"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

Эвглин кивнула. Вот, значит, в чем была проблема — а она заподозрила происки неизвестного злоумышленника.
— А второе — высокая влажность воздуха, — продолжал Харвис. — Так что остаемся в столице, я настрою несколько артефактов, и мы будем ждать, когда врата откроются.
Он сделал небольшую паузу и добавил:
— Хотя я надеюсь, что вы останетесь, Эвглин. Я очень на это надеюсь.
  
* * *
День свадьбы остался в памяти каким-то размытым пятном.
Эвглин боялась, что Харвис решит лечь с ней в постель, не дожидаясь первой брачной ночи — очень уж решительным был его поцелуй на мостике у пруда. Но этого не случилось. Они вернулись в дом, поужинали запеченной уткой, приготовленной Мамой Мгбеи, и Харвис отвел Эвглин в гостевую комнату на втором этаже.
— Доброй ночи, — произнес он и знакомым жестом погладил Эвглин по щеке. Ему не хотелось расставаться, но он не собирался быть излишне напористым. Это могло все испортить. — Завтра у нас большой и сложный день. Попробуйте заснуть.
— Постараюсь, — ответила Эвглин, хотя искренне сомневалась в том, что у нее это получится. — Доброй ночи, Харвис, и спасибо вам.
Харвис улыбнулся и пошел в свою спальню. Золотистый огонек светильника, весело паривший над ним, на мгновение угас и снова вспыхнул, словно хотел сказать: не дрейфь, все будет хорошо! Где наша не пропадала!
Закрыв дверь, Эвглин села на кровать и несколько долгих минут рассматривала свое свадебное платье, вывешенное на ширму. Завтра она нырнет в это облако белого шелка, расшитое по подолу золотыми цветами и украшенное бриллиантовыми звездами на лифе — нырнет и станет женой Харвиса. И обратного пути уже не будет.
Когда Эвглин попала сюда, то решила: чего бы ей это ни стоило, она будет действовать исключительно по велению разума. Это единственный способ уцелеть в новом незнакомом мире. Если здравый смысл подсказывает, что надо выходить замуж за колдуна — она выйдет. Прежде всего ей нужно вернуться домой. Но сейчас здравый смысл отступил под натиском страха, и Эвглин подумала, что совершает очень серьезную ошибку. Невероятную ошибку.
Харвис никуда ее не вернет. Эвглин представляет для него научный интерес, она — живое подтверждение его теории множества обитаемых миров, но она еще и женщина, которую Харвис полюбил. Сегодня он был искренен и открыт, когда надевал на палец кольцо — и настолько же искренне опечален, когда заговорил о возможности открыть дверь между мирами.
Харвис не собирался отпускать Эвглин. Она попала в западню. Принц Альден тут тоже не помощник: Харвис прямо сказал, что сделает свой брак фактическим, а Эвглин прекрасно понимала, что его высочество очень пожалеет, если действительно полезет наставлять рога господину ванн Рейну.
Спасти ее было некому.
На улице снова пошел дождь. Как сказала за ужином Мама Мгбеи, дождь перед свадьбой — отличная примета, благословение тысячехвостого Джембе. Значит, семья будет богатая, с детьми и уважением. Харвис покосился в сторону Эвглин, словно прикидывал, сколько детей она ему родит, но, по счастью, ничего не сказал.
Дети! Колдун не собирался оставлять свой брак фиктивным, значит, Эвглин рано или поздно забеременеет и родит ребенка. Она ничего не имела против детей, но сейчас сама мысль об этом внушала ей ужас. Дождь шел все сильнее, Эвглин плакала во тьме и сама не заметила, как уснула.
По счастью ей ничего не снилось.
Утром полило так, что из окна не видно было соседних домов. Эвглин наивно понадеялась, что свадьбу, возможно, отменят — тут из дверей не выйдешь! — но заглянула одна из служанок и весело сообщила:
— Миледи, к вам куафер. Для церемонии уже все готово.
Эвглин вздохнула и прикрыла глаза. Ничего не поделаешь — остается только расслабиться и стать красивой.
Платье с едва слышным шелестом скользнуло на нее с вешалки и окутало, словно вторая кожа. Легкое, чуть прохладное, оно нисколько не стесняло движений: Эвглин посмотрела в зеркало и не узнала себя. В отражении она увидела хрупкую большеглазую девушку, больше похожую на фею или эльфа, чем на человека из плоти и крови. Куафер, долговязый и чернокожий, старательно собрал ее волосы в тугие косы, уложил вокруг головы и быстрыми отточенными движениями окутал жемчужными нитями так, что стало казаться, будто над головой Эвглин парит корона. Поправив последнюю шпильку, куафер с удовольствием осмотрел свою работу и сказал:
