"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)
Ну Фао раздумывала о том, чтобы попросить свою прислугу от них избавиться, но в итоге не стала, считая это слишком рискованным и убеждая себя, что эта пара была умеренно безвредной. После встречи с Третьим принцем она пожалела о своём решении.
Чем больше девушка размышляла о тех переговорах, тем сильнее убеждалась, что это был фарс. С виду может показаться, что Ди Ма спас своего сюзерена и обеспечил ему надёжного покровителя, в то время как на самом деле он вынудил его согласиться на грабительские условия, согласно которым больше половины ресурсов Второго поместья будет передаваться Третьему принцу. В том числе тех, которыми располагал клан Ну. Разве станет верный вассал и советник так бездумно распоряжаться богатствами своего сюзерена? Он должен ценить их даже больше, чем собственную кровь. За такой договор его должны были казнить.
С этого момента Ну Фао решила, что Ди Ма был вовсе не мошенником, но тайным агентом Третьего принца, который заранее продумал весь этот фарс. Девушка корила свою робость, которая не позволила ей перерезать ему горло, когда была такая возможность, и обещала, что станет той силой при дворе Второго поместья, которая всякий раз будет пресекать предательские решения Ди Ма, а затем и вовсе от него избавится.
— У тебя есть аргументы? — спросила она леденящим голосом, намереваясь раскрыть предателя здесь и сейчас.
Глава 46
Вызов
Даже владыка Манифестации затрепетал бы от леденящего взгляда Ну Фао, однако Сима, которого она считала шпионом, воспринял его совершенно спокойно и тем самым ещё сильнее распалил недовольство принцессы.
— Это ловушка, — сказал он.
— Ловушка? — удивился Динь Лян.
— Объяснись, — потребовала Ну Фао.
Сима кивнул:
— Как вы думаете, госпожа, почему У Кэ предложил именно поединок?
— Чтобы у Второго принца была причина использовать свою родословную. Если он напрямую потребует у отпрыска Чёрного клана её проявить, его обвинят в святотатстве, — невозмутимо объяснила Ну Фао.
Когда клан Ну искал настоящего Сима Фэя среди стога двойников, они тоже не смели требовать у кандидатов, чтобы они показали родословную, но создали ситуацию, в которой последний самостоятельно принял такое решение. Поэтому теперь Ну Фао — и жители столицы — рассудили, что У Кэ делает то же самое. Если Сима Фэй продемонстрирует ему свою родословную во время битвы, он сразу опустит оружие и поклонится; если нет, то немедленно сразит самозванца.
Всё это было абсолютно очевидно, и Ну Фао раздражало, когда Второй принц искал совета у шарлатанов и предателей в таком простом вопросе, хотя ему всего-то нужно было показать свою силу, чтобы немедленно поставить клан Кэ на место.
— Может быть. Но почему клан Кэ сомневается, что господин Сима Фэй настоящий, если немногим ранее его признал достопочтенный Третий принц? Просто потому что они слишком упёртые, чтобы признать, что Ну Белой Горы уже распространили на него своё влияние?
— Я, я этого не говорила, — опешила Ну Фао и невольно отвернулась от молодого человека, который, казалось, прочитал её мысли.
— Разумеется, нет, — сказал Сима. — Я всего лишь высказал одну из моих собственных теорий, причём самую невероятную. Едва ли клан Кэ может быть настолько глуп.
Ну Фао сглотнула.
— Тогда почему они хотят меня проверить? — спросил удивлённый Динь Лян.
— Они хотят вас убить, — ответил Сима.
— А?
— Сделать это тайно будет затруднительно, — стал рассказывать Сима. — Особенно теперь, когда вы вернулись во дворец, который охраняет сразу несколько владык Манифестации и воинов клана Ну. Можно их подкупить или заслать тайного убийцу, однако зачем, если убийство можно совершить в открытую во время «честного поединка?» У Кэ собирается убить вас прежде, чем вы успеете применить родословную, и заявить, что просто хотел избавиться от самозванца.
