"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Второй способ подразумевал тщательное планирование и подготовку… на которые у Сима совершенно не было времени, однако ждать прилива вдохновения он тем более сейчас был не в состоянии, а потому собирался использовать третий метод, а именно совершить прорыв «кое-как».
Придётся постараться.
С этой мыслью он сел посреди небесной баржи, которая на всех парах летела в Храм Тысячерукой Бодхисаттвы (в идеале, конечно, было найти укромную пещеру, где ничего не могло бы его побеспокоить, но в данный момент на счету была каждая минута), и погрузился в медитацию.
  
Через некоторое время Сима почувствовал, как внутри его ядра закипают законы мироздания.
Сакральный цветок представлял собой своеобразную «выжимку» воина, сочетание энергии, тела и законов — боевых искусств. Многие называли эту стадию самой важной, ведь изменить цветок после сотворения уже нельзя. Даже могучее древо Манифестации, которое раскидывает ветви за пределы твоего тела, проецируя волю на весь мир, именно что вырастает ИЗ цветка, а не заменяет последний.
В некотором смысле Сакральный цветок напоминает тропинку. Можно пройти по ней дальше или меньше, но свернуть уже не получится. И теперь Сима старательно размышлял, как должна выглядеть его тропинка, его «Путь».
В данный момент его сила делилась на три составные части: культивацию в лице золотисто-фиолетового ядра, Кодекс Стража Поднебесной и телесную технику.
В плане первой он считался умеренным дарованием, находясь на уровне наследников священных королевств.
Кодекс Стража Поднебесной он почти освоил до Облачного этапа, однако в данном случае главную роль играли не его успехи, но то, насколько данная техника подходила человеку с его характером. В будущем Сима сможет сотворить собственное искусство на основе Кодекса — самое важное, чтобы те законы, которые представляли собой фундамент последнего, резонировали с его душой. В этом плане всё, опять же, было в порядке.
И наконец телесная техника. Пожалуй, единственный аспект, в котором достижения Сима можно было назвать действительно необыкновенными. Причём не потому что он сам был талантливым, но потому что загадочный металлический куб, с помощью которого он тренировался, позволил ему прикоснуться к первичным законам металла.
Оценивая различные грани своего таланта по десятибалльной шкале, за культивацию Сима дал себе 8, за боевые искусства — 7, а за Телесную технику — 9 (Лу Инь, кстати говоря, получила бы за культивацию 100 благодаря ядру пустоты). Это было неплохо, однако в случае Цветения итоговый результат иной раз превосходил сумму его составляющих. Или напротив, уступал последней, если у воина не получалось слить все аспекты своего таланта воедино.
Сима перевёл дыхание и в первую очередь сосредоточился на законах металла. Посреди его ядра появилась маленькая трещина, из которой повеяло железом. Затем в неё устремилась энергия, и наружу стал постепенно подниматься металлический росток.
Через несколько секунд кожа Сима засияла металлическим блеском, прямо как тот, который испускал загадочный куб. Росток сверкнул и переменился, вдруг обретая монументальную, нерушимую ауру.
Металл может быть разным: острым, гладким, изменчивым, жидким. Телесная техника Сима представляла собой его главный козырь, а потому при переходе на стадию Цветения он решил сделать упор на два аспекта:
Его Сакральный цветок был тяжёлым.
И нерушимым.
Постепенно приподнимаясь, маленький росток всё сильнее напоминал великую стальную гору, которая давила на землю и поддерживала небеса.
Сима выдохнул облако тумана, который засверкал, как железная пыльца. Если бы прямо сейчас за ним наблюдали могущественные владыки из Храма Тысячерукой Бодхисаттвы, в его адресс немедленно посыпались восторженные и хвалебные комментарии. Сима показал результат, достойный самых одарённых наследников священных королевств. После его прорыва Короли Праведного альянса вполне могли устроить между собой небольшое соперничество за право сделать его своим учеником.
Сима оставалось только закрепиться на стадии Цветения… как вдруг блестящий Сакральный цветок внутри него неожиданно застыл. Потемнел. Сима вздрогнул, и на груди у него загорелись узоры, просвечивая через тёмную мантию, а затем стали растворяться прямо на глазах.
Окружающее пространство пронзила вибрация, которая немедленно обратилась в страшный гул. Небеса над баржей оставались ясными и голубыми, однако землю, которая простиралась под ними, стала заволакивать густая тень, покрывая вместе с ней и Сакральный цветок Сима Фэя…
…
Южный регион.
Дворец из Чёрного Камня.
В самых глубоких казематах столичного дворца, ступать в которые разрешалось всего тройке человек из более чем триллионного населения пространного региона, располагался зал с высокими сводами, посреди которого находился чёрный бассейн. Единственным источником света в зале была маленькая свечка, которая неподвижно стояла на деревянном блюдце на воде, испуская тусклый свет. Вот она затрепетала, на поверхности чёрного бассейна побежали волны, а затем из неё показалась голова, широкие плечи и мускулистый торс, по которому хлынули чернильные струи.
Мужчина, лицо которого в темноте было не разобрать, выпрямил свою мощную спину и открыл глаза, которые немедленно вспыхнули золотистым пламенем:
— Мальчишка наконец проснулся…
  
