"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

— Прохладная в этом году весна, госпожа Льяна, — вежливо улыбнулся принц. — Удивительно для апреля. Но говорят, что уже через неделю погода порадует.
— Я тоже слышала, — согласилась я и развела руками. — Насколько знаю, точно предсказывать погоду не брались даже Пророки.
Οн усмехнулся, правый угол рта вздернулся, обнажая белые зубы. Смех, точнее глубокое, глухое и отрывистое «хехекание», не показался мне приятным или красивым. Вновь стало тревожно, но я списала это на то, что заметила длинноватый верхний клык спутника. Он выглядел острым и опасным. Наверняка дело было только в этом.
  
Принцу мои слова пришлись по сердцу, он похвалил шутку и предложил выпить горячего виноградного сока со специями. Как раз недалеко на низком помосте опрятная человеческая женщина начерпывала другому покупателю ароматный напиток в кружку. Эти запахи пьянили, манили к большому пузатому котелку на треноге, и сопротивляться не хотелось. Да и смысла отнекиваться я не видела никакого. Столичный коргор я никогда не пробовала, а дома мама готовила нечто похожее редко. Специи были нам не по карману, поэтому их заменяли лекарственными травами. Получалось вкусно, но назвать коргором эту микстуру не решался никто.
Его Высочество подал мне руку, галантно предупредив, что отсыревший помост, возможно, скользкий. Приятное тепло его ладони, уверенное прикосновение мне понравились, но в следующее мгновение он сжал мои пальцы чуть крепче — безымянный пронзила острая холодная боль.
Я вздрогнула. Короткая боль, будто от укола иголки, исчезла так же быстро, как и появилась. Принц удивленно поднял брови, обезоруживающе улыбнулся.
— Что-то случилось?
— Нет-нет, — я поспешила изобразить спокойствие. — Все в порядке.
Он выпустил мою руку, рядом засуетились эльфы-охранники. Они заняли нам столик, очистили заклинаниями коричневые глиняные кружки, поинтересовались, не желает ли Его Высочество пирожных.
Наблюдая за ними, не могла избавиться от противного ощущения, что мужчины выслуживались перед иноземным принцем, старались понравиться и показать полезность. Меня это раздражало. Εго Высочество с привычным спокойствием относился к подчеркнутым попыткам угодить и к многочисленным поклонам лебезящей перед ним человеческой женщины. Она не могла знать, кого судьба привела к ее котлу, и с удивлением, граничащим с невежливостью, разглядывала необычный костюм аролингца и мой вполне скромный наряд.
Его Высочество делал заказ, давал распоряжения воинам, а я украдкой посмотрела на противно ноющий безымянный палец. Подушечка покраснела, на коже подсыхала едва заметная капелька крови.
— Мне нравится здешняя выпечка, — повернулся ко мне Εго Высочество.
Я поспешно опустила руку.
— Кедвосцы не экономят на специях и знают в них толк, — продолжил он, жестом приглашая меня присесть.
Запах коргора, его тягучая сладость прекрасно сочетались с ореховым печеньем, которое по указанию принца купил один из воинов. И хоть было очень вкусно, я с трудом заставила себя допить до конца — Его Высочество сидел напротив и, откинувшись назад, оценивающе меня рассматривал.
Я чувствовала на себе его взгляд, безуспешно боролась со смущением и разглядывала руки спутника. Внимание притягивало средних размеров серебряное кольцо с черным округлым авантюрином. Больше ничем не мог быть этот странный камень, напоминающий звездное небо. По слухам, украшениями с такими камнями Аролинг, хозяин единственного на материке месторождения, никогда не торговал.
На краю площади заиграл бродячий музыкант. Звонкая флейта напевала танцевальную мелодию, веселую и легкую. Принц отвлекся, начал отбивать пальцем такт, а когда возникла пауза, заговорил о музыке. Приятный голос собеседника, поинтересовавшегося моим мнением, красиво переплелся с новой песенкой и стал единым целым с ароматным коргором, нежным печеньем и ярким весенним солнышком.
