"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

— Это...довольно близко по профилю, Александр Дмитриевич, — задумчиво произнёс серый, — Закрытое учебное заведение, скажем так, для очень своеобразных и одаренных учеников. В него нельзя поступить любому, кому вздумается. Мы сами отбираем учеников, которые способны в ней обучаться… по очень веским причинам.
Я не смог сдержать своих эмоций и лишь недоверчиво фыркнул. Фёдор Иванович не был похож на глупого человека. Себя я тоже таким не считал. Но у меня складывалось стойкое ощущение, что ему очень нужно меня убедить. Чтобы я сам согласился.
  
— Закрытое учебное заведение на уровне академии высокой магии, о котором никто ничего не знает, — произнёс я, — Вы меня извините, Фёдор Иванович, но это даже звучит смешно. Как же называется ваша организация? Чем вы занимаетесь? Какой профиль у вашего...учебного заведения?
— К. Ли. Р. — выдал непонятный набор букв Штерн и, после небольшой паузы, дал расшифровку, — Комитет ликвидации разрушений. Либо же, как любят называть себя наши сотрудники — Ликвидаторы… Мы работаем над устранением последствий, после взаимодействия гостей из другого мира с нашим. А последствия тут могут быть самые разнообразные.
— Очень размыто, господин Штерн, — нахмурился я. Ликвидаторы... Кажется, отец пару раз упоминал о чем-то таком.
— Мы работаем над всем, от возмещения ущерба, до закрытия пробоин. Именно поэтому без нашей организации… — Наказующий слегка помедлил, подбирая нужные слова, — Именно поэтому, Империи никак не обойтись без нас. Ведь только мы способны закрывать прорывы…связанные с гостями из других миров. И многое другое.
Происходящее напоминало мне какое-то дешёвое представление. Опытный мужик пытался убедить меня в грандиозной важности никому неизвестной организации и всячески старался вызвать моё доверие. Если бы я мог, то, скорее всего, уже бы просто встал и ушел. Но я не мог.
— Я вижу и прекрасно понимаю ваше отношение к моим словам — добродушно улыбнулся Штерн, — В это трудно поверить, но вы сами уже успели столкнуться с одним из таких гостей. Чужаки уже давным-давно стали частью нашего мира. Благородные рода берут их под своё крыло, обеспечивая всем необходимым, а Империя рассчитывает на их силу в случае какой-либо опасности.
— Какое замечательное единодушие, — вспомнив опыт общения с Воронцовым, процедил я, — Мир, радость и счастье!
— Не всё так однозначно, господин Волков, — покачал головой Штерн, — К сожалению, от последствий этой силы никуда не деться. И кто-то должен заниматься устранением нанесенного ущерба, а также закрытием прорывов мироздания… Если бы не мы, то всему миру бы уже пришел конец. Всё погрязло бы в разрухе и войне, если бы конечно, что-нибудь осталось… Поэтому, очень сложно переоценить нашу работу, зато многие, такие как Вы, недооценивают её.
— Ага. Понятно. То есть вы просто прибираетесь за этими высокомерными выскочками, — пытаясь вывести собеседника из равновесия, произнёс я, —Можно сказать, прислуживаете им…
— Не стоит заблуждаться, юноша! — резко ответил Фёдор Иванович. В этот момент в нем впервые проглянуло что-то настоящее, — Мы подчиняемся напрямую самому Императору и ни одно самое знатное и могущественное семейство не имеет над нами власти. Только Император! А мы уже в свою очередь решаем, что делать со всем остальным. Даже сами гости знают лишь малую часть о нашей истинной деятельности…
Я ненадолго задумался. В словах серого слышалась неприкрытая гордость и уверенность. Это заставляло взглянуть на весь наш разговор немного иначе. В итоге, я решил задать ещё один вопрос:
— А что вы имели в виду, когда говорили о каких-то прорывах мироздания, Федор Иванович?
— После смерти чужаков, происходит мощный взрыв, который способен порвать саму ткань реальности, — охотно, словно вступив на знакомую территорию, пояснил Штерн, — В этот момент, в наш мир способны пробраться самые различные существа. Именно мы и устраняем подобные последствия.
Ответ мне показался дежурным и очень расплывчатым. Как, впрочем, и все предыдущие.
— Звучит, как сказка, — улыбнулся я.
— Именно благодаря нашей работе, люди считают это сказками… — достаточно серьезно, ответил серый.
— Допустим, всё так, — осторожно направляя беседу в более важное для меня русло, произнёс я, — Чужаки, прорывы, тайные университеты... Очень здорово и интересно, господин Штерн. Одного понять не могу. Я вам зачем нужен?
— Наша главная особенность заключается в том, что далеко не каждый способен работать в нашей организации, — терпеливо пояснил мой собеседник, —Лишь люди с определенными задатками магии, могут сражаться с теми, кто появляется из прорывов… Естественно, если мы обнаруживаем кого-то подходящего, то не отправляем его сразу же на поле боя. Сначала он проходит полноценное обучение и подготовку.
— Хм... Звучит очень заманчиво — стараясь сохранять спокойствие, ответил я — Но вы обратились не по адресу, Федор Иванович. Как сегодня выяснилось, нужных вам задатков, к моему огромному сожалению, у меня нет…
— Ошибаетесь, Александр Дмитриевич, — переворачивая очередную страницу моего досье и разворачивая папку ко мне, произнёс мой собеседник, — Причём очень сильно. Узнаете?
  