Ну Фао невольно представила эту картину: Сима Фэй выходит на бой и пытается вызвать родословную, и в ту же секунду его пронзает серебристое копьё. У девушки затрепетало сердце; она почувствовала, что едва не оступилась и упала в смертельную бездну. Пришлось постараться, чтобы взять себя в руки и найти спасительный аргумент:
— Глупость. За битвой будут наблюдать владыки Манифестации. Они не позволят У Кэ нанести смертельный удар.
— Госпожа Ну, когда ваш предок погрузился в медитацию? — неожиданно спросил Сима.
— Ты…
— Возможно это было так давно, что ваш клан забыл, на что способны Короли, — прибавил он, вспоминая сокровище, которое ему вручила Нинь Гуанлин и которое позволяло использовать одну атаку Королевской стадии. Далеко не каждый Король способен сотворить нечто подобное, их силы совершенно уникальны, но именно поэтому оставалась вероятность, что Король Бесконечной Равнины даровал правнуку артефакт или способность, которая позволит ему убить противника на глазах владык Манифестации.
Даже если это было не так, У Кэ всё равно находился на вершине стадии Цветения, в то время как Динь Лян — только на первом этапе Формирования ядра. При должном везении он может убить его прежде, чем владыки явятся на помощь. Это был рискованный план, но кто знает: возможно, Король Бесконечной Равнины в принципе любил идти на риск.
Ну Фао поджала губы. Она ничего не могла сказать против этого аргумента, даже несмотря на то, что внутри сгорала от недовольства. Казалось бы, совсем недавно она обещала себе ограничить влияние Ди Ма на Второе поместье, а теперь оказалась бессильна перед его словами.
— Пускай, — сказала девушка, скрывая раздражение. — Господин Сима Фэй, не принимайте вызов. Сразу продемонстрируйте ему свою родословную.
— Можно и так, — сказал Сима. — Но зачем унижаться, если есть вариант получше?..
…
…
…
— Покажись, самозванец! Сколько ещё ты собираешься прятаться в священных покоях моего сюзерена? Или мне придётся своими руками тебя оттуда вырвать? — гремел У Кэ, хищным взглядом разглядывая дворец и оживлённые улицы у себя под ногами, которые заполонили многочисленные зрители.
Сперва люди испугались, когда в небесах показался могучий воин и вызвал новоявленного принца на дуэль, многие разбежались по домам, опасаясь разрушительной битвы, однако со временем стал пробуждаться интерес, и вскоре крыши и дороги заполнили сотни тысяч зевак, — прочие сотни миллионов наблюдали за происходящим с помощью передающих кристаллов.
Последние разместили ещё до того, как появился корабль Третьего принца, и с тех пор не убирали. Население Второго поместья и столицы понимало, что возвращение опального принца знаменует начало эпохи потрясений, некоторые знатные семьи заранее ретировались в свои отдалённые поместья, пока всё не устаканится, и тоже наблюдали за происходящим с помощью кристаллов.
К сожалению, последние не передавали звука, а потому лишь те, кто был прямо на месте, услышали молодой голос:
— Кто посмел бросить столь вопиющий вызов?
Глаза У Кэ немедленно загорелись:
— Так ты и есть тот самозванец, который выдаёт себя за принца Сима Фэя? Выходи на бой! — потребовал он, устремляя взгляд на юношу в серой купеческой мантии, на поясе которого висел фиолетовый меч…
…
…
…
Глава 47
А кто вы?
— Так это ты самозванец, который выдаёт себя за господина Сима Фэя? — воскликнул У Кэ, разглядывая молодого человека в серой купеческой мантии.
В первую очередь в глаза бросалась его культивация на вершине стадии Цветения. Казалось, это превращало его если не в опасного, — наследник клана Кэ был уверен в своих силах, — то проблемного противника, которого нельзя убить с первого удара, однако У Кэ сохранял абсолютное спокойствие. Его серебристое копьё представляло собой уникальный артефакт, способный раз в год совершить атаку, сравнимую с ударом владыки Манифестации. Оно было гарантом, что их план, избавиться от Второго принца, пройдёт успешно.