"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

О, соточка ОО за эдакого паршивца. Так, а за пёсика почему еще не дали? Не откинулся он там еще, что ли? Ого, как вопят! Чего это они там?
Позади меня раздались вопли и какое-то воинственное завывание, а судя по миникарте, где уже на самом ее краю я узрел множество стремительно приближающихся красных точек, на меня началась полномасштабная облава. Поэтому я не стал затягивать и, не задерживаясь у тела, с которого и лутать-то было нечего, рванул дальше.
  
У гоблина, к слову, кроме набедренной повязки и разнообразных нательных украшений, в том числе и рисунков, ничего из одежды не было. А его специфически смердящая, видимо чем-то намеренно пропитанная, набедренная повязка с фартуком, изобилующим воинственным декором из всяких там мелких косточек, деревяшек, камушков и прочего хлама, никакого желания прикрыть мне свой срам не вызывала. Пусть уж лучше подышит, так сказать, хотя гордиться старикашке, я погляжу, нечем. Мда. Дротики, копьеметалку и болас, может и стоило бы прихватить, да вот только оно всё такое, что им бы уметь надо орудовать, а я лишь теорию знаю. Вот был бы лук или праща — с этим Франт тогда дал бы прикурить коротышкам.
О, а вот и 50 ОО за собаку капнуло. Наконец-то. Ну вот и лес наконец. Фух, добрался. Влажный тропический лес, пробираться через который, однако, вполне можно. Похоже, тут изрядно протопта…
Ох ты ж, гребаный ты патисон! Это чё за страхогрёбище? Ма-ма!!!
Со всей дури я рванул назад к таким милым и неопасным гоблинам, подальше от этой… этой… непонятной пакости, которая, свесившись с ветки, уставилась на меня гроздью своих глазок, а после, извернувшись, спрыгнула на ножек так пятнадцать из всех своих как минимум сорока, ну и всем своим трехметровым лоснящимся от хитина телом, противно извиваясь, рванула к такому мягкому и нежному, а возможно и очень вкусному мне.
Брррр. Ненавижу насекомых! Да, хоть Франту и плевать, но меня, Костю Салина, всегда аж передергивало всего от вида всяких там жучков-паучков. А уж многоножки — это отдельная моя фобия. Гадость!
Уйти от этой мерзости, кажется теперь проясняющей назначение того специфического «аромата» одеяний гоблина, удалось довольно просто. Тварь не стала преследовать и вернулась, удалившись от лежки лишь метров на двадцать. Теперь всё вокруг мне казалось кишащим этими гадкими порождениями непонятно чьего сумрачного гения. В общем, я решил вернуться и не кобениться, а вырезать-таки гоблинов. Полагаю, где-то среди них босс, ну или какое-нибудь очередное древо чего-то там. Вот когда память тела наконец станет доступна, тогда и выясним, что там за печальная история такая лежит в центре всего и что же послужило поводом для моего пришествия.
Да, что ты будешь делать?!! Я ж не потяну их столько-то.
На встречу мне, растянувшись в цепь, двигалось множество красных точек. Странно, у них разве нет следопытов? Почему прочесывают, а не идут по пятам? Или это они так ищут мои недоеденные той сколопендрищей, например, останки?
Проклятье! По-любому, нужно как можно скорее затрофеить тот вонючий фартук, глядишь, и вправду местная фауна не станет агриться, да я смогу более гибко маневрировать. Но всё равно, что тогда? Куда идти, что там вокруг? Нет, всё же необходимо прорубаться в поселение и искать босса. Не тот этот мир, чтобы исследовать его на предмет пожить тут, пока в основном время замерло. Не нравится мне тут. Совершенно.
Прикинув, где красных точек поменьше, я обошел их по опушке, если это понятие применимо к такому лесу, при этом то и дело озираясь в поисках очередной выскакивающей из ниоткуда кракозябры, ну и затаился за очередным деревом в ожидании приближения коротышек. На меня вышли четверо. Такие же уродцы, как и ранее упокоенный мною. Вооружены они были полноценными копьями, и дубинками на поясе. У одного — через плечо на груди был перекинут болас. Хотя нет, вон тот ещё — явно пращник. Его следует убрать первым.
