"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Вот почему Сима Фэй, несмотря на великое негодование окружающих, не нарушил ни одного закона, когда сразу после завершения битвы забрал кандидатскую бирку у Вэй Туна, бросил её на трибуны, прямо в руки девушки с голубыми волосами (к великой растерянности последней), и заявил во всеуслышание, что с этого момента именно ученица Внешнего круга Лу Инь будет четвертым кандидатом от Секты Жемчужного Истока на Турнире Молодых Драконов…
    
Глава 26
 
Усердная культивация
 
Лу Инь сделала глубокий вдох, протянула руку, собираясь открыть каменную дверь… а затем опустила и снова стала теребить нефритовую бирку.
Так происходило несколько раз, и лишь когда Сима Фэй уже собирался самостоятельно открыть дверь и посмотреть, чем она занимается и почему продолжает стоять у него на пороге — немного опасаясь, что, если просто наблюдать девушка повернётся и сбежит (бывали прецеденты) — Лу Инь наконец решилась, открыла дверь и робко поплелась вперёд.
— Доброе утро, Лу Инь.
— Д-доброе, — быстро кивнула девушка.
Встала.
Замялась.
— Хорошая погода, не правда ли? — заметил Сима Фэй, с лёгкой улыбкой разглядывая ясное голубое небо.
— Да, — рассеянно проговорила девушка. — То есть нет, то есть я… эм… хотела вас спросить…
— Вот как? О чём?
Лу Инь собиралась протянуть нефритовую бирку, как вдруг вспомнила, что в одной из книжек по этикету, которые она прочитала, говорилось, что только грубые люди размахивают руками, мотают головой и используют прочие «невербальные средства общения». Аристократы общаются словами, и хотя Лу Инь, разумеется, не считала себя девушкой благородных кровей, ей хотелось хотя бы попытаться вести себя подобающим образом в компании старшего Сима.
Поэтому, собрав свои разрозненные мысли, она проговорила:
— Я хотела спросить, почему вы решили… сделать меня кандидатом на турнир?
Второе правило этикета: всегда нужно смотреть в лицо человека, с которым говоришь. Было сложно, и всё же Лу Инь приподняла голову и посмотрела на Сима Фэя; а потом затрепетала, когда прямо в её сердце вонзились его ясные чёрные глаза.
— Ты на меня злишься? — спросил юноша.
— Н-нет, я… я просто не понимаю, почему… — ответила Лу Инь, с трудом не отворачивая взгляда.
— Прости, — неожиданно вздохнул Сима Фэй.
Девушка сморгнула.
— Я знаю, что мне нужно было сперва с тобой поговорить, и всё же я боялся давать общение касательно того, что сделаю в случае своей победы; я немного суеверный человек, Лу Инь, а это считается дурной приметой.
— Нет, вам не нужно было, то есть… — она прикусила губы. — Я просто не знаю, зачем вы мне её дали…
— Странный вопрос, — улыбнулся Сима. — Потому что мы друзья, а друзья иногда делают друг другу подарки.
— Подарки?..
— Или ты всё ещё считаешь себя недостойной, Лу Инь? — вдруг спросил Сима Фэй, неожиданно приподнимаясь на ноги.
У Лу Инь захватило дыхание, когда юноша неторопливо приблизился и встал, возвышаясь, перед ней. Ей захотелось отпрянуть и повесить голову — она сдержалась, продолжая смотреть в его бездонные чёрные глаза, и только сглотнула, когда он протянул пальцы и нежно поправил её растрёпанные волосы.
— Лу Инь, — нахмурившись сказал Сима Фэй. — У тебя есть родословная. У тебя есть талант, благородя которому ты смогла добраться до пика Трансформации костей. Совсем скоро ты станешь воином Третьего ранга. Ты прекрасная мечница… Более того, ты освоила второй этап своего искусства быстрее меня. Если меня считают гением, имя которого гремит на всю провинцию, тогда ты тем более этого достойна.
Принижая себя, ты принижаешь и меня. Ты действительно этого хочешь?
Лу Инь невольно замотала головой.
— Ничего, — улыбнулся Сима. — Иногда это полезно.
Не стоит зазнаваться; не стоит занижать свои силы. Если ты против, я заберу кандидатскую бирку и тебе не придётся участвовать в турнире… Но если ты хочешь большего, если ты хочешь продемонстрировать свой талант на всю провинцию, перед мириадами глаз и даже посланниками великой фракции, тогда… решать только тебе.