Глава 5
 
Внутри я увидел цветную фотографию. Такие делали только при помощи специальных артефактов. Но удивляло не это.
На снимке я увидел себя во время инициации. На груди всё ещё был виден выжженный пепельный след от металлического листа. Ранг «Д», а рядом с ним, красовалась цифра «1».
Я начал лихорадочно соображать. Выбранный ракурс на фото ясно давал понять, что снимок сделал человек проводивший инициацию. И тут же стёр, как бы случайно задев рукой и уничтожив все улики.
Григорий Николаевич сработал максимально профессионально. И даже высокородные гости не решились с ним спорить. То есть он с этими людьми в серых одеждах был заодно? Или вообще был одним из них?
Перед своим поступлением в магическую академию я немного подготовился и кое-что узнал. Например, ранг «Д» означал самый низкий уровень удержания силы, что нисколько меня не утешало. Фактически, маг с подобным рангом мог только использовать артефакты и контролировать передачу силы из одного накопителя в другой.
А вот что означала цифра, я понятия не имел. Не видел упоминания о чем-либо подобном ни в одном источнике. Да и по слухам не припомню, чтобы кто-нибудь упоминал о подобных рангах.
— Что означает эта цифра на моей груди? — указал я на снимок.
— Очень хороший вопрос, Александр Дмитриевич, — улыбнулся Штерн, — Я бы сказал — правильный. Как я уже упоминал, наша организация подчиняется исключительно Императору. Мы устраняем последствия деятельности чужаков и не имеем морального права принять их в ряды КЛиРа. Однако, от этого очень сложно уберечься. Вселение иномирцев происходит в любом возрасте и в любое время. Заранее предугадать данное явление невозможно. Но наши учёные нашли выход.
— Добавили в проверку эту цифру? — предположил я.
— И снова, верно! — улыбнулся серый, —Среди жителей нашего мира иногда встречаются одарённые с удивительной устойчивостью к вселению чужаков. В ряды нашей организации мы принимаем только магов, с уровнем иммунитета выше пятидесяти процентов. Офицерский состав определяется от семидесяти процентов и выше. Но ваш случай, господин Волков, уникальный. Именно поэтому я и прибыл лично.
— И сколько у меня? — сглотнув комок в горле, спросил я.
— Почти сто процентов, по крайней мере, более точно определить крайне сложно, —веско ответил Штерн, — Такого мы ещё не встречали. Я готов зачислить вас на первый курс нашего университета. Занятия начнутся завтра с утра. Если Вас всё устраивает, разумеется.
  
— А если нет? — поинтересовался я, хотя понимал, что это действительно лучшее из того, чтобы я смог бы получить в данной ситуации.
Настрой на учёбу никуда не делся. И хотя профиль был совсем другой, но кто знает…Возможно, так даже лучше. По крайней мере мне не придется учиться с этими наглыми хлыщами и терпеть их скверный характер.