Жена охотника (СИ)

За годы Эдуард изменился. Вивиен помнила мальчишку с холодным, высокомерным взглядом. Теперь, похоже, он вырос. Его красивое лицо носило следы мимических морщин, вызванных беспокойствами и горем. Глаза таили печаль, и, вместе с этим, глядя в них Вивиен подумала, что Эдуард приобрел мудрость.
Одет он тоже был непривычно. Не плохо, но и не роскошно с иголочки, как некогда видела его женщина. Интересно, что стало с ним в этой жизни?
От общих знакомых Вивиен слышала, что помолвка Лазаре-младшего сорвалась. И что сам Эдуард сильно заболел незадолго после их с Агатой отъезда. Но обстоятельств Вивиен не знала. (И даже долгое время боялась, что болезнь Эдуарда могла быть интимной, что означало возможность их с дочерью заражения. Но тревоги эти оказались напрасны.) Время шло, и ненависть Вивиен к этому человеку сменилась безразличием. А сегодня она была удивлена, но спокойна от его появления. Женщине было интересно: зачем он вдруг приехал? И тщеславию ее было любопытно, какой ее видит Эдуард?
Впрочем, здесь она не сильно переживала. Вивиен знала, что постарела. И что никакая прическа не скроет седину в волосах, вызванную ее стразами. И морщины, усугубленные смертью двух из троих ее детей. Но она вела достойную жизнь. Растила внуков. И какая к черту разница, что там на уме у Эдуарда!
Вивиен поставила перед гостем чашку чая, а сама села напротив. Эдуард вежливо поблагодарил хозяйку, после чего они некоторое время молчали, пока Эдуард не сказал.
-Госпожа Монтисан. Я приехал к вам попросить прощения.
Брови Вивиен взметнулись вверх. Лицо выразило абсолютное удивление.
-Признаться, я не ожидала от вас такого,- сказала она,- И даже более: я удивлена, что вы помните о...- она сделала легкую паузу, чтобы подобрать слова,-О нашем знакомстве.
-Вы не поверите, но я часто думал о вас и Агате,- сказал Эдуард очень мягко.
-Об Агате...-со вздохом повторила за ним женщина,- Агата умерла два года назад.
-Мне очень жаль,- сказал Эдуард обычную для таких разговоров фразу. Но он не врал и не фамильярничал. Эдуард бы отдал многое, чтобы Агата была сейчас была жива, и он мог попросить у нее прощения. Но увы: это было не в его власти.
Тем временем Вивиен продолжила.
-Она тоже вспоминала вас в свои последние дни. Уже в бреду, когда было совсем плохо, Агата звала вас...
Сказав это, Вивиен прикрыла глаза, пытаясь сдержать волну нахлынувшей на нее боли. Когда она снова открыла их, выражение ее лица было абсолютно спокойным.
-Она похоронена здесь, в Верноме?- спросил Эдуард.
-Да. На местном кладбище. Агата Астель, если вы хотите сходить к ней.
Эдуард с интересом посмотрел на Вивиен.
-Она вышла замуж, если вам интересно,- гордо сказала Вивиен,- Его звали Жак Астель. Он был хорошим человеком. Очень добрым. Миссионер. Это его и погубило. Работал в госпитале во время очередной эпидемии. Принес заразу домой.
Вивиен пожала плечами. Эдуарду было грустно: жизнь порой была слишком жестока.
-Надеюсь Агата была счастлива,- сказал он.
-Да. Была,- улыбнулась Вивиен.
Некоторое время оба сидели молча.
На кухню с улицы забежал мальчишка- тот самый, что показал Эдуарду дом.
Мальчик взял со стола кусок хлеба, чмокнул Вивиен в щеку и побежал дальше.
Эдуард проводил его задумчивым взглядом. У ребенка были светло-русые волосы и серые глаза. Тонкие кости и невысокий рост. Лет семь- восемь на вид. Не больше.
-Он мой?- спокойно спросил Эдуард, когда мальчик скрылся из вида.
-Да.- таким же ровным тоном ответила Вивиен.
-Он знает, что муж Агаты не был...
-Его отцом? Да, Клод это знает. Жак пришел в нашу семью четыре года назад.
Эдуард кивнул, а затем добавил:
- Я хотел бы познакомиться с Клодом поближе. И я буду помогать вам.
Вивиен громко усмехнулась.
-Что ж...Я вполне хорошо забочусь о внуке, и у меня на это есть все средства. Но если вы желаете поближе узнать сына, я не буду в этом препятствовать.