Эх, мне бы щит. Я хоть его и в руках никогда не держал, но с нынешним моим классом Мечника — вполне осведомлен, как с помощью него парировать, поэтому и от всякого метательного смог бы укрыться. А то с голой тушкой меня даже элементарным метко брошенным камнем можно если не грохнуть, то вполне себе уронить.
Гоблины приближались, однако, не шумя, подобраться именно к пращнику никак не выходило, поэтому я был вынужден остаться на месте и ждать, когда, через метров семь, ко мне приблизится один из копейщиков, бывший как раз напротив моего дерева. Но буквально через пару шагов один из них замедлился, напрягся и, вскинув голову, принюхался.
Вот же уроды! Эти вонючки меня как-то вынюхали!
Это пронеслось в моей голове, пока я, сорвавшись с места, что есть сил мчал по корягам и кочкам на оскалившихся и завопивших что-то воинственное зеленых уродцев.
Первый сдох так и не изменившись в лице, преисполненном недоумением при взгляде на своё копьё, начисто срезанное секущим ударом моего Резвого. Этим же движением, но уже на противоходе, я снес голову незадачливому крпейщику. Начисто.
Жутко, если честно. Это тебе не сухой зомбак, а вполне себе живое, хоть и не человек, но всё же антропоморфное разумное существо. И вот так взять и, не заколоть тонким клинком в сердце, а вполне себе широким обезглавить — это несколько иное. Я бы сказал, совершенно иное. Всё это, я осмыслил, хотя, скорее, отметил лишь краем сознания, продолжая свою кровавую жатву.
Следующим пал с воем несшийся на меня с выставленным перед собой копьем матерый седовласый коротышка, весь изукрашенный художественным шрамированием, татуажем и дикарским пирсингом. Красавец. Его я ловко пропустил мимо, подбив вбок его копье и наотмашь потом рубанув по шее сзади. Голова осталась на месте, но хребет был фатально рассечен. Не жилец.
Ну вот я наконец и добрался до пращни… Ай, сука! На тварь! Получай! Сдохни!
В гневе я рубил и рубил уродца, который так и стоял парализованный страхом, пока я не влетел в него. Пусть он так и не успел воспользоваться своей пращей, ибо наверняка из-за неопытности у него приключился ступор, но голова моя, тем не менее, всё же познакомилась с камнем. Когда закончил свое несколько истеричное прям измельчение давно уж мертвогр юнца, я, так остро реагирующий на боль неженка, поднял свои заливаемые кровью глаза и одарил многообещающим взглядом того урода, который своим метким броском и рассек мне кожу на лбу, приведя в состояние не очень контролируемой ярости, выплеснутой только что на его незадачливого соплеменника. Это еще хорошо, что каменюка в висок не угодила, а то бы хана мне было.
Вернув наконец конструктив в свои излишне, как по мне, импульсивные действия и более не давая гоблину прицелиться, дабы довершить начатое, я принялся, лавируя между стволами деревьев, неуклонно сближался с этим метателем. Не смотря на адреналин, с каждым шагом мне становилось дурно, поэтому прямо на ходу я жахнул себя Заживлением, изрядно сократив свой резерв, но тут же пришел в себя, что отметил уже извлекая клинок Резвого из живота зеленого гаденыша, где с чувством нездорового удовлетворения изрядно пошурудил им, теряя, однако, драгоценное время на эту откровенно лишнюю дичь. Расплатой за что, была стрела с, кажется, кремневым наконечником, который прилично так рассек мне трицепс, слава авокадо, на левой руке.
Заголосив дурным голосом, я рванул в укрытие, где кое-как вернул себе самообладание и поспешил жахнуть Заживлением на кровоточащую рану.
Мне хана! Стоп, соберись, тряпка! Где твой холодный рассудок? Что за истерики? Ну да, это не с вертушки бабахов выпиливать. Приходится шустрить и то и дело выхватывать. Но возьми уже наконец себя в руки!
  
Пока есть пара секунд, захожу в Систему и выбираю Прочность как путь развития Выносливости, что буквально через десяток секунд, под привычные уже ощущения сиюминутного паралича, делает меня полностью здоровым, свежим, а главное — более жестким, причем буквально, противником для зеленых. Но это еще не всё, так как красные точки не спешат наваливаться на меня, а лишь постепенно окружают, и у меня, похоже, есть чутка времени, чтобы еще и усовершенствовать Заживление, которое дважды уже меня спасло.