— Идеально! Лучше и быть не может!
Эвглин не могла с ним не согласиться. То, что она была красивой, невольно утешало. Студентка, которая едва сводила концы с концами и мыла полы в учебном корпусе, никогда не стала бы настолько очаровательной. Потом, когда на нее ляжет тень Харвиса, Эвглин станут считать опасной и будут относиться с вежливой настороженностью. Так что пока можно наслаждаться тем, что она просто красива.
Это уже хорошо.
На первом этаже Эвглин ждали гости. Спустившись по лестнице, Эвглин увидела принца Альдена в компании с верным Матиашем и изумленно воскликнула:
— Ваше высочество! Как неожиданно!
Принц, тщательно причесанный и наряженный в светло-серый фрак с цветком космеи в петлице, держался настолько осанисто и важно, словно это была его свадьба, а не Харвиса. Что ж, во многом так и было: в памяти всплыло предложение его высочества, и Эвглин с неудовольствием подумала, что так и не решила, как будет от него отбояриваться. Пусть они с Харвисом будут жить в столице, а принца ссылают в Везерли — Эвглин была уверена, что он не отступится.
— Вам ведь нужны преданные друзья, которые поведут вас к алтарю. Вот и мы, — улыбнулся Альден, и его лицо приобрело умильное и немного глупое выражение. — Эвглин, вы божественно прекрасны!
— Слов нет, — подтвердил полковник с уверенностью настоящего боевого офицера. Эвглин улыбнулась, вдруг обнаружив, что рада видеть их обоих. Принц и полковник напоминали ей про те недолгие и добрые времена, когда она еще не была привязана к колдуну. О том, что принц видит ее своей любовницей, Эвглин старалась не думать. Еще успеется.
— Я очень рада, что вы пришли, — искренне сказала Эвглин. — Куда мы поедем?
— Во дворцовую церковь, — ответил принц и тотчас же с сожалением добавил: — Будет конвой, дорогая Эвглин. Но поверьте, это из-за нас с Матиашем. Вы тут не при чем, его величество полностью доверяет Харвису. Он уверен, что вы никому не желаете зла.
— Ничего страшного! — поспешила его заверить Эвглин. — Это совершенные пустяки, ваше высочество.
Один из слуг открыл двери, и за пеленой дождя Эвглин увидела уже знакомый экипаж без окон. От крыльца до экипажа выстроился угрюмый строй промокших под ливнем солдат, и офицер, чью физиономию Эвглин уже видела, подбросил в воздух светящийся шарик. Над домом и садом тотчас же раскрылся прозрачный купол, не позволявший каплям попасть вниз, на людей, а принц решительно подхватил Эвглин на руки и понес к экипажу.
— Тут все сырое, — объяснил он, когда Эвглин удивленно ахнула и обхватила его за шею. — Не дай бог, промочите ноги, простудитесь…
— Спасибо, ваше высочество, — растерянно промолвила Эвглин. Принц усадил ее на скамью, сел рядом и добавил:
— Вы действительно очаровательны, дорогая моя. Я не думал, что часы в разлуке с вами будут настолько горькими.
Матиаш забрался в экипаж, и принц был вынужден прервать любовные излияния. Эвглин невольно вздохнула с облегчением.
Дворцовую церковь окружало тревожное багровое сияние. Когда Эвглин вошла в гостеприимно распахнутые двери, то поняла, в чем дело: возле всех окон храма были уже знакомые трубки с артефактами. Услышав шаги, человек, стоявший у алтаря, обернулся, и Эвглин с удивлением узнала Харвиса.
  
Сейчас колдун внушал ужас и благоговейный трепет. Длинная черная мантия, традиционное одеяние эльсингфосских волшебников, превращала Харвиса в полосу изначального мрака, кусок вечной тьмы, который волей судьба занесло во дворцовую церковь. Красные камни ордена на шее перемигивались тревожными огоньками, а золотая цепь, что по рангу положена ученым и преподавателям, казалась змеей, опутавшей Харвиса. Казалось, святые хмурились с икон и фресок, недовольные тем, что колдун имеет дерзость находиться в этом месте. Но, увидев Эвглин на пороге храма, Харвис улыбнулся, протянул к ей руку, и наваждение исчезло.