"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)
И Лиза поняла, что победила.
Улыбнувшись, она кивнула собравшимся и неторопливой модельной походкой двинулась к выходу, изо всех сил стараясь не расплакаться от стыда и от чужих взглядов.
Получилось. Расплакалась она потом.
Вопреки опасениям Анны, первый учебный день прошел вполне спокойно. Самые обычные уроки, почти как в школе. Ангелина, с подачи Лаверна уверенно примерившая на себя корону первой красавицы факультета, презрительно фыркала, косясь в сторону Анны и Лизы, но девушки дружно старались не обращать на это внимания. Они не собирались ни ссориться с ней, ни уж тем более, конкурировать. Но было ясно: Ангелина всегда готова к открытому противостоянию с новыми заклятыми подругами.
На Лизу было жалко смотреть. Она взахлеб ревела весь вечер, Анна сидела рядом, пытаясь успокоить соседку и понимая, что все ее слова лишены смысла. Что бы она чувствовала, если бы ее вот так раздели перед всем курсом? Умерла бы от стыда — по крайней мере, не смогла бы никому смотреть в глаза.
Лаверн, конечно, сволочь, Анна привыкла к тому, что он постоянно творит какие-то пакости — такова, в конце концов, природа фейери — но в этот раз он действительно перегнул палку.
Лиза, надо сказать, держалась очень хорошо, с каким-то равнодушным достоинством. Разумеется, на нее все таращились, но она держала спину прямо и не обращала внимания на чужие взгляды. Анна обнаружила, что многие студенты смотрят со смущением и стыдом — должно быть, им было неудобно от того, что вчера они настолько рьяно поддержали Лаверна.
Неловкость была естественной: приятного мало, когда в твоей голове копаются. И используют тебя в своих целях так, что ты этого не замечаешь.
После четвертой пары из деканата прислали дополнение к расписанию: индивидуальные занятия с новым ректором, и Анна с неудовольствием обнаружила, что стоит первой в списке. Лиза, которая была на втором месте, резким движением выключила планшет и сказала:
— Никуда я не пойду.
Сергей, сидевший рядом, задумчиво посмотрел на нее и сказал:
— Нет смысла, Лиз. Ты не пойдешь сама — он возьмет и притащит тебя. Сомнительное удовольствие, сама понимаешь. Я бы все-таки не связывался.
— Я попробую его переубедить, — вдруг сказала Анна. Лиза удивленно посмотрела на нее, и та добавила: — Попрошу его оставить тебя в покое. Вдруг послушает?
Лиза посмотрела так, что стало ясно: не послушает. Потому что знает какую-то тайну Анниной соседки, и эта тайна очень нужна Лаверну. Можно даже не стараться.
Кабинет для индивидуальных занятий располагался в одной из башен, на самом верху. Шагая по коридору в направлении, которое подсказывал маячок планшета, Анна не могла избавиться от ощущения, что снимается в кино. Это ведь средние века какие-то! Высокие колонны, которые взмывают под потолок и превращаются в изящные раскрытые зонтики из камня или причудливые кроны деревьев; гобелены на стенах, изображающие мифических животных, винтовая лестница… Анне было и радостно и жутко — новый вид академии ей нравился, но она никак не могла к нему привыкнуть.
Впрочем, кабинет, выбранный Лаверном для занятия, выглядел вполне современно. Единственной вещью в стиле фейери была пышная виноградная лоза, которая вилась по стене, выбегая из пластикового стаканчика из-под кофе, небрежно брошенного в угол. Сапфировые гроздья готовы были брызнуть прохладным соком.
Дверь захлопнулась неожиданно громко. Анна вздрогнула.
— Привет, несносная девчонка, — без улыбки промолвил Лаверн. Он сидел за столом, легко скользил пальцами по экрану планшета, смотрел на таблицы, которые разбегались пестрым веером. — Как учеба?
— Вроде бы неплохо, — Анна пожала плечами и осмотрелась: сесть было некуда. — Мне нравится.
— Разумно, — кивнул Лаверн. — Ты очень талантлива. Я до этого молчал, не хотел, чтоб ты зазналась. Но в тебе не просто искра — в тебе уже пламя.
