"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)
Дополнительной сложностью на приеме стало внезапно проявившееся действие Либесерум. Хорошо, что мальчик не успел ни наговорить, ни наделать глупостей. Вообще дальше пары комплиментов рыжеволосой леди не зашло. Фиред вовремя спохватился и под предлогом подготовки к помолвке утащил принца в ближайшую комнату. Частично недовольство Зуара объяснялось сейчас и той неловкой ситуацией, и парой излишне нелестных слов, которые Фиред позволил себе, удерживая опоенного строптивца магией на месте. Τот все рвался полюбезничать с Сивиной и не прислушивался к разумным аргументам.
К тому, что рядом с соблазнительницей Либесерум может набрать силу, лорд подготовился, но необходимость тратить и без того подточенный резерв раздражала. А иначе остановить Зуара, частично превратившегося в дракона, было невозможно. К счастью, принц не принял резкие слова советника близко к сердцу и даже извинился за неподобающее поведение.
За помолвкой, обрядом с тщательно подправленными формулами, дракон следил очень пристально и, благодаря стараниям Билнии, поработавшей над ритуалом, даже был в него вплетен. Поэтому лорд мог оценить происходящее изнутри, и обнаруженные слабые места стали неприятной неожиданностью.
Οбряд был продуман до мелочи, до чередования пауз, до тона, с которым нужно было произносить формулы. В результате и принц, и невеста дали предбрачные клятвы хранить верность и сделать все возможное для скорейшего воссоединения, но действовали эти обещания только для Льяны. Она оказалась связана кровной клятвой с Зуаром, а он не должен был ей ничего. Билния на славу потрудилась и все очень четко просчитала, и даже привнесенный в ритуал элемент насильственности только укрепил плетения. Женой и ее мастерством Фиред восхищался, а вот поведение Льяны дракона все больше беспокоило.
Будучи в обряде помолвки своего рода наблюдателем, лорд очень отчетливо ощущал, что девушке каким-то образом удается ускользать даже от ментальных закладок на имя. А ведь они так хорошо работали весь вечер… Лорд поначалу даже думал, что зря убивался над «Кровными узами», а потом сам велел Зуару в ритуале использовать состав. Иначе Льяна могла и вовсе вырваться из сети волшебства! Исключительно странно, исключительно…
Τо, что Видящая оказалась не такой покладистой, как дракон рассчитывал, легко объяснялось свойствами ее дара. Пусть первобытная, но все же ментальная сила боролась с внушением, хотя блоки на воспоминаниях, судя по всему, держались прочно. Но Льяна, простая эльфийка с перспективной восьмеркой, своей невосприимчивостью загоняла Фиреда в тупик. Вновь появилось ощущение, что он уже когда — то давно встречал этот дар в ритуале. Дракон прикрыл глаза, откинулся на мягкий подголовник в карете и попытался сосредоточиться на воспоминании о даре девушки.
— Я услышу ответ на свой вопрос? — громкий возглас Зуара выдернул Фиреда из раздумий.
Дракон смерил холодным взглядом рассерженного юношу и недоуменно вскинул красивые брови:
— О чем речь?
— Вы меня не слушали? — прошипел мальчик, а на его скулах расплавленным металлом блеснула чешуя.
— К сожалению, нет, — подчеркнуто спокойно ответил советник. — Надеюсь, кучер и лакей тоже.
Зуар осекся, нервно глянул в сторону возницы, нахмурился:
— Я думал, карета защищена от прослушивания.
Фиред неопределенно повел плечом:
— Это заклинание имеет привычку истощаться со временем. Я плотность чар не проверял, а ты?
Принц смутился, отрицательно покачал головой и, положив ладони на ближайшую дверцу, начал прощупывать плетения. Фиред вздохнул и снова прикрыл глаза.
Еще каких — то пять лет назад порывистый и совершенно избалованный Талаасом мальчик стал бы спорить о том, в чьи обязанности входила проверка состояния защитных чар. Τеперь он знал, что совершил оплошность, проявил неосторожность. Оставалось надеяться, в скором времени привычка вначале полностью ограждаться ото всех и только потом обсуждать важные вопросы, станет сильней привитой Τалаасом уверенности в том, что советник и братство в любой ситуации защитят наследного принца. Пока слабый, по драконьим меркам, Зуар рос, это действительно было так. Но сам-андруны подписали братству смертный приговор и не собирались его отменять. Ряды защитников Его Высочества полудракона редели с каждым годом. К счастью, он был достаточно умен, что бы осознать это раньше, чем умер последний истинный дракон Аролинга.
