"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Оставил их наедине. Пускай радуются. Сам же направился внутрь нашего медицинского пункта. Но перед тем как войти, глянул на вышку. Там стоял До. Мо, видимо, он сменил, чтобы та могла отдохнуть или же помочь Дине. Сейчас последнее и узнаю.
Зашёл, осмотрелся. Стоны, ругань, общий упадок. Такое морально стерпеть… сложно. Все койки заняты. Вонь стояла не самая приятная. Кто-то гнил, что странно. Видимо, раны были и до этого. А кто-то уже хотел уходить. Я всех осматривал. Кого-то опять отправлял на тот свет. Уже не считал, просто работал. Лучше оборвать муки тех, кого мы не сможем спасти. Например, у кого пошло заражение кожи, кто уже еле дышал, но был еще в сознании.
  
Так, человек за человеком, прошёл всех. Му, кстати, был на ногах, что меня порадовало. Да, не в самом лучшем виде, но помогал Дине как только мог. Мо же тут не было, ушла отдыхать, видимо. Не буду ругать, все мы сегодня работаем на пределе своих сил. Ибо то нужно, а ей ещё на вышке стоять после своего супруга.
— Как обстановка? — подошёл я к Дине, которая кому-то меняла повязку.
— Паршиво. Плохо. Отвратительно, — со злостью посмотрела она на меня, но тут же смягчилась. — Прости. Я делаю всё, чтобы им помочь. Протираю, промываю раны, перевязываю, зашиваю раны… а не помогает. Многие уже погибли. Словно… я ничего не сделала для их выживания. Постаралась помочь всем, кому могу. А к некоторым даже не прикасалась… смысла не было. Они живые мертвецы.
— Давай закончу. Отдохни немного.
Дина словно не услышала моих слов. Пришлось её буквально отодвигать, чтобы она просто присела на лавочку. А когда она плюхнулась на неё, тут же потупила взор. На грани. Может сорваться и расплакаться. Но лучшее, что я могу для неё сейчас сделать, — просто помогать. Даже перевязку бедра сделать за неё. В этом нет ничего трудного, а она сможет хоть немного успокоиться.
А предо мной была ещё одна женщина. Судя по ране, которая была уже зашита, ей копьём вскользь или мечом пробили бедро. Рана поверхностная, но, судя по состоянию этой несчастной, оказалась загрязнена. Пришлось обрабатывать, промывать. Три палки лежит рядом. Судя по всему, процедура была не из приятных.
На всякий случай прошёлся специальным раствором вокруг раны, аккуратно смочил сам шов. Причём тряпочка была прохладной, из-за чего во взгляде женщины я увидел даже некое блаженство. Она расслабилась. Это позволило мне наложить повязку сначала на рану, а потом уже перевязать. Она точно выживет, судя по всему. Да, некоторое время будет в лазарете, но ничего страшного. На ноги встанет и будет помогать.
Когда с ней было покончено, прошёлся по всем, кому уже оказана помощь. Кому-то снова подал воды, кому-то сменил повязку, так как крови было достаточно. Боль в ноге начала возвращаться, но терпимо. Глянул на время. Уже ужин был близко. Даже удивился этому факту. Но что радовало… в зоне риска больше не было людей. Подсчитал, вышел на улицу, осмотрелся, прошёлся, довёл подсчёты до конца.
— Итого мы спасли четырнадцать человек, которые увидят завтра… и последующие дни, — мысленно подметил я факт. — План прям идеально выполнен. Ни меньше, ни больше не вышло. Двадцать человек нас будет по итогу. Среди которых трое детей.
— Девочку зовут Наталья, мальчика — Дмитрий, — подметила Лиза. — И Му, если его относить к этой категории. Но у нас перекос в сторону мужского населения. Тринадцать против семи. Имена тоже все занесла в базу данных. Перечислить всех?
— А давай, хоть мозги отвлеку, — зачем-то кивнул я, хотя общался с виртуальной помощницей.
Начала она с мужского населения, причём с меня. Дальше Грегор, это понятно, До и Му. Это всё «старички». А вот к новичкам относился тот же Александр, отец нового семейства. Торм и Хорм, два брата, один был ранен, но не так тяжело, а второй просто сильно истощён. Непосредственно Дмитрий, сын Нины и Александра; Григорий, ещё один, кто был на ногах. Ну и трое тяжелых, за кем сейчас нужно следить и ухаживать: Виталий, Йохан и Джек. Двое последних, к слову, действительно были из западных селений. Как тут оказались… думаю, Грегор мне даст ответ. Точнее, он его уже давал. Ранее.
Перечислять женское население, естественно, Лиза начала с Дины, вообще второго человека в этом поселении. Дальше Мо, мать первого семейства, за ней оказалась Нина, мать второго семейства, а после три раненых женщины. Клео, которой я сейчас обрабатывал рану, Яна и Тоня. Ну и дочка Нины и Александра — Наталья, понятное дело.
— Итого двадцать человек, — вздохнул я. — Чёрт… нога ноет. Опять воспаление?
— Переходил просто. Тебе бы вообще сейчас меньше двигаться, а больше сидеть. Но у тебя шило в одном месте, и ты не можешь сидеть. Ответственный ты наш…
— Кто-то должен, — усмехнулся я, а потом рядом появился Грег, устало плюхнувшись на лавку рядом со мной, а я у него тут же уточнил: — Ну что, готов ямы рыть? Там по итогу с новыми четверых в землю. Остальных сжечь.
— Не хочу… — сморщился он, а потом его лицо тут же разгладилось. — Но надо. Это по-человечески к ним будет. Кстати. Один из выживших — мой старый знакомый. Удивительный факт. Не думал, что кто-то ещё выжил.
— Йохан или Джек? — скосился я на него.
— Первый, я его звал просто Йо, — усмехнулся он. — Рад, что он выжил. Толковый мужик. Хоть и руко… руко… чёрт. Не выучу это ругательство.
— Рукожоп? — наивно улыбнулся я.
— Именно оно! — щёлкнул Грегор пальцами, а я только шире улыбнулся.
Что-то меняется, а эта привычка у него останется, видимо, вечной.
  
