"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— Розенкрайц? — растерянно перевела на него взгляд бордововолосая. — Отвечайте, сударь.
— М-милая М-миронь… Я не в-виноват… Н-но…
— Что ты сделал, прощелыга? — на что, закономерно, не последовало вразумительного ответа от рыдающего скользкого гада. А после Граст обратилась ко мне. — Сударь, откуда у вас ЭТО вино?
— Доставили в номер, как презент от одной(пауза) известной нам двоим особы, — решил я поиграть в витиеватые фразочки и намеки. Стыдный стыд.
  
— От меня, что ли? — не поддержала меня ее честь, разбив в дребезги мои рабоче-крестьянские представления об изящной словесности и светских беседах.
— Угу, — аристократично ответил я.
— Ты знаешь что внутри? — повернувшись к Лютику, спросила строгая Миронь, но ответом было его невразумительное мычание. — Понятно. Это ты послал? Ясно. Вставай, за мной.
И удалилась в свою комнату. Лютик же поспешил за своей… А кто она ему, кстати? Хм.
* * *
Любимая оранжерея главы Зеленого Дома.
— Ну что, Любушка, нас всё еще бойкотируют? — обратилась ее светлость к стремительно вошедшей графине, оторвавшись при этом от некого священнодейства над медной кастрюлькой, где булькало что-то очень ароматное и, по-видимому, вкусное.
— Да, Розали, эти несносные девчонки даже розог уже не боятся. Неслыханно. Но я не по этому поводу. Франт. Новости об этом возмутителе спокойствия и нашей головной боли, — устало плюхнулась ее сиятельство в плетенное кресло перед круглым столиком, содержимое которого источало умопомрачительные ароматы, и виновницей которых была княгиня.
— Ну что ж, поведай мне, дорогая, об этом занимательном юноше, — попросила Зеленодальская, усаживаясь за стол со множеством розеток варенья из разнообразного сочетания лепестков роз. А разлив завар по чашкам, очень по домашнему подвинула одну к собеседнице, и, указав пальчиком на одну из хрустальных емкостей, произнесла. — Попробуй это.
— Он всплыл в Зеленорощинске, где три дня назад схлестнулся с местными бандитами. Не просто бандитами, а представителями целого преступного синдиката. Эти мерзавцы прорастили свои поганые щупальца даже в благородную среду. Вообрази, они даже привлекли для своих делишек одного опустившегося дворянчика из местных. Некоего баронета Ро́йбуц, одаренного сына баронессы Зеленоду́бской, которого та изгнала, лишив права носить родовое имя из-за его пристрастия к дурманящим веществам. Так вот, бандиты, по наводке этого негодяя, посмели средь бела дня явиться на станцию экипажей губернского дилижанса, где на глазах у множества свидетелей окружили и увели дикаря с глаз долой в какие-то подворотни, — поддерживая интригу, Зеленовежская прервалась и, положив ложечку лакомства в рот, с блаженным видом зажмурилась.
— Не томи, я же знаю, что сладкого ты не любишь, — не оценила лицидейства княгиня.
— Пять трупов. Из них одна магичка! — вздохнув выдала графиня.
— Продолжай, — особо ласково попросила взбешенная нечистоплотностью Зеленорощинских благородных их всех сюзерен.
— Это была рыцарь 3-й компании, как ты понимаешь, Золотой баталии полка Зеленохолмской, — выдала Зеленовежская, с каждым словом словно вбивая гвоздь, пусть и не в гроб выскочки Зеленохолмской, но под ногти ей — уж точно.
— Почему? — безэмоционально спросила разъяренная Зеленодальская.
— Дурман. Она плотно сидела на Драконьем дыме. На этом ее бандиты из банды Рыжего Ко́рпса и подцепили на крючок. Она совсем уже, по отзывам сослуживцев и знакомых, была невменяема. Кроме этого пагубного пристрастия ни о чем не думала…
— Все знали? — позволила себе перебить подругу княгиня, чего почти никогда не делала.
— Да. Мы как начали копать, такого нарыли(помотала головой). Отчет пока не готова подать, так как расследование еще идет, а поспешила я к тебе из-за Франта, чтобы посоветоваться.
— Продолжай.
