Человек с Золотым Торком (ЛП)

- Что?
- Какую часть слова “случайный” тебе нужно объяснить, Эдди? Теоретически, эта коробка может отправить тебя куда угодно. Он запрограммирован так, чтобы не материализовывать вас внутри чего-либо твёрдого, но, кроме этого, всё возможно. Вы можете оказаться на Северном полюсе. Или в Долине Смерти. Или в Марианской впадине…
- Я понял идею. Думаю, я откажусь от этого.
Я очень осторожно передал ему коробку обратно. Он пожал плечами и очень аккуратно положил её на стол.
- Как хочешь, парень.
- Может быть, Мэтью захочет проверить это.
- Теперь ты ведёшь себя просто отвратительно.
Я усмехнулся и кивком поблагодарил Оружейника. Он взглянул на меня.
- Ты там поосторожнее, Эдди, - хрипло сказал он. - Сейчас в мире намного страшнее, чем в моё время.
Он двадцать лет проработал полевым агентом. Именно это сделало его таким прекрасным Оружейником. Он всегда понимал, что его умные устройства должны работать в реальном мире, а не только в лабораториях. Александра, с другой стороны, никогда в жизни не была в поле.
- Не волнуйтесь, - сказал я. - Я буду осторожен, дядя Джек.
Но он уже был занят чем-то другим. Два практиканта принесли ему большой деревянный ящик, скреплённый полудюжиной выцветших кожаных ремней с тяжёлыми пряжками из чёрного железа. Он осторожно расстегнул каждую из них, открыл крышку, порылся в упаковочном материале и достал из сундука большую старую пластину. Он поднёс её к свету, чтобы изучить, и я наклонился к его плечу. Тонкий тёмно-алый металл был испещрён длинными строками санскрита. Оружейник аккуратно положил нагрудную пластину на скамью перед собой и вставил в один глаз ювелирную лупу, чтобы изучить её вблизи.
Я был озадачен. Если этот кусок доспеха был таким старым, как казалось, то он должен быть частью семейной истории, и я должен был узнать его. Но я никогда раньше не видел ничего подобного.
- Что это? - спросил я, стараясь казаться небрежно любопытным.
Он хмыкнул, не поднимая глаз; он и ни на секунду не обманулся. - Это часть комбинезона Джаггернаута. Не отличается от доспехов, которые мы носим, за исключением гораздо более высокого уровня. Это такая вещь, которую надевают, когда хотят перевернуть гору на бок, одной левой. И причина, по которой ты никогда не видел его раньше, заключается в том, что это является частью Кодекса Армагеддона.
Я просто стоял там и таращился на него с разинутым ртом. - Но… но… Это же запрещённое оружие! Оружие слишком опасное, чтобы его использовать, за исключением тех случаев, когда под угрозой сама реальность!
- Я знаю это, Эдди.
- Тогда какого чёрта что-то подобное делает вне Кодекса?
- Приказ Матриарха. Она хочет, чтобы всё запрещённое оружие было изъято и осмотрено, одно за другим, и проверено, чтобы убедиться, что оно работает с максимальной эффективностью. На всякий случай, если оно понадобятся. На самом деле она ещё не заказывала никакого тестирования; Я не думаю, что совет согласится с этим. Но насколько всё должно быть плохо, если мы открываем Кодекс впервые за много веков?
Я наклонился поближе, чтобы получше рассмотреть алую металлическую нагрудную пластину. Я никогда не видел ничего из Кодекса Армагеддона. Не думаю, что в нашей семье найдётся и полдюжины человек которые имели к этому доступ.
- Никто другой не должен знать, что это такое, - прошептал Оружейник. - Он находится здесь под кодовым именем. Но я хотел, чтобы кто-нибудь знал. Тот, кому я доверяю.
- Не Александра? - сказал я так же тихо.
- Матриарх специально просила не говорить ей. Не сообщать Оружейнику на стажировке? О чём это говорит?
- Она считает, что в семье есть предатель, дядя Джек. И она не единственная…
- Предатель? В семье? Боже милостивый, до чего мы дошли? - Оружейник медленно покачал головой. Было время, когда я бы сказал, что такое немыслимо. Сейчас… Я просто больше не знаю.
- Вы знаете, в чём заключается моя миссия? - Что я перемещаю, и куда я должен это отнести?
- Конечно! Однако я один из немногих, кто знает. Верни это на место, Эдди! Это вообще не следовало сюда привозить.
 
