Человек с Золотым Торком (ЛП)

- Привет, Эдди, - сказало Сердце. Его голос был тёплым и дружелюбным, мужским и женским, и казалось, что он исходит отовсюду сразу.
- Обычно я прилагаю значительные усилия, чтобы поддерживать здесь соответствующую духовно - утончённую атмосферу, манипулируя эмоциями всех, кто приходит ко мне, чтобы поддерживать должное уважительное отношение. Но с вами это бессмысленно, не так ли? Вы знаете мой маленький секрет, и вы пришли сюда за правдой. Бедный мальчик. Как будто твой маленький разум может вместить или оценить все мои Истины.
- Ты умеешь разговаривать? - изумился я.
Это было очевидно, я знаю, но я был искренне потрясён. Насколько мне известно, Сердце никогда не разговаривало ни с одним Друдом, с тех пор как оно заключило первоначальную сделку с моими предками.
- Неужели ты так удивлён, узнав, что я живое, мыслящее существо? - сказало Сердце. - Не весь интеллект основан на плоти.
- Ты действительно пришелец из другого измерения? - спросила Молли, просто чтобы дать понять, что она в деле.
- Из высшего измерения, - сказало Сердце. - Что я могу сказать; мне всегда нравились трущобы.
- Почему ты никогда не говорил раньше? - сказал я.
- Говорил, - ответило Сердце. - Но только с правящим Матриархом твоего племени. По давней традиции каждая Матриарх должна дать согласие на продолжение нашей стародавней сделки. Чтобы привязать её семью ко мне душой и телом. А взамен я дарую вам всем толику своей силы. Я сейчас говорю с тобой, Эдди, потому что ты несёшь Клятвенник. Мерзкая маленькая штучка… Я уже несколько поколений пытаюсь убедить твою семью избавиться от него.
- Потому что он может уничтожить тебя, - сказала Молли.
- Конечно, - сказало Сердце.
- Зачем ты прибыл сюда? - резко спросил я.
Я был так близок к ответу, что едва мог это выдержать. Я хотел знать. Я так далеко зашёл, так много потерял, и я чувствовал, как сама Смерть постукивает по моему плечу, как странная материя движется сквозь меня… но что бы здесь ни случилось, я был полон решимости наконец узнать правду.
- Вы убегали, не так ли? Вас преследовало по измерениям что-то, что вас пугало. Так что же вы сделали, что вам пришлось загрузить себя в это маленькое, примитивное измерение?
- Я просто слегка повеселился, - ответило Сердце. Его голос неуловимо изменился. Голос попрежнему звучал тепло, дружелюбно и вкрадчиво, но в нём звучало нечто такое… будто ему нравится отрывать крылышки у мух или давить бабочек, просто потому что он может это делать.
- Я люблю играть. И если иногда я играю слишком грубо и ломаю свои игрушки, что же… всегда есть другие игрушки.
- Игрушки? - сказал я. - Это всё, чем мы для тебя являемся?
- Кем ещё вы можете быть? Такие ограниченные, недолговечные штучки; вы мелькаете и исчезаете так быстро, что я едва успеваю за вами следить. Я прожил тысячелетия!
- И ты не можешь придумать ничего лучшего, чем поиграть с игрушками? - сказала Молли.
- Чтобы тебя любили, поклонялись и беспрекословно слушались, - радостно ответило Сердце. - Что может быть важнее этого?
- А если твои игрушки посмеют взбунтоваться? - сказал я.
- Тогда я их раздавлю, - сказало Сердце. - Игрушки должны знать своё место. Вот почему я позволил тебе войти сюда, Эдди. Я сделал тебя тем, кто ты есть. Я подарил тебе мой золотой ошейник, и ты носил его много лет, как хорошая маленькая собачка. Но это всё ещё мой ошейник.
Торк на моей шее обжёг ледяным холодом, когда золотой живой металл в мгновение ока охватил меня и окружил, хотя я не призывал его. Доспех окружал меня, как тюремная камера, изолируя от мира и удерживая внутри - беспомощным. Я произносил дезактивирующие Слова снова и снова, но ничего не происходило. Я напряг свои руки и ноги, сопротивляясь облегающему металлу, но броня держала меня в неподвижности. Я больше не контролировал себя. Это делало Сердце. Теперь я был просто сверкающей золотой марионеткой, внутри которой сидел человек.
- Убей женщину, - с жадностью и ликованием приказало Сердце, и доспех зашевелился, повинуясь, продвигаясь в направлении Молли, несмотря на всё моё противодействие.
 
Молли позвала меня, когда броня приблизилась к ней, но она не могла услышать моего ответа. А поскольку Сердце занимало большую часть пространства Святилища, ей просто некуда было деться.
