"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Злые духи, а вернее сказать первозданные — правильное название их народа — впервые появились сами по себе. Если обычные духи были порождениями великой земли, разумных материальных созданий, то великим родителем первозданных считались сами небеса. Более того, первозданные духи были старейшей среди мириадов рас, которые населяли первоначальный мир, прежде чем…
Впрочем, прибавила Гинь с лёгкой улыбкой, это была уже совершенно другая история.
  
Первозданные духи были первыми, кто оставил свои отпечатки на землях первоначального мира. Сотни раз их империя разрасталась, увядала и снова являла себе из пепла; сотни раз успело обернуться колесо сансары, прежде чем появились материальные расы. Сперва духи использовали их как рабов — затем рабы вырвались на свободу, постепенно превзошли своих всесильных хозяев, и наконец небо и земля перевернулись, после чего на самих первоначальных духов устроили неистовую охоту.
В этом отношении люди были далеко не единственными. Прочие народы тоже заметили невероятную пользу первоначальных духов. Мужчины, женщины, маленькие дети — все они были пригодны для того, чтобы превратиться в сердцевину артефакта. Охота на них продолжалась десятки тысяч поколений.
В мире, из которого явилась Гинь, в Империи Мириада Облаков первоначальные духи считались вымершей расой. Поэтому дракониха удивилась, когда обнаружила их здесь. Впрочем, опять же, только немного, учитывая, что именно представляло собой это место, ведь это была __________.
И даже здесь люди продолжали охоту длиной в сотни тысяч лет.
Под конец рассказа Сима вздохнул.
Ему было грустно.
…Очень грустно за самого себя, ведь его план по заработку на злых… нет, первоначальных духах с помощью Гинь, которая могла выслеживать последних, потерпел полное фиаско; он представлял себе золотые (кристальные) горы, которые получит, когда вернётся из пустыни и принесёт неслыханный улов — теперь же моральный компас не позволял ему этого сделать.
Именно поэтому Сима почувствовал сильнейшее раздражение, когда Гинь между делом сообщила ему, что тот самый дух, маленькая девочка, которую он отпустил, продолжает их преследовать. Это было похоже на издёвку: как если бы за охотником, который выбросил ружьё, увязалась молодая лань.
И ладно бы Сима был один — тогда бы это было неприятно, но не более того. Но ведь в компании с ним находилась Синь Файлу. Что если девочка попадётся на глаза Серебряной Демонице? Теперь, когда вокруг простирались не запутанные руины, но серая пустыня, поймать ребёнка было намного проще.
Сима понимал, почему девочка их преследует. Она хотела вернуть себе меч, в котором хранилась душа её родителя. Тем не менее Гинь рассказала ему, что после насильного превращения в артефакт первоначальные духи умирают. Меч хранил отпечаток, но не более того. Девочка напоминала волчонка, который гонится за плащом из шкуры своей матери просто потому, что у последнего был характерный запах.
Другими словами, всё это была страшная морока.
В итоге решение проблемы снова предложила ему Гинь. Более того, по заверению драконихи, если у него всё получится, то он не только избавится от надоедливой занозы, но и приобретёт кое-что невероятно ценное…
…
Неужели всё действительно было настолько просто?
Именно этим вопросом задавалась Лу Инь, когда в первый же день после прибытия в пространные руины, которые располагались в сердце пустыни (всё благодаря необычайной скорости Хэнь Шань, которая была тираном Цветения) с ними связались местные варвары и заявили, что знают местоположение магистра Тёмного Заката.
Некоторые варварские племена не желали иметь ничего общего с Праведным альянсом; другие были не против договориться. Собственно, единственная причина, почему альянс вообще терпел их присутствие в пустыне была в том, что они одни владели тайными техниками, которые позволяли ловить злых духов и создавать из них особенные артефакты.
Истреблять их было невыгодно.
К тому же иной раз варвары шли на уступки перед Альянсом.
Человек, который связался с Хэнь Шань и Лу Инь, заявил, что представители его племени обнаружили подземные руины, в которых притаился магистр Тёмного Заката, и согласен показать им это место…
  