Глава 64
 
Черный мир
 
Глаза Чёрного императора пылали, как раскалённое золото, разглядывая незримую точку на расстоянии многих миллионов километров. Вот его губы приоткрылись, и помещение наполнил глубокий голос:
— … Неплохо, мальчишка, но этого ещё недостаточно. Если бы ты не смог взломать мою печать, ты бы совсем не стоил моего внимания. Сейчас у тебя есть потенциал, и не более того… Но пускай.
Ты заслужил, чтобы я отправил тебе твою невесту, — проговорил мускулистый мужчина, закрывая глаза и присаживаясь со скрещёнными ногами под воду. После этого зал снова притих, и лишь единственная маленькая свечка, тихо капая воском, продолжала освещать его бескрайние своды…
…
При других обстоятельствах Сима, возможно, почувствовал бы пламенный взгляд, который взирал на него за пределами горизонта, но прямо сейчас всё его внимание было сосредоточено на Сакральном цветке, который стремительно заволакивали тени.
Родословные бывают разные. Собственно, Сима знал об этом с того момента, когда впервые заглянул в Магазин и увидел тамошний ассортимент. Вовсе не все они представляли собой кровь мифических зверей. Наряду с Родословной Медной Черепахи система продавала Телосложение Истинного Равноденствия Инь-Ян, Тело Первородного Огня и так далее. После Сима расспросил об этом Гинь и узнал, что на самом деле между ними и традиционными родословными не было особенной разницы.
Источником родословной не мог быть обычный монстр… вернее, мог, но тогда это была уже не родословная, но особая мутация. За каждой родословной обязательно стоял мифический зверь, в котором было больше «Небесного» нежели «Земного».
То были духи, которые несли в себе законы мироздания: они сливались с телом воина и меняли его на более высоком уровне, нежели гены или кровь. Звериные эссенции были самыми распространёнными, потому что передать их было проще всего (Истинный Феникс породил низшего феникса, тот принял человеческий облик и женился на обыкновенном человеке, и много лет спустя великая кровь проявилась в одном из потомков), но встречались и другие. Иной раз человека ударяла молния, последний чудом оставался жив, а затем его правнук неожиданно обретал «Телосложении Великой Бури». Происходили такие случаи редко, но это не значит, что их не было совсем.
  
По этой причине никто не знал про все родословные этого мира. Временами они представляли собой некую особую крупицу небесной воли, у которой просто не было названия. Гинь, будучи высшим драконом, считалась скорее духовным, нежели материальным созданием, то бишь не «носителем», а «источником» родословной, но даже она не могла сказать, что представляет собой родословная Чёрного клана «Тень Неба». Она могла расписать ощущение от последней, словно от картины, очертания которой видишь с обратной стороны холста, но её происхождение и природа оставались окутаны завесой тайны.