Раз - невезенье, два - везенье... (СИ)
- Отец, а степи здесь какие обширные! У нас в Империи такого нет.
- О, Вы еще не видели Диких степей! Степи Дэлинэ, конечно, большие, но им далеко до Северной степи или Великой степи, которая еще больше. Старики рассказывают, что когда-то наше племя кочевало в холодных степях у Великого Океана, а потом постепенно по долине Великой Куты пришло сюда. А Восточная степь! Никто из племени Шэн-гэ никогда не был там. Говорят, от северных морей Великого океана до самого Анданского моря бескрайняя сухая равнина. Травы мало, и она обильно растет только в сезон дождей. Только вдоль гор много воды и лесов. Говорят, что Восточная степь действительно бескрайняя. Только степи Дэлинэ самые лучшие. Воды много, травы тоже. И лесов хватает. Вот когда придем в Тумэнкар, увидите, какое прекрасное место для стойбища выбрал вождь Тумэнбат.
- Э, скажите, уважаемый, а где вы берете разные металлы? Железо, или, например, золото?
Вопрос был опасный. Граф знал, что у шэнгэрцов много что добывали - и железо, и медь, и серебро. Даже золото у них было свое. Правда, изделия из металлов у них были плохие. Оружие, например. Или украшения. Даже золотые монеты, и те были какие-то корявые. Но золото есть золото. Деньги степняков так же ценились, как и имперские золотые или западные голдены. Если не больше. Ведь степняки еще не умели добавлять в свое золото всякую гадость!
- Это тайна. И только Великий Шаман и его бади знают это. Нам, простым воинам, знать тайны шаманов не положено.
- А оружие, посуду, украшения кто делает?
- Ну, граф, Вы что, думаете, у нас мастеров своих нет? В стойбище полно всяких бучу и рабов. Еще захватим. Может, и в Вашей империи побываем. У Вас там, говорят, чисто гурии обитают. Нежные и ласковые, и искусные! Говорят, у вождя несколько, из империи привезли. Мне бы тоже не помешала хоть одна гурия!
Степняк издевательски засмеялся.
Граф поморщился. Не секрет, что и в империи процветала торговля живым товаром. Хотя официально, в отличие от других стран, рабство в Таласской империи было запрещено. Это было пережитком еще далеких времен, когда для собственного спокойствия завоеватели-степняки были вынуждены отменить рабство на захваченных землях. С тех пор это считалось одним из ценностей степной империи и всячески восхвалялось. Но кто будет придерживаться этих правил там, где есть возможная выгода. И вот красивые девушки из бедных семей, или неоплатные должники, еще какие-нибудь несчастные стали предметом торговли, прежде всего со степными племенами и заморскими странами, расположенными преимущественно на берегах Анданского моря.
Еще одним неприятным фактом в его поездке для графа была торговля оружием. Ведь одним из результатов переговоров должна стать поставка крупной партии мечей и защитных панцирей и кольчуг. Была бы его воля, он этим дикарям и гвоздя медного бы не продал. А так, политика...
Поездка по степи на удивление вышла спокойной и увлекательной, также и познавательной. Оказывается, эти места очень богаты и лесом. В Длинных холмах росли такие ценные сорта деревьев, что граф сильно пожалел об отсутствии нормальной торговли со степняками. Но у тех хватало и других богатств для расчета за получаемое с юга оружие. Взять хотя бы разные драгоценные камни, добываемые рабами где-то в глубине степей. А больше ничего пока степняков не интересовало. Остальное они привыкли захватывать.
Десятник Тарбиш зря нахваливал стоянку племени. Место вокруг городища на самом деле было красивым и богатым. Тут и леса, и степи, полные дичи, и реки, кишащие рыбой. Но сама стоянка была самим вонючим и загаженным местом, где когда-либо побывал граф Инвар.
Укрепленное неглубоким рвом и валом с двойным частоколом стойбище на удивление оказалось разбросано на громадной площади. Почти половина территории была пуста. Немного пожив, граф узнал, что время от времени степняки переносят свои юрты на новое место. А замусоренная земля остается пустым, пока дожди не смоют всю грязь. Лишь в центре было относительно чисто. Но тут уж были корявые деревянные дома знати племени. А несколько каменных домов населяли приближенные вождя и шаманы. Сам Великий вождь, Предводитель Великого племени Шэн-гэ обитал в роскошной юрте прямо в центре городища.