— В общем, баронет этот пришел в лавку, где должен был забрать партию «специй», как они называют зелье для воскуривания Драконьего дыма, и столкнулся там с Франтом. Отвечая на твой не заданный вопрос, благородный бандитам нужен, чтобы беспрепятственно доставлять дурман. Такого ведь не остановят и не обыщут, да и доступ к высшему свету, какой-никакой, у него всё еще есть, а это значит — более денежные клиенты и потенциальные знатные марионетки. Но этот гадюшник я разгребу, ты не переживай. Полетят головы, кого надо. Так вот, у них там в лавке возник конфликт и, будучи весьма спесив, Ройбуц попытался вызвать дикого на дуэль. Но тот в очередной раз удивил. Мальчишка маг, Розали. И не простой. Он целитель! Смекаешь? То-то и оно. Целитель, да еще и мужчина, что равно слабосилок, а значит — такого вполне возможно в узде держать, ибо такое будет по силам, как они думали, даже рыцарю. Главарь Корпс, на радостях за столь ценную информацию, даже списал часть долга баронетику. Ну и отрядил Косого Рюда с Серым Пя́йцем при поддержке четверых громил, прихватив магичку из полка Зеленохолмской, на захват Франта. А когда они, как я и говорила, отвели его с глаз долой, тот их и порешил на месте. Двое только и спаслись. Они-то, с Ройбуцем — нам всё и поведали. Старательно обсказали, как дело было, когда мы вышли на них и крепко поспрошали(ощерившись). Так вот, уж не знаю, учил ли Мазурт своего воспитанника копейному бою, в котором сам был уж очень славен, но Франт и клинком лихо справился. Причем даже не нормальным. Переколол всех потайным коротышем из трости. Каково? Магичку, к слову, тоже. Эта мерзкая дрянь, не достойная носить благородного имени, даже угол одного дома чуть не снесла, а в нашего шустрого мальчонку не попала. Ну и сдохла на кончике его клинка, — очень оживленно и как-то даже радостно выдала синеволосая, будто бы описывая славные похождения любимого зятя.
— Он точно целитель, Любушка? — словно бы не слушая всё, что было после этого, отстраненно спросила задумчивая обладательница едва розовых волос из-под косыночки.
— Он нос расквасил баронетику, — необычайно весело начала графиня. — А потом сам же и залечил ему его. Ну, чтобы унизить посильнее. А может и спровоцировать.
Уже серьезным голосом, и выделив последнее слово выразительной мимикой, закончила глава безопасности Дома.
— Думаешь, он опять нам услугу оказал? Вскрыл гнойник у нас под носом? — безэмоционально закончила очень недовольная глава Зелничей, но скорее на то, как у нее, оказывается, всё не очень хорошо в её княжестве-то.
— Ой, гнойник, Розали. Причем такой гнойник, что даже страшно подумать, что же у нас тут в Зеленограде вскроется, потяни мы за ниточку. Дурман этот — много беды принес. Как бы не уши королевства из всего этого торчат, ведь как раз в их колониях «специи» эти проклятущие и произрастают. А с Беличами-то за гавани их, они ведь не просто так схватились, да и предстоящая большая война покажет: кто к южным колониям пути будет иметь. Будь они трижды прокляты эти, еще недавно никому не нужные колонии! — гневно вещала распалившаяся Любара Зелновежская.
— Ну будет, будет тебе, — успокаивающие промолвила всё еще задумчивая Розали Зеленодальская. — Подумай вот о чем. Выходит, у нас тут дикий из Пустоши, который оказался магом.
— А ведь точно! Это что же получается, если он несколько дней как из безмагической местности и уже носы залечивает, то что же?… — вся подобравшись, принялась размышлять вслух графиня, но, словно боясь спугнуть удачу, замерла на полуслове.
— Вот что, Любушка, надо бы нам найти Франта и с девочками его поближе познакомить. Избранник не избранник, а фаворит вполне себе, — с легким вздохом принятия заключила мать Розин, но продолжила княгиня уже более собранно. — Да и, несмотря на всю его хитрую игру, пока что ничего кроме пользы наш Дом от него не видывал. Пора, я полагаю, ответить на столь частые, последнее время, приглашения к диалогу такого настойчивого юноши.
  
— Я вот как раз по этому и здесь, Роза. Франт в Зеленодар завтра должен прибыть. Он, после расправы над бандитами, вернулся себе и спокойно сел в свой дилижанс, — с неимоверно довольной улыбкой любимой тёщи, изложила мать Виолетты. — «Орел» готов и в любой момент может подняться в воздух.