Защитник (ЛП)

— Пришли мне счет, мудак.
Когда Мэддокс оборачивается, он вскидывает руки.
— Если у кого-нибудь здесь есть идеи по поводу того, чтобы сфотографировать мою семью, возможно, вы тоже уберетесь отсюда.
Все аплодируют, и «Революция» забивает первый гол вечера. Поэтому я думаю: «какого черта», и кричу:
— Выпью за каждый гол, который они сегодня забьют, ребята.
Мэддокс качает головой, возвращаясь за стойку.
— Всегда доставляешь чертовы неприятности.
Я мило улыбаюсь.
— Но ты любишь меня.
— Мне все равно. Дай свою кредитную карту.
Я кидаю ее на старую стойку из вишневого дерева и снова смотрю на телевизор, чтобы посмотреть на мужа. Ах, да. Не могу дождаться, когда он вернется домой сегодня вечером.
Когда мы возвращаемся домой после игры, я меняю джинсы на спортивные штаны, затем бросаю пару вещей в сумку и спускаюсь по лестнице. Кензи на кухне доедает остатки. Ее очки надвинуты на макушку, а перед ней разложены тетради.
— Эй, мы скучали по тебе сегодня вечером.
Она поднимает глаза, яичный рулет уже на полпути ко рту.
— Извини. Я была в библиотеке допоздна. Куда собираешься?
Веди себя как взрослая, Линди.
Прими это и покажи всем.
— Я думала, что подожду Истона внизу. Сумасшедший ранее упоминал, что тонна коробок и мебели для Иса была доставлена вчера и сегодня. Я подумала, что помогу ему распаковать вещи.
— Ой, — ее глаза широко раскрылись. — Я собиралась это сделать. Означает ли это, что вы с Истоном…
Я опускаю глаза, нервничая, но больше не могу скрывать улыбку от одного из моих лучших друзей.
— У нас все хорошо, Кензи. Все действительно хорошо.
— Значит аннулирование брака отменяется? — она роняет яичный рулет и смотрит на меня, в ожидании.
— Нет, больше никакого упоминания об этом. Он предложил мне снова выйти за него замуж. На этот раз он хочет сделать это правильно, — шепчу. Я никому этого не говорила. Ну, никому, кроме Джейса.
— А ты хочешь? — спрашивает она с надеждой, танцующей в глазах.
— Хочу ли я выйти за него замуж? О да, — говорю тихо, боясь слишком разволноваться. — Но я ничего не знаю обо всех этих свадебных вещах. Я даже не разговариваю с мамой.
— Ты это исправишь, Линдс. Она твоя мама. Вы должны это исправить. Послушай ту, у кого больше никогда не будет возможности поговорить со своей мамой. Исправь это. Борись с этим, но исправь. Уладь отношения между тобой и Истоном, а затем поработай над этим вместе с семьей, начиная с твоей мамы.
Я прислоняюсь к ней головой.
— Когда ты стала такой умной, девочка-гений?
— Думаю, я такой родилась. У каждой из нас есть дары.
— Ну, чтобы ты знала, у нас с Истоном все в порядке, — беру из холодильника витаминную воду и бросаю ее в сумку, а затем краду кусочек яичного рулета Кензи. — Ням. Вкусно.
— Боже мой. Ты вспомнила? — она хлопает в ладоши, как легкомысленная чирлидерша, а я просто улыбаюсь, пока она не достает свой телефон, а затем на моем телефоне появляется сообщение.
— Что ты сделала, Кензи?
— Посмотри это с Исом, когда будет возможность, ладно?
— Что это такое? — спрашиваю со странным предчувствием.
— Просто доверься мне и посмотри это вместе с моим братом. Теперь иди. Нужно выучить еще одну главу, прежде чем смогу лечь спать, и мне действительно нужно лечь спать.
— Хорошо. Увидимся завтра, — прикрепляю поводок Миртл на ошейник и беру ее с собой в квартиру Истона.
Она меньше нашей. Традиционная двухкомнатная квартира открытой планировки с большим балконом и видом на одну из небольших рек, впадающих в озеро Кройдон. Грузчики, возможно, и привезли его вещи, но уж точно не распаковали. В его гостиной тонна коробок и новый кожаный диван с бирками, прикрепленными к белой поверхности.