Она попятилась по периметру большого зала, стараясь сохранять безопасную дистанцию между собой и наступающим доспехом. Из Святилища было два выхода, но она должна была понимать, что доспех настигнет её ещё до того, как она сможет открыть дверь. Теперь я выкрикивал активирующие Слова, кричал Молли, чтобы она убегала, но ничего из этого не проникало сквозь безликую золотую маску, закрывавшую моё лицо. Молли поняла, что не может меня дозваться, и перестала отступать. Её лицо стало спокойным и холодно-решительным. Она вызвала ревущий штормовой ветер, который ворвался из ниоткуда, сотрясая воздух, как таран. Он попытался подхватить меня и унести, но из-под золотых ступней моего доспеха выросли массивные шипы и прикрепили меня к деревянному полу. Ветер безвредно бился о мою золотую оболочку, не находил опоры и угасал. Доспех шагнул вперёд. Молли наколдовала пригоршню адского пламени и бросила в меня. Пламя из глубин адского горнила, призванное испепелить тело и душу, и всё же оно не могло причинить мне вреда сквозь золотой доспех. Пламя испепеляло и чернило пол вокруг меня, воздух мерцал в зловещей испепеляющей дымке, но я ничего не чувствовал. Броня шагнула вперёд. Монстры появились из ниоткуда, чтобы преградить мне путь. Огромные, ужасные существа, с бронированными шкурами, извивающимися, покрытыми шипами щупальцами и широко раскрытыми, щёлкающими пастями, полными острых как бритва зубов. Но доспех просто шагнул сквозь иллюзии, чтобы добраться до Молли. Она отступила назад, развеяв иллюзии взмахом руки, и создала бездонную яму между собой и мной. От этого усилия на её лице выступили бисеринки пота. Доспех легко перепрыгнул через пропасть и встал перед ней, движимый неестественной силой своих бронированных ног. Молли призвала мерцающий экран чистой магии, чтобы он встал между ней и мной. Он потрескивал, трещал в воздухе, поддерживаемый её стальной волей. Доспех прижал к экрану золотую ладонь и медленно, но неумолимо, со всей своей безграничной силой надавил на него. Давил пока экран не разлетелся вдребезги и не исчез, а Молли не упала на спину, крича от шока и боли. Потому что, в конце концов, Молли была человеком, а доспех - нет. Молли была явно истощена, все её внутренние резервы были исчерпаны. Она попятилась назад, прочь от меня, прижимаясь к стене, а доспех шагал за ней. Его смертоносные золотые руки тянулись к ней, и я не мог ничего сделать, чтобы остановить его.
- Эдди, - сказала Молли, стараясь говорить спокойно и твёрдо, - надеюсь, ты меня слышишь. Я знаю, что это не ты. Я сделала всё, что могла. Теперь всё зависит от тебя, останови доспех. Но если ты не сможешь… Я хочу, чтобы ты знал, что я понимаю. Я понимаю, что это сделаешь не ты. Так что не вини себя. Просто… найди способ заставить Сердце заплатить. Прощай, Эдди. Моя единственная настоящая любовь.
Я даже не мог ей ответить. Я исчерпал все свои силы, беспомощно сражаясь внутри доспеха. Моя человеческая сила противостояла его нечеловеческой мощи… Я не мог пошевелить ни одной своей конечностью, броня двигала мной. Это было похоже на то, как если бы моя рука не подчиняясь мене, взяла оружие и совершила убийство, а я мог только смотреть и беспомощно кричать, чтобы она остановилась. Не способствовало и то, что столь сильный стресс ослабил мою защиту, и странная материя распространилась по всему моему телу. Я чувствовал, как она пульсирует во мне. Причиняя мучительную боль… Я был так слаб, что, наверное, упал бы, если бы броня не сковывала меня. Я так устал. Я так долго боролся, отказываясь сдаваться, и всё напрасно.
И тут тонкий голосок в затылке сказал: “Тогда прекрати бороться, идиот”. Голос не был похож на мой. Он также не был похож на голос Сердца. Поэтому я решил рискнуть и перестал бороться. Я позволил слабости захлестнуть меня, забрать все силы из моих рук и ног. Я перестал сопротивляться и позволил странной материи делать то, что она хочет. Я сдался, и доспех резко остановился… Его золотые руки замерли в нескольких дюймах от горла Молли, а затем медленно и задумчиво броня опустилась перед ней на колени. Потому что Торк был связан со мной, телом и душой, и даже Сердце не могло разорвать эту связь. Доспехи сильны лишь настолько, насколько силён человек в них, а у этого человека… ничего не осталось. Живой золотой металл пульсировал на моей коже, пытаясь выполнить приказы Сердца, но его пересилила моя упрямая слабость, подкреплённая присутствием странной материи в моём теле. Понемногу контроль вернулся ко мне, и я медленно отодвинул золотой металл от своего лица, чтобы Молли могла видеть и слышать меня. Она склонилась передо мной, и я думаю, что она могла видеть тень смерти на моём лице. Она заплакала.