"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)

Он внимательно следил за юношей, но, к чести лорда Такенда, у него даже не возникла мысль, что поделиться с ректором силой мог бы какой-нибудь другой маг. Наследник Йордалов кивнул и поторопился собрать в сумку стоящие на тумбочке склянки и баночки.
Пока юноша возился, лорд Адсид пододвинул к постели тяжелое кресло с пухлыми подлокотниками. Он придерживался мнения, что работать нужно с наибольшим удобством, чтобы не отвлекаться от волшебства на затекшие конечности.
  
Из окна комнаты на втором этаже был виден двор и сопровождающие лорда Адсида маги. Ректор распахнул створку, выглянув, велел спутникам расседлать лошадей и сделал Сюррену знак подняться. Лорду Такенду можно было доверять, а вот в том, что никто из свиты не вломится в комнату во время сложного ритуала, Шэнли Адсид сомневался. Учитывая численное превосходство союзников князя, попавшего под подозрение, беспокойство было вполне обоснованным.
Шаги Сюррена уже раздавались на лестнице, лорд Адсид наблюдал за движениями юноши, отмечал то, как мало он шевелит явно пострадавшей левой рукой. В сумку отправилась последняя баночка, но ее крышка оказалась неплотно завинченной, и на цветастый половик высыпался нарезанный кружками ароматный корень петрушки. Лорд Такенд извинился, встав на колено, принялся собирать раскатившиеся кусочки.
— Пожалуйста, оставьте, лорд Такенд. Пусть будет так.
Удивленный неожиданно серьезным тоном, юноша повернулся к ректору.
— Это будет обонятельный ориентир, — пояснил тот.
В дверь постучали. Опытному Сюррену не потребовалось никаких объяснений — одного взгляда на едва дышащего лорда Цорея ему хватило, чтобы осознать серьезность ситуации и предугадать распоряжения хозяина.
— Никто не войдет без разрешения, мой лорд, — заверил человек. — Я буду прислушиваться к течению волшебства и вмешаюсь, если что.
Лорд Адсид поблагодарил мага и опять убедился в том, что не зря сделал Сюррена личным телохранителем. Разумный, исполнительный, аккуратный и талантливый человек из раза в раз подтверждал, что стоит доверия.
— Что именно скрывалось под словами «если что»? — насторожился лорд Такенд, когда за Сюрреном закрылась дверь.
— Из всего множества сложностей, которые могут возникнуть, наиболее вероятными являются слишком быстрый расход резерва, отсутствие вашего своевременного вмешательства, нестабильность волшебства самого по себе или как результат воздействия извне, — спокойно, будто вел практическое занятие, ответил сиятельный ректор. — Во время подобного ритуала маг очень уязвим. Если вы не готовы доверить свою жизнь хоть кому-нибудь из окружающих, то вы нуждаетесь в защите. Но никакая самая качественная и чуткая внешняя защита не способна предотвратить ранения и даже смерть мага, проводящего такой ритуал.
Юноша смотрел на магистра широко распахнутыми глазами и, нервно сглотнув, отступил на шаг.
— Потому что разрушительная энергия может быть и изнутри. Εсли вы решите участвовать в ритуале, то должны делать это, полностью осознавая возможные последствия. Отказаться в таком случае не зазорно, — твердо встретив взгляд голубоглазого эльфа, бесстрастно сказал лорд Адсид.
— Я участвую! — отрезал юноша.
— Хорошо, — кивнул магистр. — Позволите узнать, почему?
— Мы с ним как братья, — последовал мгновенный ответ.
Уже по тому, как лорд Такенд после той злополучной выходки с «Удушьем» вымаливал прощение у друга и его семьи, было ясно, что юноша не преувеличивает степень привязанности к лорду Цорею. В искренность ответа ректор верил, а, значит, лорд Такенд оставался лучшим помощником в трудном ритуале.
Χолодные пальцы лорда Цорея в одной руке, горячие пальцы лорда Такенда в другой, перед глазами сколы, обрывы, изломы поврежденных заклятий, все пропитано запахом рассыпанной по полу петрушки. Магия лорда Такенда, податливая и мягкая, собственной волей не обладала, но ей не было чуждо любопытство. Шэнли Адсид посчитал правильным больше вовлечь наследника Йордалов в ритуал и показать, что именно и как нужно было чинить.
