Человек с Золотым Торком (ЛП)

Мы передвигались по комнате так тихо, как только могли. Никаких следов злодеев, и я начал сомневаться, что мы ищем - труп, или человека? Я толкнул дверь спальни и увидел Голубого Фейри, лежащего лицом вниз - на кровати. Он тихонько похрапывал, а из его рта вырывались невнятные звуки. Мы все немного расслабились и убрали оружие.
На Голубом Фейри были только трусы-боксёры, срок годности которых давно истёк, и браслет-амулет на левой лодыжке.
Янычар Джейн, Молли и я устроили короткую, но оживлённую дискуссию о том, кому придётся прикасаться к нему, чтобы перевернуть. Мы сыграли несколько быстрых раундов в камень, ножницы, бумагу, и я проиграл. Думаю, что они как-то сжульничали. Я крепко ухватился за удивительно волосатое плечо Голубого Фейри, перевернул его и прокричал его имя ему в лицо. Затем я быстро попятился, когда он резко сел в постели, хрипя и кашляя.
- Хорошо, хорошо, я проснулась! Отставить грубости, я сверхчувствительна! Особенно по утрам.
- Сейчас полдень, - уточнил я.
- Для тебя, может быть. Для меня, к сожалению, это начало нового дня. Вам придётся меня простить.
Старые серые клетки не в состоянии работать в такую рань, по крайней мере, пока я не выпью пару чашек кофе и не выкурю сигарету. Итак, кто вы, что вы.., и почему преследуете бедную фею в этот безбожный час? Я ведь не делала заказ? Могу поклясться, что эскорт-агентство заявило, что я больше не кредитоспособна, ублюдки. Он зажмурил глаза, выкашлял половину лёгкого, а затем уставился на меня обескураженным взглядом. Его глаза расширились, когда он, наконец, хорошо рассмотрел меня, а затем он отполз назад по смятым простыням, подняв руки в защитном жесте, пока не упёрся в изголовье кровати. Он попытался улыбнуться, но не смог сделать это убедительно.
- Эдди! Это ты! Если бы я знала, что ты придёшь, я бы хоть немного прибралась, хоть немного постаралась… Угощайся чем хочешь, чувствуй себя как дома… О, Боже, Эдди, не убивай меня, пожалуйста! Я не представляю для тебя угрозы!
- Интересно, - сказал я. - Вообще-то, ты должен знать меня только как Шамана Бонда. Но ты знаешь моё настоящее имя. Как так, Блю?
- Я вижу твой Торк, - сказал он, быстро моргая. - Знаешь, я полуэльф. Конечно, ты знаешь. Вы, Друды, всё знаете. А я, время от времени выполняю небольшую работу для вашей семьи. Вынуждено. Они дают мне деньги. Не убивай меня, Эдди, пожалуйста. Они заставили меня сделать это!
- Ладно, Эдди, отстань от него, - сказала Янычарка Джейн, подавшись вперёд и встав рядом со мной. - Привет, Блю. Это я, Джейн. На этот раз ты попал в настоящую передрягу, не так ли? Даже я, возможно, не смогу вытащить тебя из неё. Что именно ты сделал для Друдов, чего ты так стыдишься?
- Ах, Джейн, - сказал Голубой Фей, немного успокаиваясь. - И Молли тоже здесь. Как мило. Добро пожаловать в мою скромную обитель. Простите за беспорядок, но я здесь живу. И кажется, у меня иссяк энтузиазм, и я больше не могу не обращать на всё это внимания. Ужасно небрежно с моей стороны, я знаю, но такова жизнь в наши дни. Во всяком случае, моя жизнь. Тем не менее, я рад, что ты здесь. Если кто-то вот-вот умрёт ужасной смертью, то немного лучше сделать это в компании своих друзей. Не могли бы вы убедить вашего друга-убийцу позволить мне одеться? Я бы не хотел встретить своего создателя в одних трусах.
- Одевайся, - сказал я, невольно забавляясь. - Я здесь не для того, чтобы убивать тебя, Блю. Просто задам тебе несколько вопросов.
- Подожди, пока не услышишь ответы, - сказал Голубой Фей-ри.