Глава 20
 
10 апреля 6024 г. после СПД
Каждого погибшего мы подготовили. Каждого погибшего мы омыли. Каждому погибшему, если было известно имя, подготовили «письмо». Как оказалось, у кого-то это была традиция — отправлять с умершими письма на тот свет. Формализм, но… интересный. Мол, так мы передаём информацию тем, кто не с нами, чтобы они не переживали там. Но по большей части людей просто аккуратно положили: кого-то на большой погребальный костёр, а троих, как и они хотели, — в гробы уже возле вырытых ям.
Собрались почти все, кого мы смогли спасти, за исключением самых тяжёлых. Четырнадцать человек, включая меня, стояли за пределами стен и тихо что-то обсуждали. Это первые похороны в этом месте, и нужно было их провести так, чтобы живущие знали, о них тоже позаботятся, если будет такая возможность.
У парочки погибших были знакомые. Мы позволили им высказаться, рассказать о том, как была прожита жизнь тех, кто не смог увидеть утра, как они радовались, как просто достигали тех или иных результатов. Про некоторых мы просто рассказали, как они желали, чтобы жили присутствующие. Причём некоторые действительно говорили нечто подобное перед смертью.
— Они умерли, чтобы жили мы, они отдали свои жизни, чтобы наши продолжали течь в этой реке судьбы, — смотрел я на присутствующих, опираясь на костыль, который всё же пришлось сколотить. — Да, это горе. Да, это печаль. Но каждый из них понимал, что так может быть. Каждый из них осознавал, что завтра может не настать. Так с каждым из нас в этом мире. Так со всеми, кто живёт на этой чудом живой планете. Но мы живём. Мы дышим. Мы идём дальше. Невзирая ни на что, пытаемся цепляться за существование, хотя, по всей логике, наш вид должен был погибнуть, исчезнуть. Но нет. Мы, люди, продолжаем объединяться, продолжаем развиваться. И, увы, продолжаем воевать. Но здесь и сейчас мы отдаём дань уважения погибшим. Они погибли, чтобы вы увидели сегодня. Чтобы у вас был шанс увидеть завтра, чтобы вы могли надеяться на послезавтра. Мы отдаём дань уважения тем, кто не побоялся, кто не добежал до нашего дома, кто просто своим существованием задержал мучителей, чтобы вы могли оказаться тут. Чтобы мы смогли объединиться не просто в группу людей, а полноценную общину. Где вы сами решаете, что делать, а что нет. Где вы сами решаете, жить вам тут или уйти. Они позволили нам выжить. Поэтому объявляю минуту молчания.
  
Те, у кого были головные уборы, сняли их, приложили к груди. Старая-старая традиция этой земли, которая укоренилась и всплыла даже спустя тысячи лет. Люди знали, что такое почёт и уважение. Люди хотели, чтобы предки гордились поступками современников. Это народ этой земли. Гордый, несмотря на все невзгоды. И сбросив цепи рабства… готовы работать самостоятельно.