"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Они могли согласиться на предложение Божественного императора отсрочить уничтожение вселенной на тысячу или десять тысяч лет, и всё это время Сима мог править миром в качестве всесильного божества. У него могло быть столько вина, женщина и прочих развлечений, сколько он пожелает, но без Лу Инь эта перспектива казалась ему совершенно пустой и бессмысленной.
А значит у него было два варианта.
  
Либо они умрут вместе.
Либо он умрёт один.
Более того, в последнем случае Лу Инь однажды может вернуть его к жизни, прямо как он сам обещал сделать это с их дочерью. Гинь говорила, что это невозможно, но Лу Инь представляла собой единственную в своём роде аномалию, которая действительно могла достичь стадию Бессмертного и одолеть не только свою, но и его смерть. Это был призрачный шанс — но это был шанс, и с этой точки зрения выбор был совсем не сложным, даже очевидным.
И хорошо, ведь принять его нужно было в ближайшие несколько мгновений.
Сима снова посмотрел на Лу Инь, которая замахнулась для последнего удара, затем на Божественного императора, который безмятежно приготовился принять его и немедленно уничтожить девушку.
Сима облизал губы и нащупал внутри себя силу своей родословной. Шанс был всего один. Он должен был действовать без колебаний.
И он сделал. В тот же момент, когда меч Лу Инь и весь мир обратились на Божественного дракона, в глазах Сима вспыхнула чёрная бездна…
  