Живой интерес юноши ощущался отчетливо, а благодаря руководству ректора лорд Такенд действительно видел все волшебство, даже недоступное его слабой восьмерке. Учитывая состояние раненого и его близость к черте, лорд Адсид решил, что лишних свидетелей его стараний быть не может.
Сила уходила равномерно, распутывание сломавшихся заклятий затянулось, но не слишком. И все же, когда Шэнли Адсид вынырнул из ритуала, он не без удивления обнаружил, что на волшебство ушло чуть больше пяти часов. От его собственного резерва осталась едва ли четверть, а лорд Такенд истощился почти полностью. Юношу это, правда, совершенно не заботило — он сидел у постели друга, сложив руки в молитвенном жесте, и покачивался взад-вперед, прикрыв глаза.
— Теперь все будет хорошо, — собственный голос показался лорду Адсиду сиплым и слабым.
— Теперь я в это верю, — тихо ответил юноша. — Лучше того, я знаю, что это правда! Нет, я понимаю, признавать свою слабость и неспособность излечить трудно. Очень трудно. Но его никто не убил бы за это! Не пойму, зачем ему понадобилось рассказывать мне сказки о том, что завтра наступит чудесное исцеление?
Лорд Такенд вскинул голову, встретился взглядом с ректором:
— Если бы не вы, я бы завтра писал лорду Татторею, что Цорей мертв! Зачем лекарь врал мне?
Магистр вздохнул:
— Спросите при случае князя Оторонского. И я вам не советую говорить о своем недовольстве здесь и сейчас. Потерпите до столицы.
Юноша недоуменно нахмурился, и лорд Адсид пояснил:
— У сторонников Его светлости сейчас значительный численный перевес.
— Вы намекаете на…
— Я ни на что не намекаю, лорд Такенд, — холодно прервал собеседника ректор. — Я лишь озвучиваю факты. После стычки с неизвестными ваши воины ослаблены. Но даже будь они полностью здоровы, число ставленников князя превышает число ваших исконных соратников в полтора раза. Будьте сейчас предельно осторожны в словах и поступках.
Молодой лорд склонил голову:
— Благодарю за совет, лорд Адсид.
В зале ждали новости. Оказалось, за те пять с лишком часов, которые лорд Адсид посвятил лечению наследника Таттореев, свита устроила активную переписку со столицей. В стоящей на столе клетке спали истощенные магически ускоренным перелетом голуби.
Женщины свиты возбужденно обсуждали кочующую из рук в руки длинную записку. При этом в беседе мелькали имена монарха и князя. Чуть поодаль расположились боевые маги. Небольшие эмблемы на одежде выдавали воинов Йордалов и Таттореев. Вид у некоторых эльфов был помятый и болезненный, ректор догадывался, что именно они попали в передрягу с неизвестными.
Капитан охраны, хмурый и осунувшийся эльф, одной рукой прикрывал кисть бледной женщины, второй прижимал к столешнице какой-то конверт. Завидев лорда Адсида, встрепенулся, быстро встал и с поклоном передал удивленному магистру письмо. Тот коротко поблагодарил и, заняв место за столом в углу, проверил неподписанный конверт на вредоносную магию. Кроме сильной, пятиступенчатой почтовой привязки никаких опознавательных знаков на письме не нашлось, но сами чары были своеобразной подписью. Так защитить послание могла только Арабел.
Письмо подруги, по-деловому сухое и краткое, дало много пищи для размышлений.
По ее словам, Владыка Талаас был в бешенстве из-за случившегося и даже присылал этим утром лорда Фиреда, чтобы как можно скорей донести до союзников степень своего разочарования. Белый дракон подлетел к самому королевскому дворцу, но, к счастью для обеих стран, превратился в человека ещё на улице и даже извинился за излишне драматичное появление. Это не помешало Иокарию заставить посла ждать аудиенции больше часа и пригласить на нее Видящую и князя Оторонского.
  
Во время беседы королю удалось удержать под контролем губительные для политики эмоции и вполне спокойно, хоть и резковато, объяснить послу Аролинга, что на поиски девушки отправлены лучшие силы. Лорд Фиред убедительно изображал удовлетворенность усилиями Кедвоса, но упрекал в том, что Его Величество Иокарий намеренно предоставил бывшей рабыне слабую свиту, не способную защитить невесту. Дракон сетовал, что зря Аролинг доверил союзникам охрану Льяны, укорял себя за то, что пожертвовал безопасностью девушки и не настоял на присутствии аролингцев в свите.