Мы все попятились от кровати, он поднялся с продавленного матраса и натянул старую потрёпанную шёлковую накидку. Он провёл руками по редеющим волосам, достал сигарету из пачки у кровати, прикурил кончиком пальца и глубоко затянулся. Затем у него случился ещё один продолжительный приступ кашля, сопровождавшийся действительно ужасными звуками, и он снова сел на кровать, его лицо было серым и потным. Он страдал от избыточной массы тела, что было хорошо видно по его обвисшим щекам и двойному подбородку. Его лицо имело нездоровый оттенок, а глаза были тревожно налиты кровью. Говорят, что в своё время, во времена глэм-рока, он был настоящим денди, но возраст не был к нему благосклонен. Голубой Фей-ри не рефлексировал, а прожигал свою жизнь, и это было заметно. Возможно, когда-то он и был личностью, с которой следовало считаться, но это было давно. И всё же, если он совершил хотя бы половину того, о чём говорили, в постели и вне её, удивительно, что он вообще ещё существует. Предположительно, даже полуэльфу очень трудно умереть.
 
- Боже, ты в полном беспорядке, Блю, - воскликнула Янычарка Джейн. - Ты выглядишь хуже, чем твоя комната, а это о многом говорит.
- Я знаю, знаю, - сказал Блю, снова затягиваясь сигаретой и усилием воли подавляя очередной приступ кашля. - Считайте, что я, в процессе… Я всё надеюсь, что если я выпью достаточно, или проглочу достаточно дряни, мне не придётся снова просыпаться в этой ужасной комнате, в этой ужасной жизни. Возвращаться в эту яму, которую я вырыл для себя, в эту нору, в которую я заполз… Но я всегда просыпаюсь. Трудно убить эльфа, даже когда он изо всех сил старается. Даже полуэльфа. Благословение на старого доброго папочку и его буйные гонады.
- Для человека, так решительно настроенного умереть, ты выглядишь очень обеспокоенным тем, что я здесь, ради того, чтобы убить тебя. - сказал я.
- Я бы предпочёл уйти с достоинством, - сказал Голубой Фей-ри. - А не брыкаться и кричать всю дорогу, пока ты будешь разрывать меня на мелкие кровавые кусочки. Я знаю, как вы, Друды, действуете.
- Но почему ты вообще хочешь умереть? - спросила Молли. - Если тебе не нравится твоя жизнь, измени её, поверни её вспять. Время ещё есть.
Голубой Фей-ри ласково улыбнулся ей. - Ах, это говорит невинность и оптимизм юности. Когда жизнь ещё кажется полной перспектив и возможностей. Но никто не любит фею, когда ей пятьдесят. Они желают получать своё волшебство от более молодых. И моя магия, к сожалению, уже не та, что раньше. Она потускнела вместе с моей внешностью… которая была великолепна, когда-то давно. Меня приглашали на все самые лучшие вечеринки. Я общалась со всеми знаменитостями, моё лицо еженедельно мелькало на страницах глянцевых журналов… Но, увы, мы, полуэльфы, рано расцветаем и быстро увядаем. Энергия папочки изначально не предназначалась для человеческого тела. Свеча, которая горит в два раза быстрее… в конце концов, это оказывается не такой уж большой удачей.
- Теперь я уже не настолько хороша собой, чтобы держаться за всех этих красивых мальчиков и красивые вещи, которые только и делают жизнь достойной. Милые юные создания всё ещё оказываются в моей постели, но только тогда, когда я им плачу. А состояние, которое я когда-то имела, и которое, как я думала, прибудет со мной вечно, давно ушло, давно растрачено. На это… и на то. Я никогда не беспокоилась о деньгах, пока у меня их не осталось. Вот почему в эти дни мне приходится браться за любую работу, которую я могу найти. Даже за такую работу, от которой как я знаю, потом будут проблемы.
- Что вы сделали, Блю? - спросил я его.
Он умоляюще посмотрел на меня. - У меня не было выбора. Один из ваших людей появился здесь совершенно неожиданно. Я не думал, что Друды вообще знают о моём существовании, не говоря уже о том, где меня искать. Но у него была для меня работа, и хорошие деньги. Очень хорошие. Это была реальная Угроза… Друдам нельзя отказывать. И поскольку всё, что ему было нужно, это небольшой кусочек страной - чужеродной материи я не увидел в этом ничего плохого. Обретение необычных предметов из других измерений - одна из немногих вещей, в которых я всё ещё хороша. Это в генах, видите ли. Однажды, несколько лет назад, я раздобыла странную материю для Оружейника вашей семьи, и, должно быть, она где-то хранилась, потому что когда им понадобилось ещё, они обратились ко мне.
- Кого они прислали? - спросил я.
- Мэтью, - сказал Голубой Фей-ри. - Они всегда посылают Мэтью, когда не готовы принять ответ: “Проваливайте в Пекло”.