Король механизмов (СИ)

Да, лифт на пятнадцатый был полностью уничтожен техноцитом вплоть до тринадцатого. Уничтоженные нами существа как раз тем и занимались, что опрыскивали кислотой и кромсали дерево.
С чего бы вдруг они поумнели настолько именно сейчас?
Белая, осознав это, приняла известие близко к сердцу и позволила себе как следует выматериться. Её вообще стычка с Хостером раздражала, как и всякое дело, не связанное с дальнейшим прохождением, а тем более мешающая ему.
На двенадцатом этаже нас уже не ждал никто.
— Всё тихо, — подтвердила Эстель.
Из коры дерева проступили очертания Тумора.
— На одиннадцатом тоже, — сказал он.
Я вздохнул.
— Тумор, поднимай нас на поверхность. — устало сказал я. — Остальным желающим — в убежище и на боковую.
— Я остаюсь тут, — сразу же заявила Белая, и Сайна веско закивала.
— А кто остаётся, рекомендую поспать в пути.
Затем обернулся к Джеку и его группе, добавив:
— Подъем займёт часа четыре. Это не мгновенный процесс.
Лидер семнадцатых просто пожал плечами, принимая к сведению.
— Лишь бы только не оказалось уже слишком поздно, — мрачно заметила Сайна.
 14. Планы, которые известны всем 
Отличное начало хорошего дня — сражение с техноцитом и теперь возможность свободно отдохнуть пару часов. Поняв, что угрозы больше не намечается, мои друзья тоже перекусывали и устраивались вздремнуть прямо на платформе. Правда, сидя — места было не так много на такую компанию.
Семнадцатые всё ещё держались в стороне, но и они заметно расслабились. Было очевидно, что нападать никто ни на кого не собирается. Да и наше истощение говорило само за себя.
— Он нас слышит, — начал разговор я.
Затем достал из дыры в убежище, созданной под мантией, чашку кофе и протянул Белой и полез за своей.
— Хостер? — поняла Белая.
Я посмотрел в сторону семнадцатых. Меня прекрасно было слышно на всей платформе.
— Эта тварь как-то умеет меняться телами, принудительно. Или это так работает его ассимиляция. Тогда, на генераторе, он пытался ассимилировать мой тело, но не вышло. Ему не удалось меня полностью подчинить, потому что я немного растение.
— Это я поняла.
— Он ткнулся в растительную цепь, получил ответку и сбежал, потому что к такому его жизнь не готовила. Физически как боец он где-то на уровне от десяти до пятнадцати тысяч.
— Слабак, — не удержался волк.
— Не думаю, Оскар, — покачал головой лидер семнадцатых. — Он ведь не боец и не дамагер, а мозголом. У него не может быть высокой угрозы.
— Некросуггестор, — кивнул я. — Угрозу выдают по тому, сколько условных врагов ты можешь убить за единицу времени. А убивать он как раз не очень любит. Скорее, ассимилировать и промывать мозги. Так, сейчас будет немного друидской бытовой магии, не пугайтесь.
Я сделал глоток чая, после чего древесным скульптором вырастил небольшой столик перед гостями сектора, на котором создал небольшой растительный навес, а под ним создал дыру в убежище. После чего развернул навес, превратив его в лиственную скатерть, на которой был самовар и несколько больших чашек ароматного чая со свежей выпечкой.
— Угощайтесь, еда не отравлена, — улыбнулся я.
Был уверен, что они как обычно откажутся, но Джек подошёл протянул руку к столу и решил первым попробовать. Скорее всего, имел иммунитеты к ядам в генетике или способы скрытого анализа состава.
Или нет. Краем глаза я заметил, как девчонка с каре едва заметно кивнула.
Ну, я в любом случае ещё никого в этом мире не травил, кроме монстров.
— Когда мы столкнулись во второй раз он полез мне в разум чистой псионикой, — продолжил я. — Чтобы не касаться моего тела и обойти возможность ответной ассимиляции. Магии разума-то у меня нет. Это ему удалось, и он пошёл дальше, встраивать мою душу в своё метанекрозное слияние, но не успел. Мои растения добрались до него раньше, пока он осваивал моё тело. А дальше вы знаете.
