"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

— Я был с ним в бане. Нет ни крыльев, ни чешуи.
Я невольно вздохнула с облегчением.
— Попробуйте поспать, миледи, — искренне посоветовал Бекингем. — Я не уроню вас, не бойтесь.
Что ж, отчего бы и не последовать хорошему совету?
  
Глава 2 Великий колдун
 
В Эринбер мы приехали на рассвете. Солнце едва поднялось из-за холмов, но неугомонный город уже просыпался. Хлопали ставни магазинов, ехали куда-то первые экипажи, и разносчики газет бегали по улицам. Я с любопытством смотрела по сторонам: город выглядел милым и спокойным, но очень уж грязным. Похоже, тут выливали помои прямо на улицу.
  
Мои размышления прервались, когда лошадка Бекингема остановилась возле ворот мрачного особняка из темного блестящего камня. Человек-баран помог мне спуститься, и я осторожно заглянула во двор. Обитатели дома не спали. На открытой веранде широко зевающая женщина в переднике ставила на стол чашки и кофейник, из дома доносились голоса, и дворник с угрюмой деловитостью сметал со ступеней сор.
— Слава богу! — воскликнул Бекингем. — Мы опередили Вельдмара, миледи!
Я невольно вздохнула с облегчением. Бекингем взял молоток на цепочке и постучал по специальной доске. Из ближайшего окна тотчас же высунулся важный тип в кудрявом парике, и человек-баран с достоинством произнес:
— Мы к господину судье за справедливостью.
Повинуясь кивку человека в парике, дворник открыл ворота, и мы вошли во двор. Бекингем привязал лошадку к коновязи и произнес:
— Судья сейчас выйдет.
Спустя четверть часа двери особняка открылись, и во двор вышел самый настоящий гном. От удивления я даже рот раскрыла. Ну и ну! Длинные волосы и борода судьи Аврелия были заплетены в причудливые косицы, перевитые серебряными цепочками, черный камзол покрывала обильная золотая вышивка, а туфли украшали пряжки с драгоценными камнями. Бекингем низко поклонился и сказал:
— Просим о справедливости, добрый судья.
Я тоже склонилась чуть ли не до земли.
— Здравствуйте, Бекингем, — произнес гном. Голос у него был не по росту: сильный, густой, невольно вызывающий уважение. — Что за беда с вами стряслась?
— Возможно, я убил человека, — признался Бекингем, и между его бровей залегла глубокая складка. — Это Вельдмар, доверенное лицо принца.
Судья улыбнулся.
— Убили? Давно пора, — неожиданно сказал он. — Как это случилось?
Я с трудом сдержала торжествующую улыбку. Значит, тут знают цену этой сволочи!
— Вельдмар пытался надругаться над наследницей бури, — объяснил Бекингем и подтолкнул меня к судье. Я поклонилась снова: хуже не будет. — Он истязал девушку, вот, посмотрите.
Бекингем повернул меня к судье спиной и, оттянув и без того растянутую горловину майки, обнажил плечо и лопатку и показал след от удара кнутом. Судья понимающе кивнул.
— А я ударил его пивной кружкой по голове и оставил лежать, — продолжал человек-баран. — Возможно, он уже мертв, и мы пришли просить вас о справедливости.
— Самозащита, — Аврелий покачал головой. — Почему вы так одеты, наследница?
Я покосилась на свои джинсы и кроссовки и ответила:
— Я вчера сбежала от этого подонка, добрый судья. И украла одежду на одном из хуторов.
Во взгляде судьи мелькнули странные искры, будто он смеялся про себя.
— Бекингем, идите на кухню, позавтракайте, — сказал Аврелий. — Ваше дело мне ясно, я дам заключение о вашей невиновности. А вы, наследница, идите со мной. Побеседуем.
Бекингем ободряюще улыбнулся и помахал мне рукой, но, несмотря на его поддержку, в особняк судьи я вошла на негнущихся от страха ногах. Судья привел меня в кабинет, сплошь заставленный книжными шкафами и заваленный бумажными свитками и огрызками перьев и, сделав знак садиться, произнес:
— Как вас зовут?
— Полина, — выдохнула я. В груди шевельнулось неприятное предчувствие.
— Рассказывайте, что случилось, Полина.
Я послушно опустилась в тихонько скрипнувшее кожаное кресло и ответила:
— На привале я перепутала шатры и попала к Вельдмару. А он решил, что имеет на меня все права, и… — я замялась и умолкла. Неприятные воспоминания обожгли меня снова, взяли за горло.
— Я не об этом, — сказал судья и, сев за стол, пристально посмотрел на меня. — Как вы сюда попали?
— Не помню, ударилась головой. Бекингем сказал, что меня купили для принца.
Судья только глаза завел.
— Я не об этом, — терпеливо повторил он. — Вы ведь из другого мира, правильно?
Я ахнула и тотчас же зажала рот ладонями. То есть, если тут знают о других мирах, то, возможно, умеют по ним путешествовать? И я смогу вернуться домой, забыть все это, как страшный сон?
— Да, — еле слышно прошептала я. На глаза невольно навернулись слезы. — Настоящая наследница бури попала в мой мир, а я — сюда. Откуда вы знаете?
Судья кивнул и, вынув из папки чистый лист бумаги, принялся писать.
— Вы не такая, как все. Смотрите по-другому, двигаетесь иначе… Вынужден вас огорчить, — с искренней грустью сказал он. — Вы не сможете вернуться домой. Никто еще не вернулся.
Я с ужасом подумала: сколько же было таких, как я? Несчастных попаданцев в другую вселенную? В былые времена я погонными метрами читала фантастику, и вот теперь будто бы сама угодила в книгу, только это было не весело, а страшно.
— Это письмо вы должны будете передать Альмиру, личному магу его высочества, — продолжал судья. — Я искренне вам сочувствую, Полина. Альмир мой однополчанин и давний друг, и он ваша единственная поддержка в наших краях.
Я уткнулась лицом в ладони, чтоб не показывать слез и скрыть побагровевшие щеки. Поскрипывало перо, откуда-то снаружи доносились голоса и звон посуды…
Моя жизнь кончилась. Это был не сон.
— Он вам поможет, — произнес судья. Я слышала его голос будто из-под толстого слоя воды. — Берите письмо и спускайтесь к доброму Бекингему, а я пока напишу заключение для принца. Полина, вы меня слушаете?
Судья встал из-за стола и, подойдя, ласково погладил меня по запястью.
— Будет, будет, — сказал он доброжелательно. — Не стоит плакать о том, чего нельзя изменить. Вы смелая девушка, Полина, и вы справитесь.
Я опустила руки и, всхлипывая, посмотрела на него.
— Откуда вы знаете, что я смелая?
Судья улыбнулся и протянул мне запечатанный конверт.
— Будь иначе, Вельдмар добился бы желаемого, — промолвил Аврелий и добавил: — Надеюсь, Бекингем его все-таки убил, этот негодяй — головная боль для всего округа. Не плачьте, Полина. Я напишу заключение и распоряжусь о том, чтобы вам подобрали платье.
Бекингем обнаружился прямо за дверями кабинета, и вид у него был, мягко говоря, ошарашенный. Он подал мне руку, я машинально оперлась на нее, и мы пошли к лестнице.
— Вы подслушивали, — вздохнула я. Бекингем кивнул.
— Подслушивал. Полина, вы… — он замялся, подбирая слова. — Вы же чудо!
— Если только в перьях, — вздохнула я. Бекингем только рукой махнул.
— Это действительно чудо! Я читал о гостях из других миров, но никто из тех, кого я знаю, никогда не видел их вот так, перед собой. Об этом надо обязательно рассказать принцу!
— Нет! — воскликнула я и, развернувшись к человеку-барану, схватила его за плечи и твердо сказала: — Бекингем, вы должны молчать!
В его взгляде появилось искреннее недоумение.
— Молчать? — удивился Бекингем. — Но почему?
— Вы же сами сказали, что я чудо, — устало произнесла я. — А что делают с чудесами? Меня посадят в клетку на забаву друзьям принца. Или сожгут, как ведьму — просто так, на всякий случай.
Бекингем нахмурился. Мы спустились по лестнице, вышли во двор и направились к веранде, где уже был накрыт легкий завтрак: ломти белого пышного хлеба, оранжевый джем в вазочках, яйца и тонко нарезанные сыр и ветчина. Увидев все это, я поняла, насколько проголодалась, и как меня вымотала минувшая ночь.
  
— Хорошо, — сказал Бекингем, когда мы сели за стол, и я взялась за хлеб и ветчину. — Даю вам честное слово, что буду молчать. И мой хозяин тоже будет хранить вашу тайну.