"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

— Встань, подойди, — приказал красавец, не раскрывая рта. Голос, который эльф слышал в своих мыслях, был под стать хозяину. Насыщенный баритон, властные интонации, внутренняя сила и особое очарование. Этому голосу хотелось внимать.
Фарсим поднялся, проклиная дрожащие колени, и на негнущихся непослушных ногах подошел к собеседнику.
Рядом один из воинов-ящеров добил израненного эльфа. Предсмертный хриплый стон заглушил вздох облегчения великана, излечившего свою рану чужой жизнью. Фарсима передернуло и едва не стошнило.
  
— Ну что же ты медлишь? — на губах неестественно красивого мужчины застыла пренебрежительная усмешка.
Эльф поторопился подойти, стараясь не задумываться о том, что в это время великаны убивают раненых. Пытался убедить себя, что не слышал, как еще живые соотечественники проклинают его.
— Благодарю за помощь, Фарсим, — по-прежнему не пользуясь голосом, сказал командир.
Он расположился на скамейке, вольготно закинув ногу на ногу, небрежно облокотившись на резную спинку. Смотреть ему в лицо Фарсим не решался, и все свое внимание сосредоточил на крупном кольце на указательном пальце правой руки. Синий опал загадочно поблескивал, притягивал взгляд.
— Тебе дарована жизнь за верность, — продолжил чужак.
— Драгоценный подарок, — пролепетал эльф. Его до дрожи пугало, что голос собеседника звучал прямо в мыслях. Ему все казалось, таинственный нечеловек сможет с легкостью подменить своей волей настоящие мысли Фарсима.
— Уверен, тебе достанет мудрости распорядиться им правильно, — ухмыльнулся командир. — А пока мне нужны от тебя сведения.
— Что пожелаете, господин, — Фарсим изобразил робкий поклон.
— Расскажи о замке, городе. О светловолосом маге, проделавшем этот занятный трюк с энергией, — повелел красавец.
Фарсим послушно говорил, а за спиной шумела черная воронка. Гулкий звук, похожий на завывания ветра в пещере. На этом фоне выделялся скрежет — когти прибывающих воинов царапали синюю плитку звезды. Эльф еще во время сражения разглядел, что их ноги на самом деле были лапами, а то, что он поначалу принял за усиления на обуви — настоящими когтями. В бою полу-ящеры, полу-люди не стеснялись бить ногами, нанося глубокие раны противникам.
Зловещие тени великанов, бряцание оружия, звуки волочения тел к стене, собственный тихий, срывающийся голос… Эльф повторял себе, что это дурной сон, что происходящее не может быть правдой. Он до боли, до крови впивался ногтями в ладони, силясь проснуться.
В глубине сознания билась мысль о предательстве. Фарсим знал, что и во сне, и наяву, он предавал свой народ, рассказывая захватчикам о городе, магах и императоре. Знал. Но не останавливался. Причина была простой и понятной. Трусость. Животный страх за жизнь. Безумная надежда, что все же уцелеет…
— Интересно, — задумчиво кивнул черноволосый красавец. — Нарисуй план замка и укажи места, где поселились император и маги.
С этими словами чужак достал из-за пазухи несколько сложенных листов бумаги и карандаш.
— Да, господин, — пробормотал эльф, принимая письменные принадлежности, как высшую награду.
Фарсим остался у скамейки, а командир встал, пошел к своим воинам. Теперь среди них появились не только ящеры, но и люди. По крайней мере они имели человеческий облик, хотя такого числа настолько красивых людей в одном месте эльфу ни разу за свою двухсотлетнюю жизнь видеть не доводилось. Изображая, что старательно рисует план, Фарсим слушал разговоры чужаков. Он ожидал услышать шипение или клекот, решив, что такая речь больше всего подошла бы ящерам. Но пришлые говорили на общем, только с интересным акцентом. От этого речь казалась более напевной, чем у соотечественников Фарсима. Изредка появлялись и незнакомые слова, но их было настолько немного, что на понимание это никак не влияло.
