Эдем 7 (СИ)
С вереницей живых вещей Синрив отправился в одну из новых школ, которую он недавно открыл. Там он закрепил рабов за учителями и отправил убийцу орка на углубленную проверку, после чего пошёл в свой трудовой кабинет, который приходилось делить с Эллинеш. Хотя нет, не приходилось, ведь речь скорее о рациональном решении и выгоде, нежели об какой-то вынужденной необходимости: места хватало. Просто советы искусительницы уже ни раз выручали ирбиса и рядом с ней на самом деле уже привычнее.
— Новых вестей всё ещё нет? — спросил зверолюд, присаживаясь за свой стол.
— Нет, всё по-старому… — грустно ответила искусительница, перебирающая стопки писем.
Сначала послания просто откладывались, но они очень быстро накапливались, затем начали приезжать странные смертные и спрашивать лично… В какой-то момент проблему уже было нельзя игнорировать и пришлось вмешиваться. Лансемалион Бальмуар исчез слишком неожиданно, как и обычно, но в этот раз он что-то прямо уж долго не появлялся. Слишком долго.
— Угрозы более не поступают? — Синрив вспомнил ещё об одной серьёзной проблеме.
— Нет, Рудольф Гирардус лично разобрался с обвинениями, вскоре он предъявит и подписанные документы о вступлении на новую должность.
— Я думал кровь хозяина подошла к концу…
— Мои запасы, которые и так были небольшими, подошли к концу после нескольких деклараций. Но как оказалось командиру гвардии господин Бальмуар доверяет не зря, он поделился своими запасами.
— А мне он такого доверия не высказал… — недовольно и даже с обидой, будто ребёнок произнёс ирбис. — Даже маленькой скляночки, чтобы хватило подписать хотя бы одну декларацию…
— Зато именно ты управляешь всеми школами. И делаешь это очень успешно. Когда он вернётся, то несомненно…
— Думаешь он вернётся? Столько лет уже прошло… Если он где-то там умер на разборках, то… голов нам уже не сохранить за подделку документов. Мы не Гирардус, мы просто рабы, с нами церемониться не станут.
— Не умер он.
— Почему ты так уверена?
— Потому что настолько упёртые бараны так просто не умирают, — вздохнула Эллинеш и отложила ещё одно письмо, что отправится в Сарос.
Эпилог
— Понимаешь? Нет, ты понимаешь в какой я заднице? — продолжал говорить Орлойд, наворачивая очередной круг по комнате и расплёскивая своими шагами кровь.
О тайне всего мира в один момент узнали целых тринадцать смертных! Хотя нет, десять, ведь епископы и так всё знали. Хотя и не десять, ведь как минимум одного убил сам алчный наёмник, лишившийся после этого задания большей части своего сброда. Также и Убийца наверняка не прохлаждается, так что возможно…
— Возможно они уже идут за моей головой, сраные ублюдки, — гоблин оскалился и принялся обновлять травы в своей трубке. — Но это всё херня, понимаешь?
Орлойд на самом деле довольно опасен во всех смыслах. Он хитёр, силён и ловок, магическая сила весьма высока и даже искажённый наркотиками разум всё ещё выдаёт порой гениальные решения. И о местонахождении почти всех епископов он знал, как и о возне внутри гильдии ассасинов, где с каждым днём нерешительность самого Убийцы сказывается всё сильнее на общем климате. Нужно принимать сторону и как можно скорее, а если на это не хватает воли у самого главного, то значит пора сменять главу. Всё просто.
— Но скажи мне, где этот сукин сын Бальмуар⁈ — снова воскликнул алчный наёмник и подошёл ближе к своему бездвижному пленнику. — Почему ты не отвечаешь⁈ Неужели не боишься⁈
Однако обкуренное в хламину сознание не учло одного момента. В наркотическом бреде ускользнул важный факт: мёртвые не умеют разговаривать. И голова, отделённая от тела, продолжала беззвучно лежать в луже крови, пустым взором глядя на своего убийцу. Чуть поодаль расположились ещё два тела, одно женское, а второе чуть поменьше. Мать пыталась защитить своего ребёнка, но сколь бы сильной не была любой, удар меча в сердце она не остановила.