Глава 29
 
Пробуждение
 
«Поздравляем с достижением новой вехи в развитии отношений. Текущий статус: „Небесный союз“. Вы можете забрать свою награду…»
…
Если бы Сима спросили, что именно он собирался сделать, действительно убить себя в смутной надежде, что Лу Инь однажды сможет его воскресить, или же в последний момент передумал и попробовал использовать свою родословную, чтобы отвлечь Божественного императора во время удара девушки, он бы не смог ответить.
Всё произошло слишком быстро, и, когда перед глазами у него возникла табличка, оповещающая о достижении новой, последней вехи в развитии отношений, все прочие мысли и даже собственные намерения немедленно вылетели у него из головы.
Его взгляд немедленно вонзился в список, перечисляющий возможную награду. В нём был всего один вариант:
«Прорыв на следующую стадию».
Сима выбрал его, и Свет.
…
Лу Инь приковала себя к миру, как того требовали условия их договора с Божественным императором, стала уязвимой, приготовилась нанести последний удар в своей жизни, и вдруг, за мгновение до того, как её меч опустился на Божественного императора, внутри неё раздался треск.
Как будто гигантская трещина пробежала по дамбе, о существовании которой она даже не подозревала, но которая всё это время перекрывала ей горло.
У Лу Инь не было времени размышлять о том, что происходит и почему мир вдруг стал бесконечно больше и меньше, так что мог уместиться у неё на ладони. Следуя своим инстинктам, она направила всю свою новоявленную мощь на острие меча. В ту же секунду весь мир затопил горячий белый свет; триллионы людей и прочих разумных созданий от Небесных истоков до самых отдалённых Небесных берегов почувствовали, будто их опустили в тёплую воду.
Отголоски загадочной энергии ощутили даже в других мирах. Анзу, Хан Лон и другие драконы, с которыми она вела переговоры, одновременно посмотрели на небеса, которые засияли ярче обычного.
Сияние продолжалось не дольше секунды; когда же свет потускнел, всему миру открылась немыслимая картина. Девушка с голубыми волосами побледнела, её фигура дрожала, а руки отчаянно сжимали меч, горящий напряжённым золотистым светом. Если бы не отсутствие дыма, можно было решить, что она схватилась обеими руками за раскалённую сталь.
И всё же глаза её оставались твёрдыми. Она смотрела на Божественного императора, в то время как сам дракон разглядывал руку, которую приподнял в последний момент, чтобы заблокировать её удар и придушить свою соперницу. Посреди его ладони пробегал глубокий красный порез, из которого тонким весенним ручейком бежала алая кровь…
Божественный император мрачно посмотрел на свою рану:
— Как ты это сдела… — Не успел он договорить, как Лу Инь снова оказалась перед ним, с ревущим от жажды крови, как умирающий от голода зверь, мечом наперевес. Глаза Божественного императора вспыхнули, его пальцы обратились в когти, и снова — свет, и грохот, и весь мир трепещет на лезвии меча…
Всё это время Сима оставался неподвижным, и всё равно ему показалось, что его отбросило в сторону. Лу Инь и Божественный император исчезли. На смену им пришло гигантское золотистое торнадо. Оно поглотило Мир Людей, затем Мир Драконов и стало распространяться по вселенной, уверенно пожирая безграничное пространство между мирами.
Вскоре Сима осознал, что вся реальность оказалась на периферии золотистого вихря. Все живые существа, предметы, явления природы и законы кружились внутри него, как звёзды вокруг солнца — двух солнц, который боролись за право поглотить друг друга и стать единственной волей, которая будет дирижировать реальность.
Всё ярче и ярче, всё сильнее и сильнее сверкали золотистые звёзды…
Сима наблюдал за ними и неожиданно почувствовал величайшее спокойствие, хотя и сам представлял всего лишь песчинку внутри великого торнадо. Он понял, что от него больше ничего не зависит. Теперь ему оставалось только положиться на Лу Инь.
Об этом говорило даже меню системы, в котором не было больше ни Магазина, ни показателя заработанных баллов. Остался только индикатор отношений, сверкающий нефритовым светом:
'Текущий статус:
Небесный союз'.
Опять же, Сима не мог в точности сказать, что именно собирался сделать в последний момент, до вспышки золотого света, убить себя и надеяться, что Лу Инь вернёт его к жизни, или положиться на то, что девушка убьёт Божественного императора. В любом случае он поверил в Лу Инь, поверил настолько, что готов был поставить свою жизнь на эту веру.
Этого оказалось достаточно, и он достиг последней стадии развития отношений.
Теперь ему оставалось только наблюдать за тем, как она сражается против сильнейшего создания во вселенной. Наблюдать и верить, как и полагается настоящему Альфонсу.
— О, я бы не сказала, что этого достаточно.
Сима уже было расслабился, как вдруг услышал за спиной знакомый голос. Он сразу повернулся и увидел нежную белую руку, которая опустилась ему на лицо.
…Крепчал ветер, золотистый свет пульсировал всё ярче и ярче, вся вселенная вихрилась вокруг Божественных противников, битва которых должна была определить судьбу мироздания, но среди бесчисленных населяющих её разумных существ уже не было Сима Фэя.
Он исчез.
…
…
…
  
Глава 30
 
Прошлое и настоящее в отражении туманного зеркала
 
— Тебя зовут Тао?
— … 
— Если не ответишь, я тебя съем.
Он помнил это так, будто это было вчера. Холодные джунгли, пасмурное небо и невысокая девочка с золотистыми волосами.
В те времена Божественный император драконов, правитель тысячи миров и сильнейший воин мироздания, был обыкновенным ребёнком, отпрыском небольшого племени, обитающего на отшибе цивилизации. Каждый день он просыпался до восхода солнца и отправлялся лазить по деревьям, собирать плоды, которыми торговали старшие. Иногда он падал, разбивал себе ноги, руки и плечи и лежал так, пока боль не унималась достаточно, чтобы можно было снова вернуться к работе, не выполнив которую он останется без ужина.
В этом был весь его мир. Мир настолько ограниченный, настолько похожий на миры других детей, которые тоже падали, лежали, поднимались и возвращались к работе, что временами проходили недели, даже месяцы, прежде чем он слышал собственное имя. Временами он забывал его и отзывался на имена других детей, и это ничего не меняло, ибо они тоже забывали свои имена и отвечали на его.
  
Иной раз его имя просто путали, говорили «Тао» или «Лао».