Человек с Золотым Торком (ЛП)
Теперь они не могли коснуться ни меня, ни Молли. По мере приближения чёрных машин темп стрельбы возрастал, пули били по моей спине, плечам и затылку. Я не чувствовал ударов, но слышал их.
Наложение брони на мою левую руку снова сделало её сильной, хотя боль и не ослабла. Я осторожно положил её на талию Молли и почувствовал себя немного увереннее. Теперь Vincent с рёвом нёсся по дороге, и проплывающий мимо мир был просто размытым пятном. Молли громко смеялась, крича от радости - драйва. Меня больше беспокоило, что произойдёт, если одна из пуль попадёт в топливный бак. Я спросил об этом Молли.
- Не волнуйся! - крикнула она в ответ. - Это не настоящий мотоцикл. Он только выглядит как мотоцикл.
- Не настоящий мотоцикл? Не настоящий: Vincent Black Shadow?
- Да ладно, - крикнула Молли. - Чего ты ожидал от браслета-оберега?
- Лишь бы в полночь он не превратился в тыкву…
Молли снова рассмеялась и ещё увеличила скорость байка. Я убрал правую руку с талии Молли и достал Colt Repeater из наплечной кобуры. Это заняло у меня некоторое время, чертовски болело плечо, но наконец я вытащил пистолет. С минуту я тяжело дышал, контролируя боль и готовясь к тому, что мне ещё придётся сделать. Я крепче обхватил талию Молли своей окрепшей левой рукой, повернулся на сиденье и оглянулся на машины позади меня. Теперь там было четыре машины, и пятая их догоняла, они прокладывали себе путь сквозь поток машин, что не успевали убираться с их пути. Мужчины высовывались из окон машин и стреляли в меня из самого разного оружия. У одного даже была ракетная установка. Он выстрелил из этой штуки, и ракета вылетела, врезалась в мой бронированный бок, отскочила, и разнесла магазин. Надеюсь, что внутри никого не было, но у меня не было возможности узнать наверняка. “Манифесту Судьбы” было всё равно, кто ранен или убит. И тогда я решил, что просто сбежать от этих ублюдков недостаточно.
Тем временем все они стреляли в меня, пули отскакивали от моей груди и золотой маски на лице. Мотоцикл мотало то в одну, то в другую сторону, пока мы въезжали и выезжали из пробки. Новая боль в руке заставила меня вскрикнуть, и слёзы потекли по моему лицу под маской. Но я держал Colt Repeater предельно твёрдо, когда направил его на преследующие машины. Сначала я попробовал прострелить шины. Это всегда срабатывало в кино. Но хотя я попал во все шины, в которые целился, ни одна из них не взорвалась. Бронированные автомобили двигались на литых резиновых шинах. В “Манифесте Судьбы”, должно быть, тоже видели эти фильмы. Поэтому я прицелился в водителя ближайшей машины. Он смеялся надо мной за своим пуленепробиваемым лобовым стеклом, до тех пор, пока Colt Repeater не послал пулю через ветровое стекло и не разнёс ему голову. Машина резко вильнула, выехала на тротуар и протаранила три парковочных счётчика, прежде чем затормозить. Я тщательно прицелился и застрелил остальных водителей, их машины занесло, они разбились, врезались в витрины магазинов. Но к погоне присоединялось всё больше чёрных машин, которые с визгом вылетали из-за углов с каждой боковой улицы, мимо которой мы проезжали.
Вскоре на нашем пути появилось с десяток новых машин, которые виляли туда-сюда, чтобы мне было труднее прицеливаться. Я продолжал уничтожать их водителей, одного за другим. Обычно такая точность прицеливания невозможна, в этих обстоятельствах, но, к счастью, Colt Repeater сделал за меня большую часть работы. Спасибо, дядя Джек! Всё больше машин присоединялось к погоне, казалось, они появлялись отовсюду сразу, прорываясь сквозь общественный трафик, как будто его и не было, отбрасывая легковушки в сторону или перемалывая их под собой. Позади нас, насколько я мог видеть, царил хаос из разбитых, горящих машин. Мужчины и женщины с широко раскрытыми глазами толпились в дверях магазинов, крича в мобильные телефоны, когда мы проносились мимо. Стрельба теперь велась непрерывно, осыпая меня и байк, мощным потоком пуль они пытались остановить нас. Большинство пуль рикошетили от нас, разбивая витрины магазинов и сбивая пешеходов. “Манифест Судьбы”, они использовали меня, чтобы убивать невинных людей. Так больше не может продолжаться!