- Вы не просили об этом?
- Пекло, нет! Это снова был приказ Матриарха.
- Это открытие Кодекса, - медленно произнёс я. - Может ли это быть как-то связано с недавними нападениями на Холл? На Сердце?
Оружейник отвернулся, его плечи опустились ещё больше, чем обычно. И впервые он говорил как старик. - Я не знаю, Эдди. Никто мне больше ничего не говорит.
 ГЛАВА СЕДЬМАЯ 
 Адские гончие идут по Моему следу 
 
В жизни каждого полевого агента бывают моменты, когда он убеждается, что его прикрытие раскрыто, и на него внезапно обращены взоры всего мира. Обычно потому, что в него кто-то стреляет. Я чувствовал это с того момента, как оставил позади себя Холл и его многочисленные защиты. Когда Душа Альбиона в свинцовом контейнере была спрятана в бардачке, я чувствовал себя так, словно кто-то нарисовал на моей машине мишень, а может быть, даже добавил мигающую неоновую вывеску с надписью: “НЕМЕДЛЕННО ГРАБАНИ ЭТОГО ИДИОТА”.
Я провёл Hirondel обратно по извилистым просёлочным дорогам и снова выехал на нормальные дороги.
Коровы на полях смотрели, как я проезжаю мимо, поворачивая вслед за мной головы, как будто даже они знали, что я везу. Я никогда в жизни не перевозил в качестве курьера ничего настолько важного. Мне казалось, что в машине со мной есть кто-то ещё. Деревушки сменялись деревнями, которые сменялись городами, и вскоре я снова оказался на автостраде М4, направляясь на юг в сторону Стоунхенджа. После полудня было приятно тепло, а ветерок, ерошивший мои волосы, был освежающе прохладным. Кабриолет это нечто… Для летнего дня движение было не очень интенсивным, и я ехал, слушая на CD-плеере сборник Мэри Хопкин. Я не был в Стоунхендже много лет, и в последний раз, когда я был там, это было в рамках организованной школьной экскурсии. Очевидно, в наши дни древний каменный круг огорожен заборами и колючей проволокой, по периметру, чтобы держать публику на почтительном расстоянии от такого важного национального памятника.
(Не так уж и неразумно; В Викторианские времена по дороге вам продавали молоток и зубило, чтобы вы могли выбить свой личный сувенир и забрать его с собой домой).
И всё же я сомневался, что у них есть что-то, что могло бы удержать меня. И никто не увидит меня, если я этого не захочу, помните? Мне вдруг пришло в голову, что я уже довольно давно не пропускал встречных машин. Передо мной не было никакого движения, и быстрый взгляд в зеркало заднего вида подтвердил, что позади меня никого нет, насколько я мог видеть. Казалось, весь этот участок автострады был в моём распоряжении. И шансы на то, что это произойдет в это время суток, на таком оживленном маршруте, были… фантастически малы. Я выключил CD-плеер и задумчиво постучал пальцами по рулю. На меня готовили засаду. Вопрос был в следующем: они просто охотились за агентом Друдов, или кто-то знал, что у меня с собой? Я произнёс Слова, и живой металл в мгновение ока окутал меня, закрыв от всех опасностей за золотой бронёй. Я проверил, удобно ли сидит Colt Repeater в наплечной кобуре под бронёй, и огляделся вокруг. Передо мной попрежнему ничего нет, позади меня ничего нет, а по обеим сторонам дороги - только пустые поля. Внезапно в машине сработала сигнализация, заставив меня вздрогнуть, и на приборной панели появилась мигающая красная стрелка, направленная прямо вверх. Я посмотрел вверх, и прямо надо мной в полной тишине в тесном строю летели полдюжины чёрных вертолётов. Если бы не система обнаружения в моей машине, я бы никогда не узнал, что они там, пока не стало слишком поздно. Я и не знал, что моя машина способна на такое. Очко в пользу Оружейника, и спасибо тебе, дядя Джек.
Я резко затормозил, и чёрные вертолёты пролетели надо мной, застигнутые врасплох. Они закружились по широкому кругу, попрежнему абсолютно безмолвные, и направились прямо ко мне.