Как перевоспитать вампира за 30 дней (СИ)
— Эй, Марко!
Попытался открыть веки, но они словно свинцом налились. Конечности онемели — я даже пошевелиться не мог. Голова гудела так, будто меня по ней огрели со всей ненавистью. Просто прикопать забыли.
— Да что ж ты будешь делать!
В следующее мгновение меня окатило студеной водой. От неожиданности вскрикнув, я подскочил в кровати.
— Мать мою за клык! — прошипел, щурясь от света. Однако надо отдать должное — бодрящий душ подействовал на все сто! Слабости и след простыл.
Проморгавшись, встретился взглядом с Тадеушем, в руках которого было ведро. По гобеленам на стенах узнал одну из гостевых спален в его доме.
— Ну что, игрок? — хмыкнул друг. — Не хочешь объяснить, во что встрял?
Мысли путались. Половина событий будто стерлась из памяти. Вроде бы все шло по плану и партия за партией была за мной… Но, когда мы остались втроем, странная сила захватила меня. Медленно подкрадываясь, она толкала прямиком в ловушку. И вот, очарованный, я и не заметил, как…
— Я проиграл поместье в Трансильвании.
— Чего? — усмехнулся Тадеуш, не веря. — Оно даже не твое!
— Это мне не помешало! — Схватился за голову. Сам не верил! — Когда со мной остались только Милош и Зоран, ставки резко возросли. Вдумайся, один поставил на кон рудники, другой — «Гарсона»! Что мог предложить я?
— Закончить это дерьмо! — До друга наконец дошел масштаб неприятностей.
— Если бы не одно «но»: ко мне подослали какую-то шельму!
— Говорил же, меньше на баб засматривайся!
— Думаешь, я такой дурак, что ради какой-то юбки, пусть и хорошенькой, готов отдать состояние?! — оскорбился я. — Она применила запретные чары! Незаметно опоила меня! Мерзавка! Как же ее звали? Имя еще такое… не наше! Никогда не слышал!
— Один хрен! — махнул рукой толстяк, залпом опустошая кувшин. Не только у меня утро началось паршиво. — Не пойму, на кой им это подстраивать?
— Наверное, думали прибрать к рукам мой особняк… но я сам заикнулся. — Зла на себя не хватало! Готов был разнести все к чертям собачьим!
— Своих мало? Тут что-то другое…
В приоткрытую дверь вдруг просунулась гоблинская морда.
— Тильбо? Что ты здесь делаешь?
— Господин… — На голове слуги зашевелилась парочка оставшихся волос. — Ваш дедушка прислал вестника. Велел найти вас и привезти к нему как можно скорее… Дело не терпит отлагательств, поторопитесь.
Мы с Тадеушем переглянулись. Еще вопрос, кто к бабуле отправится первым: я или дед! И поминай как звали!
Видок у меня был отменный! На ватных ногах, совершенно мокрый и злой, я проследовал с гоблином в карету. Тадеуш, пожелав мне удачи, остался в обнимку с кувшином — обмозговывать случившееся недоразумение.
Я молил небеса о пощаде! Может, дед зовет по-другому поводу и мошенники еще не опередили меня? В самом деле, идти прямиком к главе клана Готи — верх невежества!
По дороге проверил замызганный сюртук. Как и думал, ни часов, ни дорогой зажигалки… о банкнотах вообще молчу. Докатились! Уже и профурсеток в помощницы берут! Перед глазами до сих пор мельтешила эта белая штора!
Дом деда встретил привычным холодом и сыростью. Он редко отапливался и больше напоминал подземелье: сплошной дуб и камень. Солнцу вход сюда был воспрещен — к старости дед стал уязвим. Сам он нашелся в кабинете за чтением каких-то бумаг. Странно, что не утренней корреспонденции.
— Что за вид? — Дед с пренебрежением оглядел меня.
— Попал под дождь, — наткнувшись на грозный взгляд, добавил: — Из девичьих слез, конечно же.
— Опять всю ночь куролесил? — хмыкнул великий и ужасный. — Весь в отца.
Еле сдержал громогласное «Фух!». Кажется, пронесло!
— Как будто ты в молодости был лучше… — Тут же прикусил язык — вечно бдящая бабушка недовольно зыркнула на меня с портрета.
— Я решил продать поместье в Трансильвании, — прозвучало как гром среди ясного неба.
Еле успел нащупать кресло и сразу же рухнул в него.
— Твой дядя не против.