Анна вдруг обнаружила, что не знает, куда девать руки. Она поняла, что Лаверн не врет, и ей вдруг стало очень неловко, словно она в чем-то провинилась, но не знала, в чем именно. Что сказал бы отец, если бы узнал о том, что у единственной дочери, оказывается, есть магические способности?
Отец и не узнает. Наверняка Лаверн уже отправил всем родителям всех студентов вполне правдоподобные письма от их чад. И написано там только то, что он сочтет нужным раскрыть.
— Что я должна буду делать на этих занятиях? — негромко спросила Анна.
Лаверн выключил планшет и поднялся со стула — тот вздрогнул и медленно пополз к стене. Анна едва не ахнула, увидев, что это была большая золотая черепаха с причудливым узором из виноградных листьев на панцире.
— Учиться, — просто ответил Лаверн. — Держать глаза зрячими, а разум — открытым. Ты будешь здесь, везде и всегда, девчонка. Я научу.
Угрюмо простояв возле кабинета для индивидуальных занятий, Лиза вздохнула и села прямо на пол. Ну а что, здесь чисто. Из кабинета не доносилось ни звука — если бы не красный огонек, порхающий над дверью, то можно было подумать, что Колючка и Лаверн давным-давно куда-то ушли.
И чего они там так долго возятся?
Настроение было ни к черту. Лиза прекрасно понимала, что ничего хорошего ждать не приходится. Лаверн с необыкновенной легкостью опозорил ее перед всеми однокурсниками — просто так, почти без причины. Теперь еще и на индивидуальные к нему ходи… Что он выдумает, какую новую пакость?
Красный огонек стал медленно терять насыщенность и вскоре стал изумрудно-зеленым. Лизе показалось, что она чувствует запах свежескошенной травы, росы и луговых цветов. Дверь открылась, выпустив в коридор Анну — Колючка выглядела растерянной, словно только что очнулась от сна и никак не могла сообразить, где же находится.
— Ну как? Что там было? — Лиза поднялась с пола и снова удивилась тому, насколько опустошенной выглядит Колючка. Та оторопело посмотрела на соседку и едва слышно промолвила, слепо дотронувшись до виска:
— Что было… я не помню…
Анна встряхнула головой, похлопала себя по щекам, и Лиза подумала, что такие индивидуальные занятия не нравятся ей все больше и больше.
— Ну что? — чуть ли не испуганно спросила она. — Оклемалась? Может, тебя проводить?
— Нет-нет, — слабо улыбнулась Анна, и Лиза с облегчением заметила, что Колючка выглядит более осмысленно. — Я уже в порядке.
— Эх, хочется верить, — вздохнула Лиза, и из кабинета тотчас же донесся голос Лаверна:
— Ломинцевская, вас долго ждать?
Лиза презрительно фыркнула и пошла в кабинет.
Вопреки ее ожиданиям, обстановка была вполне цивилизованной — если, конечно, не учитывать пару золотых черепах, которые довольно шустро ползали по полу. Когда за Лизой закрылась дверь, черепахи замерли, превратившись в изящные пуфики с золотой обивкой. Лаверн опустился на один из них и указал на второй:
— Присаживайся, не стесняйся.
Лиза осторожно села на пуфик, прикидывая, как бы не свалиться, если он вдруг захочет сбежать у нее из-под задницы. Лаверн мягко улыбнулся — надо же, сама скромность и невинность! — и произнес:
— Для начала прошу простить меня за вчерашнее происшествие. Я вел себя так, как не подобает джентльмену. Надеюсь, ты достаточно добра, чтоб проявить снисхождение.
Лиза нахмурилась. Меньше всего она ожидала таких вот чопорных извинений и уж никак не могла поверить в то, что Лаверн искренен. Наверняка врет и не краснеет, зараза такая, и ни капельки ему не стыдно.
— Это было ужасно, — откровенно призналась Лиза. — Все на меня таращились. Как я теперь учиться буду?
Лаверн только рукой махнул.
— Хочешь, они всё забудут? Мне это ничего не стоит.
— Хочу! — выпалила Лиза прежде, чем подумала, что надо бы спросить об условиях такой щедрости. Лаверн поднялся с пуфика-черепахи и довольно произнес:
— Ну вот. Все забыто. Будем считать, что это была моя маленькая персональная радость.
Лиза выдавила из себя презрительную ухмылку.