"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

Юноша осуждающе покачал головой:
— Благородные девушки…
— Цорей, — в ее голосе послышались слезы. Не предполагала, что одобрение брата так важно для леди Цамей. Она просто излучала раскаяние и вину. — Пойми, пожалуйста, мы были очень злы… Все мы… Ну как же… рабыня среди нас. А если вдруг выиграет? И тогда придумать, как и что надо сделать, чтобы лишить ее девственности, казалось правильным…
  
Цамей совсем сникла, потупилась, по щеке скользнула слеза.
— Придумали? — скептически хмыкнул Цорей. — И как защиту университета обойти, придумали?
Цамей кивнула:
— Да, придумали.
Он жестом поторопил ее.
— Мы решили, что надо напасть после первого боя, когда Льяна будет ослаблена. Но после отравления Дрены ректор ее отселил. К тому моменту Кенидия не выяснила, куда. Зато это стало известно сегодня. Сивина, Ветта и Рессида подкупили нескольких одаренных людей из слуг.
— Слуг? — нахмурился юноша.
Она мелко закивала и, шмыгнув носом, призналась:
— Это моя была идея. Следы от их заклинаний быстро померкнут, а щит у Льяны будет слабым. Если она вообще сможет как-то защищаться после испытания. Можно бить простым оцепенением. Он рухнет.
Цорей сложил руки на груди и казался воплощением недовольства.
— А Сарэт?
— Она должна была наложить иллюзию невинности на Льяну на следующее утро. Чтобы защита университета сработала.
— Хитрый план. Вполне действенный, — похвала мрачного юноши прозвучала едко, как оскорбление.
Цамей сжалась, достала носовой платок. Отороченный кружевом белый лоскут дрожал в ее пальцах. Глаз на брата девушка не поднимала, а я отчетливо ощущала раздражение и разочарование Цорея.
— Как вы только додумались?
Леди всхлипнула, прижала платок к лицу и не ответила.
Юноша несколько раз прошел мимо нее, размышляя.
— Я знаю Лимьена. Он не пойдет на это. Он рохля, а для такого нужна дерзость, — будто успокаивая самого себя, говорил Цорей.
— Ты не видел Ветту сегодня, — сдавленный из-за слез голос девушки звучал сипло и ломко. — Она и камень может убедить. Лимьен ей подчинится… Сделает, что велят…
Лорд покачал головой и не выглядел убежденным:
— Чтобы пойти на такую низость, нужна отвага. Лимьен — пустое место.
— Зато Ветта — нет! — с жаром ответила Цамей. — Мы с Сарэт пробовали отговорить ее и Рессиду сегодня. Невозможно! Только покричали друг на друга. Они упрямы. Ветта зла ужасно. Ведь к тому же Льяна ее явно обходит. Во всем! И по этикету, и в бою, и по чарам! Она восьмерка! Она красивая!
Упоминание моей внешности отозвалось в Цорее странным теплом и влечением.
— Ты ведь сказал, Льяна тебе интересна! — с вызовом заключила девушка.
— Да. Она мне очень нравится, — признал лорд, и я с удивлением поняла, что он не солгал.
— Так сделай что-нибудь! — выпалила Цамей.
Он раздраженно взмахнул руками, снова прошелся по галерее пару раз.
— Я проверю, — решил юноша наконец. — Где ее поселили?
Девушка, не скрывая облегчения, улыбалась и рассказывала о гостевых комнатах и об ужине, который должны были принести туда.
— Спасибо тебе, — Цамей обняла брата. — Я очень надеюсь, ты прав, и они этого не сделают.
— Ты тоже права. Лучше проверить. Тебя проводить? — в голосе Цорея, в полной мере ощутившего опустошенность резерва сестры, послышалось беспокойство.
Она отрицательно покачала головой:
— Не надо. Я боюсь, как бы ты не опоздал.
Юноша задумчиво глянул в сторону ректорской башни и, посоветовав сестре ложиться спать, пошел к замку. Целеустремленно, немного торопливо, но не бегом. Заметив одного из своих бойцов, идущего на ужин, позвал его и попросил проводить леди Цамей до женского общежития. Круглолицый человек с вьющимися светлыми волосами, видимо, не привык обсуждать приказы командира и, сдержанно кивнув, поспешил к галерее.
Лорд Цорей прошел мимо столовой, остановился в дверях, поискал взглядом Лимьена. Беспокойство нарастало, я чувствовала быстрые удары сердца юноши, когда он, стараясь успокоиться, прошептал «Он просто еще не пришел». Коридоры сменяли друг друга, совсем недалеко от башни навстречу лорду Цорею попались две служанки, суетливо уступившие ему дорогу.
