"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

— Хреновое кафе ты выбрал, вот что я думаю, — отозвался Данилыч.
— Не понял?
— Да чего-то крутит меня в последние пять минут. Ты сам как?
Прислушался к себе и выдал:
— Да вроде в норме все со мной.
— А со мной точно нет. Вот и поворот нормальный, с леском, — почти с наслаждением выдал друг.
Машина остановилась, он просунул руку в бардачок, вытащил оттуда салфетки и стрелой умчался в лес. Мы тут надолго похоже… Выбрался из машины, походил вокруг нее, облокотился на капот и просто стал наслаждаться свежим лесным воздухом, пытаясь отогнать тяжелые мысли. Практически впал в состояние медитации и не сразу осознал, что реальность я стал ощущать как-то не так. Мысли текли вяло и совершенно бессистемно, с грацией ленивца перепрыгивая с одной на другую. Зрение расфокусировалось, и цвета мира поблекли. Но меня это не напрягло, наоборот, здесь и сейчас было тихо и спокойно. А главное не тревожно, совсем. Тело превратилось в студень и растеклось по капоту, и стало так удобно, как не было никогда в этой жизни. А еще я был не один. Не знаю, как это объяснить, но в голове у меня появился еще кто-то. Сильный, могучий и совершенно безэмоциональный. Как мешок с цементом. И этот кто-то со мной разговаривал. Не голосом, а образами и еще как-то, но я понимал. Меня спросили, хочу ли я на самом деле увидеть, что произойдет, я естественно ответил согласием. Мир окончательно померк, а я увидел картинку. Нет не так, я сам перенесся на место действия и присутствовал при всем, что видел.
  