— П-почему ты не посоветовался с-со мной? Это, з-знаешь ли, сродни п-предательству! — заикаясь, возмутился я. Хотя в душе уже начал радоваться. А пускай новый владелец разбирается с этими двумя!
— Потому что у меня к тебе предложение, — продолжил дед, ни о чем не подозревая. — Я отдам его тебе. Но с одним условием.
Еще вчера я был готов на все ради роскошного имения. Охотничьи угодья, винные погреба, горы… Но теперь…
— В течение полугода ты женишься. И даже не пытайся вновь провести меня и заключить фиктивный брак. Я лично должен одобрить твой выбор. — Дед строго посмотрел на меня поверх пенсне. — Согласен — сегодня все подпишем, и отправишься туда завтра. Но, если не выполнишь уговор, будешь светить голым задом не только перед барышнями. Намек ясен?
Расстегнул воротник рубашки — что-то душно стало… Еще и жениться, когда такие проблемы? Хотел бы я взглянуть на эту несчастную!
— Ну что, согласен?
— Жертвовать своей свободой я не готов, — осмелился заявить я.
— А я не готов продавать фамильную ценность, — давил на меня дед, уже пододвигая ключи. — Так что по рукам, внучок.
В дверь вдруг постучали.
— Да?
— Господин, утренняя корреспонденция! — вбежал одетый с иголочки слуга. Не то что мой горбун.
— Запоздало, — покачал головой дед.
Небольшая стопка легла на стол. Завидев конверт, я сразу напрягся.
— Письмо?
— Было в ящике вместе с газетами.
Оставшись с дедом наедине, я буквально вжался в сидение. Я догадывался, что там внутри… Жаль, пути побега были отрезаны: в окно — высоко, в дверь — догонит.
Мой грозный воспитатель вскрыл ножом конверт и бегло пробежался по строкам. Чем ниже он опускался, тем выше поднимались его брови… И тем меньше я чувствовал землю под ногами!
— Дедуля, столько мошенников нынче развелось… — залепетал я, отодвигаясь к двери. Вместе с креслом. — Наживаются на богатых пенсионерах всеми способами!
Резко смяв бумагу, дед с ненавистью зыркнул на меня. Со стороны портрета послышался громкий «Ох!» — бабуле конкретно поплохело!
Впрочем, как и мне!
— Значит, по рукам…
Улыбка деда не предвещала ничего хорошего. Взгляд его метнулся куда-то в угол — там, кажется, тросточка стояла… Бабушка давно закрыла глаза, не в силах смотреть на преждевременную кончину любимого внука.
— Вот руки-то я давно не разминал!
— Я не виноват! — в сердцах воскликнул я. — Меня подставили!
— Да что ты вообще о себе возомнил?! — взревел дед. — Распоряжаться семейным имением! Еще и так бездарно!
Взглядом выцепил пару строк с «флага», которым передо мной неистово размахивали: «Многоуважаемый Влад Готи! Вынуждены сообщить вам пренеприятное известие: сегодня ночью ваш внук, Марко, проиграл нам поместье в Трансильвании. Ставка заверена крупье. С места проведения игры Марко сбежал, в собственном доме со вчерашнего вечера не появлялся…»
— Вздор!
— И кто поплатится за этот вздор?! — Дед со всей силы схватил меня за грудки.
В своей жизни я успел побегать много от кого… От настойчивых барышень, не желающих поутру садиться в карету… От их отцов, мужей…
Но такого деру я еще не давал!
— Дедушка, не бери грех на душу! У тебя и без того их хватает!
Инквизиция не отставала, возмущаясь мне в спину:
— Послала же Преисподняя внучка! Все ему мало! Сколько раз я спасал твою задницу?! Сколько карточных долгов покрыл! Терпел гулянки! Неблагодарный!
Заметив рыцарские доспехи в углу, повалил их. Но дед и бровью не повел — только ускорился. Старый пройдоха! Какая прыть! А еще жаловался, что годы берут свое!
— Ты что, отправишь к рогатым единственного внука?! Я ведь так молод! Даже не оставил наследника! — Я перемахнул через перила.
— Уж очень сомневаюсь, голубчик! И хорошо, если отделался только одним!
Слуги, высыпавшие на звук, стали разбегаться кто куда, теряя свою ношу. Что я только ни перепрыгивал: дедовы рейтузы из прачки, булки хлеба… особо впечатлительных, не устоявших от такого зрелища!