Тревога юноши сменилась злостью, когда он почувствовал блекнущие следы слабых людских заклинаний. Заковыристо ругнувшись, лорд Цорей подбежал к нужной двери, припал к ней ухом и действительно расслышал мой голос. Заклинание, которое он использовал, показалось мне неприятным шумом, за которым не было слышно ни слова, но замок выворотило, дверь распахнулась. В Лимьена полетело заклятие.
Воспоминание на этом закончилось, и меня вынесло из сумрачного и туманного мира чужой памяти к янтарному сиянию, к сероглазому эльфу.
Ласковое тепло его дара стерло злость и возмущение лорда Цорея, в дымном лавре растворилась тревога, потускнело лицо напуганного Лимьена. Странно, но мои собственные воспоминания, мой страх, ощущение совершенной беспомощности тоже стирались, притуплялись. Становились больше похожими на память о дурном сне, а не о событии. Я чувствовала, что этого хочет он, ограждая меня даже на таком уровне. Признательность за заботу, благодарность за опеку в целом сплелись, усиливая влечение моего дара к его магии. Οн ощущал это, я знала по отклику и жалела о том, что единение даров закончилось.
— Один из немногих случаев, когда собственная ошибка радует, — глубокий голос мужчины показался музыкой и продолжением волшебства.
Я кивнула и, убрав с холодного кристалла руку, накрыла ее другой ладонью, сохраняя тепло его прикосновения. Снова стало неловко, что так открыто любовалась им. Вспомнила слова о том, что естественно получать эстетическое удовольствие, и, набравшись мужества, встретилась взглядом с мужчиной.
— Мне, как и вам, приятно, что мы очень неплохо ладим. И в магическом смысле тоже, — улыбнулся Шэнли Адсид. — Боюсь представить, какой пыткой стала бы опека в ином случае.
— Спасибо вам, что показали это воспоминание.
Он кивнул и немного поменял тему:
— Вы заметили этот момент в конце? Когда лорд Цорей выломал замок? Воспоминанием об этом родовом опасном заклинании, которое пропустила магическая защита университета, он не хотел делиться. Поэтому появился тот противный шум. Чтобы не было слышно слов формулы.
— Понятно, интересный эффект. Если бы он не хотел делиться этим воспоминанием, оно бы все превратилось в шум? — предположила я.
— Да, — лорд Адсид снова кивнул. — Если бы со мной поделились подправленным воспоминанием, места правок выглядели бы заплатками. При определенном навыке считывания под них можно заглянуть.
— Οбщаясь с вами, я все больше понимаю, как многого не знаю, — вздохнула я.
— У вас впереди вся жизнь. Многому научат здесь, но и самостоятельного обучения это не отменяет. Если ваш дар разовьется до десятки, вам понадобится личный наставник. Наставник с сопоставимым даром, — строго уточнил магистр. — Шестерке нечему учить десятку. С этой точки зрения хорошо, что у господ драконов дары сильней наших.
Οн снова посерьезнел. Видимо, его мысли вернулись к отбору и лорду Фиреду, не радовавшему в последнее время решениями.
Молчание затянулось, магистр крутил в руке золотистое перо, смотрел на красный кристалл на столе.
— Леди Цамей боится того, что ее и леди Сарэт обвинят в соучастии. Корит себя за то, что поставила род под удар, разочаровала родителей и брата своей вовлеченностью в нелицеприятный заговор, — медленно ронял слова ректор. — Вы это почувствовали. К сожалению, леди Сивина менее осмотрительна. Посещение семейного алхимика в день отравления госпожи Дрены, остановленная мной иголка, активное участие в заговоре против вас…
  
Он нахмурился, отложил перо:
— Леди Цамей можно обвинить лишь в том, что она подала идею. И вину свою она искупила, стараясь отговорить подруг и вовремя поставив брата в известность об их планах. А вот леди Сивина нанимала людей. Князь Оторонский крайне недоволен дочерью и ее отношением к сохранению доброго имени рода. Я порекомендую ему вплоть до последнего ритуала забрать княжну в родовое поместье. Пока она не наделала еще глупостей.