— Грязная дрянь, я знаю, что вас подослал он! — продолжал вопить Орлойд, пока дым становился всё плотнее и вот уже в тумане невозможно различить даже силуэта отброса.
В порыве безумных чувств гоблин вдруг ударил ногой голову мужчины, и та отправилась в окно. Но не раздалось каких-то воплей, лишь тихий стук, ведь на дворе ночь и случайных прохожих на улице нет. А ещё нет никаких сомнений в том, что это чужие агенты. Ведь ублюдок таким взглядом одарил алчного наёмника! Других вариантов быть просто не может… Все детали паззла уже сошлись в гнилостном разуме, пока мания преследования продолжает разрастаться вширь и ввысь. Это был уже далеко не первый раз, когда гоблин ворвался чуть ли не к случайным смертным, после чего устраивал ужасные пытки в попытки получить ответы. Хотя до этого с трупами он вроде не разговаривал.
Но никто из окружения Орлойда не обращал на такую странность особого внимания. В принципе и до этого командир своры не отличалась особым здравомыслием и выкидывал всякого рода перфомансы. Командир своры и раньше за косой взгляд мог учинить жесточайшую расправу, сейчас занимается тем же самым, а изменения подтекста этих действий никто не заметил, потому что всем плевать этого отброса.
И внезапно обострённое до предела внимание что-то уловило в хитросплетение теней Кихариса. В одно мгновение гоблин развернулся на сто восемьдесят градусов и выставил вперёд материализовавшийся жезл. С конца артефакта тут же со взрывом вылетело ослепительное пламя дракона. Половина здания снесло, ещё с дюжину построек охватил пожар, а количество трупов исчисляется десятками из-за слишком резкого всплеска хара.
— НЕ ПОЙМАЕШЬ!!! — завопил во всю глотку гоблин, после чего истерично засмеялся и дым распространился на все улочки, стелясь среди горящих обломков.
Из сотни путей отхода Орлойд выбрал лишь один, оставив приманки для своих преследователей в других местах. Передвигаясь быстрее ветра по канализации в своём дымовом образе, командиры своры покинул город и летел всё дальше, оставляя ловушки за собой. В какой-то момент появились горы, где в одной из расщелин и остановился утопающий в безумии маньяк.
— Это Орта Миос? — мелькнул вопрос в больном сознании и после там же прозвучал ответ: — Нет, слишком тепло здесь. Да и гор в Эдеме прилично.
Так алчный наёмник и сидел на самом дне, прячась в тенях и ожидая янтарноглазого ублюдка. Пусть только появится и тогда сразу же вся магическая мощь обрушится из засады на этого глупца. После тех событий на левиафане Орлойд действительно многому научился и хорошо подготовился к будущей встрече. Выработана тактика, куплены лучшие артефакты, сколь бы сильно там не восхищался своим братцем Адрион, но это ничего не изменит. Приговор вынесен и будет исполнен.
Прошла неделя, вторая, а гоблин продолжал забивать трубку табаком, что через раз оказывало положительный эффект, но чаще воспалённое сознание лишь ещё сильнее обострялось из-за воздействия смеси особых трав.
— АГА!!! ПОПАЛСЯ!!! — прокричал безумный маньяк и вылетел со дна, взрывая расщелину.
Огромный огненный гриб поднялся и виден он был с приличного расстояния, что заставило подняться в воздух воздушные силы крылатых эскадрилий. Неужели этот наивный сынок Зелгиоса решил, что сможет подкрасться из-под земли? Смешно, ведь наёмник полностью изучил всё снаряжение своего противника ради чего пришлось доставать информацию с того света: буквально, некроманты по наводке клиента обращались к отпечаткам сознаний, заключённых в личных вещах смертных, коих уже здесь не было. Ну и речь, разумеется, идёт о личных могущественных артефактах, а не просто он каком-нибудь платке или куртке.
— ЧТО⁈ — внезапно закричал Орлойд, обращая свой взор к небесам.
И тут же тысячи ледяных копий улетели в сторону самых простых и обычных птиц, которых сумасшедший принял за лазутчиков врага или за самого врага. Сразу же после этого он снова растворился в дым побежал ещё дальше. Далеко-далеко, скрываясь от каждого шороха и отвечая на мнимые угрозы залпами дорогих артефактов, уничтожая то деревья, то пробежавшую мимо мышь.