После успешных переговоров граф Инвар побывал во многих этих домах. Тайных послов Таласской империи, хоть втайне и презирали, приближенные вождя спешили пригласить к себе. Ведь это повышал их статус в племени. Тем более, можно было рассчитывать и на кое-какие подарки. Граф Инвар остался доволен и пиром в их честь. А вот его окончание изрядно подпортило ему настроение.
И теперь еще с одним местом пришлось познакомиться тайному послу Таласской империи. Это был вонючий зиндан где-то посередине между центром стойбища и частоколом. Вообще, их было несколько в разных частях стойбища. Графа Инвара с сыном Ринваром, четверых их охранников и двух слуг, можно сказать, поселили недалеко от района знати, рядом с пустовавшим участком. Предоставили, так сказать, самые лучшие апартаменты из существующих. Никаких увеселений. Лишь юрты бедняков и деревянные дома знати, видневшиеся сквозь щели. Далее уже можно было заметить двойной частокол ограды, башенку стражи и густой лес.
Огороженную со всех сторон частоколом из высоких бревен своеобразную тюрьму с узкими воротами в светлое время охраняли два стражника. В темень же к обычной смене добавляли еще одного нукера. Кормили, наверное, помоями даже не со стола господ, а простых дикарей. Такой отвратительной пищи граф не ел никогда, даже в самые тяжелые поездки, что попадались ему изредка. Слава Всевышнему Алгуру, хоть не издевались и не пытали. Несмотря на охрану, порою, как правило, в светлое время, дикари закидывали их всякой гадостью. Да охрана и не пыталась препятствовать этому. Они лишь посмеивались да делали ставки, какая гадость в следующий раз посыплется на головы неверных имперцев. Похоже, все делалось согласно указаниям старших начальников, для того, чтобы еще сильнее напугать несчастных пленников. А, может, просто так было принято у них, у дикарей.
Чистое небо над головой и днем, и ночью. Слава Всевышнему Алгуру, хоть не беспокоят по пустякам и не сильно издеваются. Вот только, можно ли надеяться на благополучный исход? Ведь Первый Министр Двора может послать и других послов.
И тревожное ожидание графа оправдалось.
- Отец, смотри! Там какое-то оживление! Неужели, их вождь приехал?
- Что, сын? Вождь? Сказали же, что его можно ждать не ранее семи заходов светила. Ну-ка, дай посмотрю!
Сердце упало на самый низ, куда только можно упасть - в черную дыру страха и отчаяния. В гости к степнякам приехало очередное посольство во главе еще одного тайного агента Первого Министра Двора барона Мюнгауза!
Тут скрипнули и открылись ворота этого проклятого и вонючего зиндана. И графу пришлось отойти подальше от частокола. Теперь, скорее всего, охрана с ними церемониться не станет. Дела Империи важнее всего!
Так, кого тут еще принесли? Четыре стражника, напрягаясь изо всех сил, затащили внутрь тюрьмы длинные самодельные носилки и бросили у ограды. Кто же он еще один счастливчик, решивший составить им компанию?
Мужчина в странном, не виданном никогда прежде одеянии, средних лет, с гладко выбритым лицом, широкоглазый. Не имперец, не степняк, вообще, не с юга. Белый, как северные охотники или западники с самого далекого запада Суварии. Короткие волосы, русые, тронутые чуть-чуть сединой, длинные руки с широкими ладонями. Не воин. Может, торговец, может, чиновник. Не крестьянин и не ремесленник, так как их руки граф бы не спутал ни с чем. Похоже, он был без сознания, так как вообще не шевелился и слабо дышал. Добро пожаловать, несчастный, в ад, и если нет, то хотя бы в его ворота!
* * *
Глава 5
У ворот ада...
Наверно, в этот раз я в аду? Теперь слышится какой-то лающий голос. Кто же там кричит на всю округу? Может, это я сам собой болтаю разными голосами? Если так, то Галкин отдыхает. Если нет, то очень жаль. Такие деньги пропадают. Если бы у меня был такой талант, может, тогда и у меня было бы приличное состояние, и я бы тоже построил великолепный замок в стиле, скажем, раннего барокко. И дома в стиле ампир. Хотя, что я знаю про эти стили. Знаю, что есть, а с чем их едят, не знаю. Нет, голос совсем чужой, незнакомый и очень противный. Проклятье! Вспомнил! Опять я попал! Я же зарубил какого-то воина азиата! Или он меня? Нет, я еще, похоже, жив! Просто я сильно устал. Просто мне хочется хотя бы немного отдохнуть и прийти в себя. Но не получается.