Чего ты хочешь, Лу Инь?
— Я…
Девушка приоткрыла губы, замолчала. У неё немного кружилась голова. В один момент у неё перед глазами мелькнула крыша деревенского дома и ясное небо; в её сердце прозвучал вопрос: «Только великие мастера на стадии Формирования Ядра могут подняться в небесную высь — ты хочешь стать одной из них?» — а затем всё это исчезло, и осталось только красивое светлое лицо, которое смотрело на неё глазами, сияющими, как звёзды.
— Я хочу, — выдавливая из сердце бурю ответила Лу Инь, — попробовать на турнире.
Сима Фэй кивнул.
— Хорошо… Посмотрим, как мы с тобой себя покажем, — улыбнулся юноша, а затем прибавил: — И всё же с моей стороны было неправильно делать тебя кандидатом, не спросил разрешения; в качестве извинения, позволь мне приготовить чай…
…
С этого дня про Сима Фэя и Лу Инь (имя которой снова вспомнили когда она стала кандидатом на турнир и теперь уже определённо не забудут) было почти ничего не слышно. Иной раз его замечали на верхних уровнях секты, когда Сима поднимался тренироваться у Старейшины, который разбирался в его технике, но большую часть времени он проводил в своей пещере и занимался культивацией.
До начала экзамена оставалось всего пять месяцев. За это время Сима Фэю нужно было во что бы то ни стало перейти на стадию Истинного Ци. Иначе у него не будет ни малейшей надежды занять почётное место и отличиться перед представителями Храма. Проблема в том, что эликсиры здесь не помогут. Переход на следующую стадию следовало совершать своими силами. В этом деле требовались удача и вдохновение, а потому Сима Фэю ничего не оставалось, кроме как медитировать по восемь часов в сутки в отчаянной попытке нащупать потаённую ниточку.
Одновременно с этим они тренировали свои техники. Став кандидатом на турнир, Лу Инь получила в своё распоряжение полную версию драгоценной техники и уже через месяц освоила её до третьего этапа и стала Мастером (меж тем Вэй Туну потребовалось на это почти шесть лет усердных тренировок).
Был промежуток, когда девушка хотела спросить совета у старейшины, всё ли делает правильно, но, благо, никто в Секте Жемчужного Истока не культивировал Сутру Чистого Сердца, и Сима Фэю не пришлось придумывать аргументы, почему ей всё же не стоит этого делать.
Ведь если бы она рассказала знающему человеку про свою культивацию, то неминуемо раскрыло бы своё невероятное дарование, а Сима, до поры до времени, хотелось держать его в тайне.
Тот же инструктор по Искусству Стража Поднебесной, старейшина Ман Лао, неустанно поражался прогрессу Сима Фэя, — хотя последний наполовину был заслугой Лу Инь, которая занималась с ним и давала ему свои робкие советы.
В один момент Сима Фэй всё же купил технику пробуждения родословной и предложил Лу Инь время от времени с ней заниматься. Девушка сразу согласилась и даже не стала спрашивать, где именно он её заполучил. Лу Инь испытывала к нему абсолютное доверие; с её точки зрения, старший Сима был почти что всесильным.
Через несколько недель Лу Инь перешла на этап Трансформации внутренностей.
Через два месяца она достигла 90-го процента и приступила к Предельной трансформации (к этому времени у них оставалось меньше половины эликсиров).
Наконец, когда до Турнира оставался всего месяц, Сима Фэй вышел из пещеры на рассвете, посмотрел на пылающий горизонт и медленно кивнул, понимая, что именно сегодня станет воином Истинного Ци…
  
Глава 27
   
Стадия Истинного Ци
 
Сегодня он станет воином Истинного Ци.
Сима Фэй не столько понял это, сколько прочувствовал. Вот уже четыре месяца он занимался усердной культивацией и лишь сегодня нащупал великую границу.
Определяющим фактором в этом отношении была удача. Некоторые воины переходили на стадию Истинного Ци уже на следующий день после достижения желаемого процента трансформации; другим на это требовались месяцы и даже годы. Причём если что-то пойдёт не так во время прорыва, если случится даже мельчайшая неурядица или помарка, процесс ожидания небесного благоволения придётся начинать сначала.