Из боковой улицы выехала чёрная машина и остановилась рядом с нами. Человек на заднем сиденье выстрелил мне в лицо в упор, злобно вскрикнув, когда пуля отскочила от золотой маски. Они были слева от меня, поэтому я не мог в них стрелять. Я рискнул оторвать левую руку от талии Молли, пробил ветровое стекло машины, вытащил водителя и выбросил его на дорогу впереди. Чёрная машина переехала его, врезалась в припаркованную машину и перевернулась на бок, после чего остановилась. Я положил свою больную руку обратно на талию Молли. Полицейская машина попыталась вмешаться. Она выскочила из-за угла с рёвом сирены и мигающими фарами. Две большие чёрные машины приблизились к ней с двух сторон, а затем оба водителя одновременно вывернули рули. Тяжело бронированные машины сдавили полицейскую машину между собой, смяв стандартное стальное шасси, как фольгу. Чёрные машины пронеслись мимо, а вышедшая из-под контроля полицейская машина врезалась в стеклянный фасад магазина и остановилась, беспомощно завывая сиреной. Мне было жаль полицейских в машине. Полиция не должна участвовать в наших войнах. Они не приспособлены к тому, чтобы иметь дело с такими, как мы.
Я обернулся, чтобы крикнуть Молли на ухо. - Сейчас за нами гонится больше машин, чем когда мы начинали! Мы едем куда-то конкретно?
- Да! Прочь!
Мне пришлось рассмеяться. - Я так рад, что у нас есть план…
- Что-нибудь ещё, Эдди? Потому что я сейчас немного занята…
- Слишком много мирных жителей страдает! Может, нам стоит остановиться и дать бой?
- Даже не думай об этом! Шансы скверные. Можешь не сомневаться, как только мы остановимся, они используют снайперов. Твоя броня не сможет защитить меня от этого. Они будут угрожать убить меня, пока ты не согласишься снять броню. Тогда они напичкают тебя транквилизаторами, отвезут в штаб-квартиру и расчленят заживо, чтобы добраться до всех твоих семейных секретов и, в частности, до брони. Они, вероятно, сделали бы то же самое и со мной, за то, что я стала предателем. Я бы предпочла погибнуть в бою. Или, по крайней мере, сбежать.
- Ты действительно все хорошо обдумала.
- Адово пекло, - крикнула Молли. - Я бы так и поступила. А теперь держись. Наша единственная реальная надежда - оторваться этих выродков.
Из бокового переулка на дорогу перед нами выехала чёрная машина, развернулась, взвизгнула шинами и помчалась прямо на нас. Мы были заблокированы с обеих сторон машинами, и у нас не было места для маневра. Я мог бы спрыгнуть. Броня защитила бы меня. Но Молли осталась бы одна… Я всё ещё пытался сообразить, что делать, когда Молли дала максимальные обороты двигателю и направила мотоцикл прямо на сверкающий радиатор приближающейся чёрной машины. Я слышал, как она что-то напевала, но порывистый ветер унёс её слова. Чёрная машина вырисовывалась перед нами, достаточно близко, чтобы я мог видеть, как водитель смеётся над нами, а затем, в самый последний момент, Vincent взвился в воздух и пронёсся прямо над чёрной машиной. Почти без толчка мы снова приземлились на дорогу позади машины и поехали дальше Я оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как машина “Манифеста Судьбы” врезалась в другую чёрную машину, которая следовала за нами. Две машины столкнулись лоб в лоб, а затем разлетелись на части с довольным сильным взрывом.
Я обернулся и крепко обнял Молли, чтобы прокричать ей в ухо. - Я не знал, что мотоцикл может так ездить!
- Он не может! Но я могу. Правда, не очень часто, лучше надейся, что этого больше не случится.
Я вознёс ещё несколько молитв Святому Христофору.
Молли развернула мотоцикл на крутом повороте, а затем так сильно ударила по тормозам, что у меня перехватило бы дыхание, если бы я не был в броне. Дорога впереди была пустынной, без машин и пешеходов. Единственными людьми, которые могли бы устроить это так быстро, была моя семья. И действительно, они были там. Я посмотрел через плечо Молли и увидел то, что она уже заметила. На полпути вниз по улице три золотые фигуры стояли как статуи, утренний свет ярко сверкал на их доспехах. Честно говоря, я чувствовал себя немного польщённым: три полевых агента, просто чтобы прижучить меня. Я не сомневался, что они справятся. Поэтому я убрал Colt Repeater и нажал на шпильку на своих реверсивных часах. Храни тебя Бог, дядя Джек. Время перемоталось назад, вернув мир на тридцать секунд назад, так что мы с Молли снова как раз приближались к повороту. Когда Молли начала поворачивать, я крикнул ей в ухо, и она затормозила так резко, что заднее колесо заблокировалось, и мотоцикл остановился в заносе. Мы соскочили с байка, и она произнесла слова, которые превратили его обратно в серебряный амулет. Я снял броню, и мы оба исчезли в ближайшем переулке. Три золотых полевых агента уже мчались к нам, но тут из-за угла с визгом выскочила дюжина чёрных машин. Они увидели полевых агентов и погнали свои бронированные машины прямо на них; дураки.