыскать сбежавшую женщину. Метка исчезала сама, если хозяин погибал, но пока он был жив, к даме, отмеченной таким знаком, другие демоны не прикасались.
Чужую собственность не трогали, но господин мог запросто её подарить или продать, если надоела, тогда метки стирали маги. Это сделать могли только они. Но поговаривали, что маги могут забрать себе понравившуюся вещь, убрав с неё чужую метку и поставив взамен свою.
Маги — особый клан. Элита равная крылатым. Им позволялось многое.
Их недолюбливали, но боялись, а потому старались лишний раз не связываться.
Госпожа Зура, создавшая чай, который мог примирить демоническую кровь с кровью других видов, когда-то жила в доме мага. Поговаривали, что девушка его внебрачная дочь, а чай изобрела не она, а её папаша. Ходили сплетни, что Зура была плодом любви хозяина и четырёхрукой служанки, которая не отличалась красотой, имела невысокий рост и неудачное для женщины телосложение, зато была весьма выносливой и похотливой. На ней-то маг и опробовал этот чай, а потом передал секрет подрастающей дочке.
Девочка пошла оболочкой, то есть лицом и фигурой, в мать, а начинкой, то есть составом крови и смышлёностью, в отца. К счастью (а может быть, наоборот) рук у неё при рождении было всего две.
После того, как папаша погиб при испытании какого-то мощного заклинания, а мамаша сбежала, выискивая новые приключения на свои четыре руки, заодно прихватив с собой остатки созданного господином чая, девочка осталась одна.
 
Она сумела создать защитный экран, блокирующий демонов, которые были не прочь порезвиться с юной сироткой, и занялась изучением записей отца.
Вскоре её уже не воспринимали, как слабую полукровку, а потом и вовсе стали уважать и советоваться по разным вопросам.
Некоторые демоны даже всерьёз хотели стать ей законной парой, поставив защитную метку, но Зура отказалась от такой доли. Желания связываться с представителями отцовской породы у неё не было, а на жизнь она отлично зарабатывала чаем, за который брала немаленькие деньги, и продавала лишь в двух измерениях. Торговала она и прочими мелочами. За те же услуги маги брали в разы дороже, поэтому клиентов у неё не убавлялось.
Зуре нравился Кьен. Он был красив. Она считала, если сумеет от него родить ребёнка, то есть вероятность, что тот пойдёт в отца, а если не получится красавцем, так и не страшно, ведь огненные демоны не слишком отличаются смазливой внешностью, значит особых проблем не возникнет.
Поэтому, когда он попросил у неё сделать чай для смешения видов, она добавила туда щепотку травы, которая на несколько часов после приёма давала гарантию, что выпившая его женщина не забеременеет.
Так что, зря генерал орал на приёмного сына, тот всё равно не смог бы стать папашей, как бы он ни старался. А метка — не беда, огненный демон может иметь хоть сотню наложниц, которые будут отмечены точно такой же отметиной, какая сейчас на его ухе.
К тому же, раз Кьен взял ещё и мороковое зелье, значит, дама, которую он решил прибрать к рукам, не жаждет стать его собственностью, вот демон и навёл на себя чужую личину.
Если белаторы лгать не способны, то огненные демоны могут это делать безо всякой запинки. Кьен окончательно стал демоном совсем недавно. Кипящая кровь выжгла всё лишнее в его венах, оставив лишь то, что для неё подходило. Человека такая кровь убила бы, но он был вечно юным белатором, потому хоть и с трудом, но сумел справиться.
Для Грора парнишка стал сыном, ведь в нём теперь бурлила его кровь.
В демонической начинке бывшего белатора, если можно её так назвать, были свои выгодные стороны. Умение говорить неправду открыто, без применения хитрых способов обхода, стало не единственным преимуществом. Теперь Кьен почти не чувствовал усталости (мог не спать неделями), а магия, связанная с огнём, была намного разрушительнее, хоть и не сильнее белаторской, и в постели демонам не было равных, не зря же именно они породили суккубов, которые, при необходимости, могли становиться инкубами (эти демоны не умели сражаться, зато были потрясающими любовниками, кроме того, в постели были совместимы и с людьми, и практически со всеми другими расами).
К отличным боевым навыкам парня добавилась раскованность и чувство вседозволенности, которое и раньше присутствовало, но сейчас переросло в откровенную наглость.
Прежде Кьен никогда не позволил бы себе так дерзко воспользоваться неосведомлённостью Ории, чтобы сделать её своей. Сейчас всё стало проще, исчезли ограничительные барьеры. Теперь он был просто уверен, что белаторка должна быть счастлива, что он защитил её от других демонов именно так, ведь дамы на его новой родине не сводили с красавчика глаз, пытаясь при случае забраться к нему в постель. Поэтому Кьен считал, что сделал ей подарок, а если она забеременела, то двойной.
Демон и так был осторожен, даже нежен, он не спалил девушку своей страстью, не сжёг дотла, а дал ей насладиться их близостью, позволил жить.
То, что белаторка была замужем, его нисколько не смущало. Теперь он её муж, её хозяин. Не забрал он Орию лишь потому, что не хотел рисковать своей собственностью, пока не будет знать наверняка, что среди демонов ей ничего не угрожает. В Белатории она, как в сейфе, там никто её не достанет, а Нит будет оберегать этот вклад, словно собственный.