Я решаю исследовать дальше и захожу в меньшую спальню. Мебель здесь явно была привезена из его дома в Вегасе. Старая, но любимая. В комнате Истона стоит деревянный стол, довольно старый насколько знаю. На внешней стороне коробок написано «Офис» почерком, явно не принадлежащим Истону. Я предполагаю, что он нанял компанию, чтобы собрать вещи в его доме и перевезти их через всю страну.
 
Я заглядываю в коробку и достаю фотографию Истона в рамке, стоящего между его мамой и Джул. Кензи сидит на руках Иса, и все тянутся к камере. Это отличный кадр, поэтому я ставлю фотографию на стол и улыбаюсь.
Я иду дальше по коридору в главную спальню и нахожу большой новый пружинный матрас и пуфик. Провожу рукой по матрасу «Калифорния Кинг» и срываю бирку, затем открываю большую коробку рядом и нахожу простыни.
Похоже, пора заняться стиркой.
Спустя две загрузки белья я распаковала его спальню. Его одежда развешена, кровать заправлена, а те небольшие туалетные принадлежности, которые удалось найти, лежат на стойке в главной ванной. Его большая кровать покрыта фланелью, как у какого-то лесоруба. Но она мягкая и пахнет кондиционером для белья, что соблазняет меня полежать на ней всего несколько минут. Я сворачиваюсь на бок и закрываю глаза. Всего на минуту. Просто немного отдохну.
Это то, что сказала себе. Но и без того темная комната становится кромешной тьмой, когда чувствую, как кровать прогибается рядом со мной, прежде чем оказываюсь в массивных объятиях мужа. Его запах окутывает, и я мурлыкаю, чувствуя себя счастливой.
— Который сейчас час?
— Поздно, — шепчет он мне на ухо, вызывая теплые покалывания по телу. — Мой рейс только что прилетел, и я получил сообщение, чтобы пришел сюда, а не к тебе.
Я переворачиваюсь и прижимаюсь щекой к обнаженной груди Истона. Он пахнет мылом и сандалом, и мое тело оживает, когда обнимаю его.
— Я скучала по тебе.
— Ты выглядишь чертовски сексуально в моей футболке, детка, — его теплые губы прижимаются к моим, и я вздыхаю, переплетая свои ноги с его. Рука Истона скользит по моему обнаженному бедру и останавливается. Его глаза горят и темнеют. — У тебя есть что-нибудь под моей футболкой, женушка?
Бабочки летают в животе. Я провожу пальцами по восхитительной груди Истона. Тепло расцветает внутри меня, придавая смелости.
— Как насчет того, чтобы выяснить это самому, муженек?
Он перемещается между моими ногами, и мурашки бегут по коже, крошечные огни вспыхивают везде, где он касается.
Истон скользит руками вверх по моей грудной клетке и обхватывает обе груди своими большими грубыми руками, нежно сжимая их, прежде чем большими пальцами коснуться моих затвердевших сосков.
Глубоко внутри меня пронзает волна похоти.
— Истон, — задыхаюсь, не зная, чего именно хочу.
— Видеть на тебе свое имя и номер так чертовски горячо, принцесса, но мне нужно, чтобы это исчезло, — он стягивает мою футболку через голову. Сильные губы прижимаются к моему горлу. Горячим и тяжелым поцелуем. Облизывая и посасывая ключицу. Он покусывает мою грудь, и его зубы царапают соски. Он повсюду, поклоняется моему телу.
Наше тяжелое дыхание становится единственным, что осмеливается нарушить ночную тишину.
Снег снаружи практически светится переливающимся белым светом с балкона, оставляя нас погруженными в темноту.
Истон приседает, и я раздвигаю ноги, когда его рот наконец достигает моей киски, он обдувает меня горячим дыханием.
Я смотрю на его темные глаза и кривую ухмылку, и не могу отвести взгляд.
Истон Хейс опьяняет.
Он дает мне уверенность, которой никогда не было раньше, и мне это нравится.
— Я хочу попробовать твою прелестную киску, принцесса, — и Боже, этот грязный рот.
Я тяну его за волосы и раздвигаю ноги, опуская колени на кровать.
— Чего же ты ждешь?
Истон проводит пальцами по моей промежности, и те крошечные искры, что были раньше, перерастают в полномасштабное пламя, когда он раздвигает мои губы. Собирает влагу, а затем высасывает ее с пальца.
Холодок пробегает по чрезмерно разгоряченной коже, и моя спина выгибается над кроватью, когда он погружает в меня палец.