Воины собрались расположиться на внутренней площадке на ночь и обсуждали, как лучше себя защитить. Ящеры продолжили расчищать место, люди натянули на уровне пола второго этажа магическую сетку и укрепляли плетения. Такого волшебства Фарсим еще никогда не видел. Больше всего оно напоминало морозные узоры, растущие на стекле. Прозрачные ветки соединялись, сплетались и делали защиту воистину нерушимой.
— Как продвигается твоя работа? — раздался над головой эльфа голос командира.
Фарсим вздрогнул, боязливо поднял глаза на чужака и поспешно заверил:
— Скоро закончу, господин.
Тот по-змеиному улыбнулся и снова отошел. Одного предупреждения эльфу было достаточно, и он отвлекся только единожды. Когда из сужающейся, будто истощившейся, уставшей воронки на пол выпал еще один воин-ящер. Он прижимал ладонями колено и постанывал, покачиваясь из стороны в сторону.
Командир плавной походкой опасного хищника подошел к нему, встал на колени и велел убрать руки. Воин послушался, позволил осмотреть рану.
— Какой недоумок отправил тебя в закрывающийся портал? — командир зло потребовал ответа.
— Лорд Талаас, — просипел воин.
Красавец медленно выдохнул через почти сомкнутые губы. Фарсим чувствовал, что он борется с желанием что-нибудь разнести. Почти осязаемая ярость этого нечеловека была настолько сильна, что никто из воинов и людей не смел ни заговорить, ни даже пошевелиться. Паузу, долгую и напряженную, нарушил шепот раненого ящера.
— Не сердитесь, лорд Старенс. Это всего лишь колено.
Фарсим, наблюдающий за выражением лица командира, искренне считал раненого самоубийцей.
— Это могла быть твоя голова! — рыкнул лорд Старенс, и в этот момент его неестественно прекрасное лицо изменилось, обрело какие-то жуткие черты. Фарсиму даже казалось, на пару мгновений кожа командира покрылась черной чешуей, зрачки укрупнившихся глаз стали вертикальными, а волосы превратились в щитки, короной украшавшие голову.
— Старенс, — мягко окликнул его светловолосый маг. — Не бесись. Все обошлось.
— Обошлось?! — на пальцах командира заискрило неконтролируемое волшебство. — Этот придурок рискует жизнями! Зря! Когда это совсем ненужно! Не знает меры! Границ!
— И молодые Госпожи, и представители родов знают ему цену! Ему и его показушному желанию помочь! — резко возразил светловолосый собеседник. — И все знают, каков твой вклад!
Лорд Старенс подскочил, начал раздраженно ходить по площадке. Пять шагов в одну сторону, пять в другую.
— Он же осознает, у нас есть только три ночи полнолуния! Это бесконечно мало! Зачем подрывать свои же силы необходимостью тратиться на лечение?
Светловолосый маг в это время подошел к раненому ящеру, сложил пальцы домиком над поврежденным коленом. Через мгновение под ними золотом засияло исцеляющее заклинание. Воин откинул назад голову и, казалось, впервые вздохнул спокойно.
— Безответственное поведение! — не унимался Старенс. — Мальчишеская бравада! И попомни мои слова, главы родов решат посадить его на трон! Потому что он юн, им проще управлять!
Светловолосый маг, к которому обращался командир, явно не первый раз слышал такие слова. Закатил глаза, легко покачал головой и промолчал.
— Кто вообще это придумал? Кто придумал, что упрямыми твердолобыми юнцами проще управлять, если дать им трон?
Перед очередным поворотом лорда Старенса остановила женщина, способная затмить красотой даже императрицу Мадаис.
— Ты к нему немного несправедлив, — мягко взяв раздраженного лорда за руку, сказала она. Фарсим узнал чарующий голос той, что помогала с подготовкой ритуала.
Старенс фыркнул, но не перебил.
— Он самоуверен, самовлюблен, — погладив другой рукой мужчину по плечу, продолжала она. — Это все так. Но не стоит забывать, что он лишь двадцать лет назад переступил порог совершеннолетия. Юношам свойственна категоричность суждений. В то же время твои заслуги он ни разу не пытался ни приуменьшить, ни отрицать.
  
— Посмел бы только! — хмыкнул лорд.
— И впредь не посмеет, — убежденно ответила она. — Знаю, сложно судить объективно. Особенно в твоем положении. Да, многие хотели бы видеть правителем тебя. Но и Талаас — не худший выбор и вполне обоснованный.