Попал я в большую комнату, или даже зал. Вокруг стояло множеством пультов, в которых, в свою очередь, располагалось множество табло, тумблеров и кнопок. За каждым пультом сидел человек в военной форме нашей страны и тревожно вслушивался в речь командира данного подразделения. А тот вел телефонный разговор по архаичной трубке проводного телефона.
— Есть, товарищ генерал! — бодро бросил он в трубку и, положив ее, грязно выругался, яростно потер лицо и зло бросил подчинённым скороговоркой приказ: — Внимание расчёт! Получен приказ, действуем по плану Е-74!
— Подтверждаю получение приказа! — быстро отозвался оператор, сидящий за соседним пультом, яростно щелкая тумблерами.
— Приказ подтвержден! — громко отозвался еще один короткостриженый оператор находящийся слева от главного стола.
В зале, где раньше мерно гудели машины и пульты, наступила гнетущая атмосфера, и каждый новый писк и протяжный гудок от пультов, только добавлял тревоги и напряжения.
— Все ПУ готовы, задержек к пуску не имеют! — еще один голос разорвал повисшую тишину.
Расчет знал, как действовать и действовал согласно протоколу и регламенту. Но каждый из них, надеялся, что это очередная проверка и тревога учебная. И один из них не выдержал: — Михалыч, учебная?
Оператор хотел схохмить, придать голосу весёлости, но отчего-то в конце его голос дал петуха. Командир зло посмотрел в сторону оператора, и хотел послать его в грубой форме, но это был его коллектив и его подчиненные, с которыми возможно придется дальше жить. Поэтому он тяжело, но резко мотнул головой из стороны в сторону и глухо произнёс: — Да хрен там учебная! Всё по-настоящему!
— Аппаратура связи в режим «прием» переведена, — автоматически, по вбитым в голову многолетними инструктажами тихо сообщил еще один оператор.
— Готовность повышенная! — новый приказ от командира расчета, и нестройный хор голосов в ответ: «Есть, готовность повышенная!» Руки сами в автономном режиме производили текущие манипуляции, а мозги каждого в этой комнате были заняты «перевариванием» одного лишь факта. «Как такое могло произойти?! Какая ко всем демонам ада, НЕ учебная тревога?!»
Тем временем командир поднял не особо выделяющуюся на пульте панель и вставил в нее ключ, который сразу же провернул. Еще пара манипуляций и команд проследовали в ближайшую минуту.
— Командный пункт в режим полной автономии переведен!
Всё, обратной дороге нет. Осталась всего одна команда, которую через две секунды и отдал командир.
— Внимание, пуск!
После этой команды меня перенесло куда-то в воздух на стометровую высоту, как я сумел прикинуть, ориентируясь по верхушкам деревьев. И с этой высоты, я ясно видел большие проплешины в лесу, из которых в этот самый миг вылетали межконтинентальные баллистические ракеты. Рёв, грохот и многотонные жнецы смерти устремляются в небо, направляясь к своей цели на другом континенте.
Снова перенос и на этот раз я оказался над гладью чистой воды. Но такой она оставалась буквально секунды, а потом она вспенилась и из нее в небо вырвались ракеты, выпущенные подводными лодками.
Еще один перенос и я уже где-то на орбите Земли. Яркие вспышки от попаданий ракет практически по всей планете. Никто из ядерных держав не поскупился и отправил практически весь свой арсенал в воздух. Земле пришел конец…
С протяжным хрипом я вдохнул воздух, открыл глаза и сполз с капота. Не удержавшись, упал на колени и успел выставить руки перед собой. И в такой вот позе все никак не мог надышаться воздухом, отчаянно хрипя. Что это, мать его, сейчас было?! Сон? Я просто уснул? Поискал в себе то существо, что показало мне ядерный постап и не нашел. Я всё-таки просто уснул?
Поднялся на ноги и огляделся по сторонам. Все оставалось таким же, как и раньше, ничего не поменялось. Отчего же так сердце бешено колотится? От показанного неведомым существом еще не отошел? Шумно выдохнул и решил прогуляться немного, размяться и отогнать нежданное виденье. Сделал всего один шаг и в этот момент меня окликнули со спины. Чуть спружинив ногами резко развернулся и уставился на стоявшего возле машины странного человека. Посмотреть было на что.
Белоснежный костюм-тройка, абсолютно белый галстук и такие же белоснежные туфли. Трость, правда, подкачала, она была черной, с набалдашником в форме скалившегося волка. Но не этот не вписывающийся в окружающую действительность наряд меня насторожил и обеспокоил, мало ли какие фрики на свете водятся, а его глаза. Первое, куда я смотрю, когда встречаюсь с незнакомцами, это их глаза. Они многое могут рассказать. Но тут… лучше бы я в них не смотрел. Весь объем глаз заполняла какая-то серая хмарь, вспыхивающая иногда всеми цветами радуги.
— Как вам кино, Роман Геннадьевич? — поинтересовался незнакомец. — Не правда ли забавное зрелище, когда планета за считанные секунды разносится на кусочки? — незнакомец расхохотался странным каркающим смехом. Затем резко прервался, будто отрезало.
— То, что я видел — это произойдет через трое суток? — внезапно пересохшим горлом выдал я.
— Ну, нет, конечно же, Роман Геннадьевич. Это просто демонстрация одной из вариаций того, что можно ожидать. Не более. Как оно будет на самом деле… Кто знает? — и снова каркающий смех.
— Вы знаете?
— Конечно, — белозубо улыбнулся франт.
— Поделитесь знаниями?
— Всё имеет свою цену, Роман Геннадьевич. Или мне лучше обращаться к вам, Зима?
— Как угодно. Так что по цене?
— О! Торги! — заулыбался франт и с силой потер руки друг о дружку. — Это я люблю! Приступим, мой юный друг.
Мой собеседник взмахнул рукой и опустился на появившееся из ниоткуда кожаное кресло. Махнул мне рукой, указывая, чтобы я тоже присел. Обернувшись, увидел, что и позади меня стоит точно такое же, черное кожаное кресло. Осторожно присел, скрипнув кожей, после чего последовал новый кивок в сторону появившегося столика с алкогольными напитками. Обычной минералки на столике я не увидел.
— Угощайся, Зима.
— Нет, спасибо, мне сейчас как никогда нужна ясная голова.
  
— Это правильно, одобряю. Ну а я, с твоего позволения, выпью бурбона, моя слабость, знаешь ли.
— Итак, — дождавшись пока франт отопьет из своего стакана, начал я, — кто вы?
— Я? Зови меня Алексис, — отозвался неведомый гость.
— Моё имя вы знаете. Кто вы, Алексис?
— Тот, кому последующие события скрасят скуку, — пожал плечами франт. Очень странно пожал, так люди не делают. Движения больше похожие на плохую механику роботов, немного дерганные, без плавности.