Чудесный день, способный сделать самые смелые мечты явью. Стоит только поверить в себя, в подаренный Великой шанс, и тогда тот прекрасный сон о разговоре на пароме станет реальностью. Я в самом деле услышу признание Его Высочества в том, что ему хорошо со мной, его надежду на выбор Видящей, способный сделать нас обоих счастливыми.
В моем сне он был честен. Будет честен и искренен в действительности. Я знала это, верила ему и постепенно понимала, как же мне повезло.
Откуда взялись глупые мысли, что я не на своем месте рядом с ним? Мои сны пророческие. Они не могли обмануть. Вообще сомневаюсь, что наше взаимное расположение можно как-то сыграть. Слишком теплые чувства вызывал у меня принц, слишком приятным и сильным было непривычное, странное и нескромное влечение к нему.
Что за бредовые подозрения возникли у лорда Адсида из-за того, что принц Зуар всего лишь показал свое сердечное расположение? Почему ректор так взъелся на эти несчастные письма? Почему так старался настроить меня против аролингцев?
Нельзя забывать, что у этого политика на уме свои цели. Свои. Он действует с пользой для меня только до тех пор, пока ему самому это выгодно. Но я по-прежнему остаюсь для него просто фигурой на доске. Безжизненной, послушной, подневольной.
Его Высочество видит во мне личность. Он единственный способен оценить меня такой, какая я есть. Нельзя упускать сказочный и прекрасный шанс спокойно пообщаться и познакомиться. Нельзя!
Робость ушла, смущение тоже, мотив с кружевами трелей словно зарядил меня бодростью и решительностью. Я расправила плечи, встретилась взглядом с кареглазым принцем.
— У вас очаровательная улыбка, — похвалил юноша и признался. — Мне бы хотелось видеть ее чаще.
Он говорил от души. Совершенно точно. И мое сердце пело от радости.
С этого момента день стал совершенно сказочным. Его Высочество был не просто мил и обходителен, отдавая дань вежливости. Он искренне интересовался мной, моим мнением по совершенно разным поводам. Он спрашивал обо всем. О культурном наследии теронцев, о моих музыкальных предпочтениях, о книгах, об университете, о родителях. Еще приятней было, что юноша благожелательно и открыто отвечал на вопросы о себе.
Значительно позже, вспоминая этот прошедший в странном тумане искрящегося счастья день, сообразила, что принц Зуар не рассказал ничего особенного о столице Аролинга, о своих родителях, о драконах. Общие слова, широкие мазки для обозначения отношений, взаимосвязей между министрами и советниками. Но тогда я не знала большей части и этих сведений, а неудобных вопросов о драконидах и их потомках не задавала. Частично из-за моего настроения, частично из-за умения Его Высочества обращаться со словами беседа осталась в памяти доверительной.
Парома, беседы на его борту я ждала с замиранием сердца. Очень хотелось, чтобы сон не обманул, чтобы все сбылось в точности. Но короткая куртка все ещё грела плечо принца, а в моем видении ее не было. Неужели я обманула сама себя? Неужели неправильно оценивала все это время поведение принца? Мечтала, что взаимное притяжение возникнет, и приписывала его спутнику, не задумываясь о том, что он чувствует на самом деле?
От волнения и нетерпения я едва находила себе место, сложила руки на коленях, чтобы скрыть дрожь. Его Высочество мягким движением положил ладонь на мои переплетенные пальцы.
— Вы замерзли, госпожа Льяна, — заметил он и потянулся к застежке.
Золотой витой шнур скользнул по груди юноши, принц отвлекся на куртку, чуть сильней сжав мои пальцы. Я вздрогнула, потому что меня снова что-то кольнуло. Но разглядывать палец было некогда — Его Высочество накинул свою куртку мне на плечи.
  
Недолгая близость, дразняще яркий аромат горького миндаля, маслянистый запах базилика пьянили, но отчего-то стало тревожно, даже боязно. Будто происходило что-то неправильное. Χотелось одновременно встать и уйти, держаться от принца подальше, но вместе с тем я мечтала быть с ним и не разлучаться ни на мгновение.
Куртка обняла меня теплом, приятно пощекотала меховой опушкой. Его Высочество осторожно, бережно поправил мех, скользнул ладонью по моей руке, не сводя с меня глаз.