Глава 22
 
Погоня
 
К этому времени к ним присоединилось ещё несколько учеников Храма Тысячерукой Бодхисаттвы, которые всей душой почитали Хэнь Шань и были совершенно не против, чтобы именно ей достались лавры за поимку преступника. Вместе они представляли собой грозную силу, и всё равно Лу Инь, сама не зная почему, ощутила тревогу, когда увидела руины своими глазами.
Последние представляли собой своеобразный город из чёрного камня, который находился внутри подземного кармана, расположенного в нескольких километрах под слоем серого песка. Спустились они сюда по лабиринту запутанных туннелей, и сразу по прибытию Лу Инь обратила внимание на запутанные письмена, которые простирались по периметру города и забирались на стены.
Это была…
— Формация? — с лёгким удивлением проговорила высокая девушка, на спине которой висело тонкое копьё. Звали её У Лянь; она была ученицей Золотой руки и одним из двух магистров, которые присоединились к Хэнь Шань и Лу Инь.
— Тот, кого вы ищете, сооружает её на протяжении нескольких лет, — с лёгкой улыбкой ответил варвар-проводник.
— Магистр Тёмного Заката считается гениальным мастером формаций… — неуверенно вставила Лу Инь.
Перед началом «охоты» она воспользовалась примером Сима Фэя и прочитала всю доступную информацию про свою цель.
— Гениальным? Хм! Как может быть гениальным преступник из демонической фракции? Их техники не достойны даже последней собаки из нашего храма! — заявил другой магистр, юноша по имени Гао Жань. — Вперёд, старшая Хэнь. Давайте немедленно схватим этого мерзавца.
— Я, я думаю, что нужно сперва отрезать пути отхода, — заметила Лу Инь, снова пытаясь представить, как бы поступил старший Сима.
Гао Жань, однако, не обратил внимание на её замечание, продолжая с почтением разглядывать Хэнь Шань.
— Младшая Инь права, — после некоторой паузы сказала девушка. — Нам стоит разделиться.
— Как… как скажите, — смутился Гао Жань, в то время как Лу Инь почувствовала теплоту на сердце.
Всегда приятно, когда тебя слушают, а для неё это и вовсе имело особое значение, ибо долгое время на девушку совершенно не обращали внимания.
После этого они разделились на два отряда. В первой группе состояли Гао Жань и У Лянь — они сидели в засаде и караулили у выхода; вторая, которая состояла из Лу Инь и Хэнь Шань, отправилась в руины, чтобы выманить противника. Спускаться решили по земле, спрятав культивацию (все кроме Лу Инь). Сперва Гао Жань был против и называл это бесчестным, утверждая, что им нужно выйти на открытый бой, но таково было решение Хэнь Шань, оспорить которое никто из них был не в состоянии.
По словам проводника, конкретно эти руины были совершенно необитаемыми. Здесь не водились даже злые духи, а всё ценное разобрали многие десятки тысяч лет назад.
Лу Инь понимала, что едва ли ей придётся сражаться. С ней была старшая Хэнь, которая могла схватить магистра Тёмного Заката единственным мановением руки, ведь между стадией Формирования и Цветения пролегала огромная пропасть, пересечь которую могли только величайшие герои, и тем не менее она крепко держала демонический клинок.
— Тебе нужно быть более уверенной в себе, Лу Инь, — неожиданно сказала Хэнь Шань, нарушая тишину, которая повисла между парой, когда они прошли через каменную арку и ступили в развалины высокого города.
  
— Уверенной? — удивилась Лу Инь.
— Даже если на нашей стороне абсолютное преимущество, противник всё равно может попробовать сбежать. Разделиться и действовать осторожно было правильным решением — тебе следовало настоять.
— Да, я… понимаю, — смущённо ответила Лу Инь.
Она и сама старалась побороть свою робость, но это было непросто, ведь девушке всё ещё не хватало опыта общения. Казалось бы, прошло довольно много времени с тех пор, как она перестала быть забитой служанкой, и в то же время почти всегда за неё говорил — и принимал решения — Сима Фэй. Теперь, когда его не было рядом, Лу Инь старалась следовать его примеру (с переменным успехом).