— Если его сущность в слиянии существ, то сколько же там сейчас душ? — поинтересовался Сайлас.
— Ну, три сектора он зачистил.
 
— Если бы каждого он делал частью себя, то он должен был быть намного сильнее, — уверенно сказал маг семнадцатых.
— Есть очень большой побочный эффект, — сказал я. — Он практически безумен. Он может тупить в очевидных вещах, но затем строить сложнейшие работающие схемы и создавать сложнейших химер. И у него очень узкое мышление. Он способен концентрироваться нормально максимум на одной цели да и то с трудом.
— Высокий интеллект при низкой осознанности, — понял Сайлас.
— Да, и ещё много психических проблем, — я кивнул. — У него постоянная тревога, частые панические атаки, может ещё что–то. При своём могуществе он бы мог стать намного опасней. Но у меня такое чувство, будто он сам мечтает о своей смерти.
— Что ж он тогда не убьётся? — спросил Оскар.
— Не может, — развёл я руками. — Во-первых, он боится смерти. Вернее, не так. Он боится мучительной смерти и возможной расплаты за грехи, как-то так. Самой смерти он был бы рад. А во-вторых — долг перед всеми, кого он уже поглотил и перед самой Стеной. Отказаться от жизни или от убеждений — всё равно что предать их.
— Достаточно глубокий анализ по двум боевым столкновениям, — заметил Джек.
— Ему не стоило пытаться взломать разум полурастения с эфирным модом.
— Понятно, — на его лице… кажется, он впервые на моей памяти улыбался.
— Как ты намерен победить Хостера? — спросил он. — Можешь не отвечать, это твоё дело. Мне просто любопытно.
— Любопытство — это святое, — ответил я. — Грубой силой. Он уже понял, что ассимилировать растительную цепь ему не удастся, а пытаться отобрать тело — бессмысленно и опасно. Значит, заполним ею как можно больше локаций. Постараемся по возможности наладить создание некродендроидов и возьмём числом. Его монстры шума сильнее. Но источник ассимиляции — сам Хостер. А мою работу есть кому выполнять. Так что распространяется моя цепь в перспективе быстрее.
— То есть будем просто перекрывать ему кислород и затравливать количеством? — задумалась Белая.
— Сомневаюсь, что это реально, — покачал я головой. — Такой сам кого хочешь затравит. Кадавров он плодит достаточно быстро, в отличии от шума. Но вернёмся к тому, с чего начали. В твоём мире у Хостера способности были сильно ограничены, но ведь и половины навыков тоже не было.
Я вздохнул и покончил с чаем. Но ехать наверх нам было ещё далеко. Потому я создал себе кресло и устроившись в нём, призвал из убежища ещё одну чашку. Сегодня был мятный травяной чай от тари с десятого.
— Уже тогда он нас слышал очень издали, — продолжил я. — И успевал реагировать соответственно. Теперь же, побывав у него голове, я это знаю наверняка. Он слышит мысли каждого из нас. Так что обсуждать планы или просто думать о них бессмысленно. Сработает только грубая сила, рандом или глупость.
— Если можно говорить свободно, то тогда поясни, — загорелась Белая.
— Давить количеством — это путь грубой силы. Даже если враг о ней знает, это ему не сильно поможет. Да, он сильней меня, но что он может сделать с ордой дендроидов? Взломать разум и подчинить не может. Пустота чувствительна эмоциям, но у меня под контролем снова-таки — растения и нежить. Поможет только ответ такой же грубой силой. Но вот беда…
Я сделал трагическую паузу, улыбнулся и уделил время второй чашке чая.
Гости с семнадцатого тоже приняли приглашение перекусить. Интересно, у них в секторе такая еда часто доступна? Радость при виде угощения проявляла только девчонка с каре.
— Кадавры и шум по тем же причинам не могут ассимилировать растения. Кадавры сменят хозяина. Шум зачем-то убивается, хотя я могу только превратить их в злые неподвижные деревья, но не взять под контроль.
— А рандом и глупость? — спросила Белая.
— Здесь всё просто. Решения, которые я буду принимать по ходу дела он не сможет предсказать и подготовиться. Это касается обоих пунктов.