На этом они распрощались. Эдуард сказал, что ему придется уехать в столицу, но он обязательно вернется. Вивиен ответила, что будет рада его визиту.
Эдуард поцеловал женщине руку и направился к воротам местного кладбища.
Там его уже ждала Агата.
Солнце клонилось к закату, и в его прощальных розовых лучах девушка казалась живой. Почти такой же, как когда-то помнил ее Эдуард.
-Ты встретил нашего сына?- спросила она.
-Да. Почему ты не сказала мне раньше?
Агата звонко рассмеялась. Но в отличие от предыдущих раз, это был чистый, заливистый смех.
-Эдуард,- мягко сказала она,- Кажется ты забываешь, что я не реальна и всего лишь в твоей голове.
-Это печально. Я очень хотел бы попросить у тебя прощения за то, как поступил с тобой.
-Ты уже попросил. И сделал даже много больше, чем это,- тихо сказала Агата, и прибавила,- А ты прощаешь меня за то, как я поступила с тобой?
-Уже простил,- прошептал Эдуард.
И с последними лучами солнца Агата начала растворяться в золотой дымке, пока не исчезла совсем.
Когда ее образ пропал, Эдуард почувствовал себя очень странно. Печальным и счастливым одновременно. Что-то мокрое текло по его щекам, и неожиданно для себя Эдуард обнаружил, что плачет. И хоть он не мог видеть себя, но знал: золотой ободок глаз-последнее что осталось в нем от чудовища- ушел в этими слезами. Наконец-то Эдуард был свободен.
55
-И что ты теперь будешь делать?- спросила его вечером Клара.
-Точно еще не знаю. Скорее всего найду управляющего и несколько работников для чайной лавки в столице, а сам перееду сюда- в Верном. Открою и здесь маленький магазинчик, а позже, когда получу диплом- свою аптеку. Постараюсь узнать Клода, стать для него другом.
-Хороший план,- печально улыбнулась девушка.
Эдуард заметил это и поспешно заверил:
-Я не забуду тебя и Леруа. Буду помогать и навещать...
-Не стоит. Мы, скорее всего, вернемся в Жиль. А он на другом конце страны. Ты лишь потратишь свое время.
С этими словами Клара встала из-за стола, за которым они ужинали, и удалилась к себе в номер.
Эдуард не стал бежать за ней. Ведь как ни странно, девушка была права.
Ночью Эдуард не мог уснуть.
Какой же он трус. Трус и эгоист. Планируя будущее, он не сказал Кларе самого главного. Того, что это будущее он не видит без нее. Эдуард хотел, чтобы Клара стала его женой. Делил с ним этот мир со всеми его печалями и радостями. Носила его детей. Была рядом. Принадлежала ему.
Но он боялся. Отказа. Того, что он снова все испортит. Причинит боль себе и Кларе...
-Клара- чудесная девушка. Держись ее и не отпускай,- как-то сказала госпожа Герранд. Не чайник, а настоящая. Та, что сейчас госпожа Дювере. Похоже, пришло самое время послушать мудрую женщину.
Эдуард встал и решительно подошел к двери, разделяющей их с Кларой комнаты. Было далеко за полночь. Свет луны прорывался сквозь окна. Эдуард раскрыл дверь и чуть не столкнулся на пороге с Кларой.
Как и вчера, на девушке была лишь ночная сорочка и длинные темные волосы спускались каскадами по плечам.
-Клара, я...
-Эдуард, я...
Начали они одновременно, и тут же оба замолчали.
-Прости, уже поздний час...
-Уже поздно и...
Снова молчание.
-Я лишь хотел...
-Я хотела...
Снова неловкая пауза, заполняемая лишь стрекотанием кузнечиков за окном.
-Говори ты.
-Нет, лучше ты...
Эдуард посмотрел на Клару. В лунном свете она была подобна призраку. Тонкая бледная кожа, и эти темные волосы, рассыпанные по плечам. Большие глаза девушки глядели на него выжидающе. В них Эдуард видел свое отражение. Клара видела его, какой он есть. И любила таким.
Эдуард хотел сказать, как сильно любит ее, но вместо, взяв ее лицо в свои руки, он нежно поцеловал Клару в губы.
Девушка вздрогнула, но не отстранилась. Напротив, она придвинулась чуть ближе.
Шаль спала с ее плеч, открывая их белоснежную кожу.