Прощупывающее заклинание заняло мальчика на оставшиеся минуты пути. Подчеркнув неосмотрительность принца, Фиред привел юного собеседника в нужное настроение. Тихий, немного смущенный, чуточку виноватый Зуар был лорду предпочтительней напористого задиры. Принц безропотно последовал за советником в лабораторию, заняв привычное кресло, дождался, когда Фиред закроет двери, когда створки и стены перламутровыми отблесками подтвердят активность защитных чар.
— Прошу, объясните, зачем мне на целый день задерживаться здесь? У нас мало времени, а знакомство с ее родителями — обременительная и, главное, бессмысленная затея.
В этот раз Зуар формулировал свои вопросы четче, спокойней, а в голосе не слышалась злость. Лорд Фиред сел в свободное кресло, медленно провел ладонями по лицу, не решившись однако зачаровывать глухую головную боль — свидетельство подточенных магических сил.
— С этой девушкой что-то очень сильно не так, — заключил светловолосый дракон, откинувшись на спинку. Он повернулся к насторожившемуся принцу и продолжил: — Ты ведь чувствовал ее во время ритуала. Ты ведь сам ощутил, что она хотела вывернуться.
— Да, ощутил, — после недолгой паузы кивнул юноша.
— Ритуал должен был почти полностью связать ее волю, — глядя в глаза Зуару, объяснял Фиред. — Это испытанное волшебство, и ошибки быть не может.
— Да, леди Билния проверяла его, — принц, к счастью, поспешил согласиться.
— Именно, — серьезно подтвердил лорд. Он всем телом повернулся к собеседнику, закинул ногу на ногу, скрестил руки на груди и продолжил медленно, делая большие паузы между фразами. — Ментальные закладки на имена работают. Они прекрасно держали Льяну под контролем весь вечер, ее поведение было правильным. «Кровные узы» отчего-то оказались слабей, чем предполагалось. Их действие, как и действие Либесерум, рассчитано на длительное время.
Зуар досадливо поморщился, дракон сделал вид, будто не заметил, и продолжил тем же ровным тоном.
— А нам постоянно приходится обновлять воздействие. Это странно. Я даже думаю снова сделать заготовки серебряных нитей и постепенно пускать их в ход.
Лорд замолчал, надолго задумался. Когда молчание стало напряженным, Зуар решился уточнить:
— Это все ещё не объясняет, зачем вы настойчиво советовали мне познакомиться с родителями девушки и даже задержаться из-за этого.
— Неужели? — Фиред постарался не показывать, как его огорчила недогадливость мальчика. — Встреча нужна, чтобы укрепить все возможные связи, которые существуют между тобой и Льяной. Все возможные связи, — подчеркнул дракон, — раз уж так вышло, что эликсир и ментальные привязки действуют на нее недостаточно.
Зуар нахмурился, но промолчал.
— Поэтому ты должен быть с ней по-прежнему исключительно предупредительным, вежливым, — жестко продолжал советник. — Необходимо очаровать, обаять ее родителей, чтобы твой брак с Льяной стал для них пределом мечтаний. Чтобы неделю подготовки она слышала со всех сторон только одно: ей посчастливилось, сказочно повезло. Нам не нужно, что бы она заупрямилась в день отъезда. Она должна ехать к тебе с предвкушением, влюбленностью, иначе клятва помолвки слишком сильно ее истощит, вымотает. А нам это не нужно.
— Понятно, — вздохнул принц, нахохлился и, искоса глядя на наставника, пробормотал: — Все больше сомневаюсь, что Льяна мне подходит.
Фиред коротко кивнул, поджал губы и промолчал. Выводы Зуара были ожидаемыми. Если бы дракон сам не продумал и не рассчитал все формулы, если бы не готовился к этому отбору больше пяти лет, если бы не видел, как жидкости в колбочках проб на сочетаемость даров меняют цвета, он ещё мог бы отчасти согласиться с мальчиком. Но подготовка была безупречной, исполнение тоже. Но вопреки здравому смыслу Льяна неприятно удивляла раз за разом.