Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 4 (СИ)

Сятэйгасира-хоса в очередной раз продемонстрировал, что перерос текущую должность (парня смело можно повышать ступеньки на две):
— Первая подгруппа, назад!
Шеренга лопат, черенков и мусорных крышек оттянулась за баки, тяжело дыша и старательно восстанавливаясь.
— Братья, нам сейчас придётся непросто! — Ответственный за оборону переулка вид имел безмятежный, Мая парнем искренне гордился. — Но мы обязательно справимся!
Сятэи слушали, молчали. С говорящим они были согласны, судя по взглядам.
— Иногда порядок приходится защищать совсем не тем людям, которые должны бы! — с весёлой улыбкой продолжил сятэйгасира-хоса. — И сегодня наша очередь. Братья! Я не знаю, чем это всё закончится, — он повёл рукой вокруг, — но хочу сказать, пока не началась вторая часть: я горжусь тем, что был сегодня вместе с вами! — Глубокий уважительный поклон с задержкой на пару секунд.
До чего же молодец, подумал оябун и точно так же поклонился в ответ. Как и все окружающие.
Хорошая картинка с коптеров, подумалось ему в следующую секунду. Миёси расслабился, выдохнул, прикрыл глаза ладонью от солнца и посмотрел вверх: три бабочки по-прежнему снимали, трансляция шла в эфир без перерыва.
— Я не знаю, чем всё закончится, — ровно произнёс один из рядовых сятэев. — Но уверен, что мы сегодня впишем историю Эдогава-кай в те книги и учебники, в которые надо. Мы обязательно справимся!
— Мы справимся!..
— Мы справимся!..
Мая сделал шаг в середину импровизированного круга и глубоко поклонился своим людям ещё раз, украдкой смахивая из уголка глаза предательскую влагу.
— РАЗБЕРИТЕ БАРРИКАДУ И РАЗОЙДИТЕСЬ! ТОГДА НИКТО НЕ ПОСТРАДАЕТ! — с того конца квартала неожиданно заорал полицейский громкоговоритель.
Так громко, что, казалось, даже асфальт завибрировал.
От транспорта новоприбывших отделилась пара людей в солидных чинах, направляясь к баррикаде.
Зачем на такую задачу надевать знаки различия? — подумал про себя старший Миёси.
— Это последнее предложение, других не будет. — Подошедший суперинтендант из центрального аппарата не стал размениваться на приветствия, фальшивую вежливость и прочую мишуру. Он обратился сразу к оябуну. — У вас две минуты, чтобы начать устранять всё, что вы натворили.
Сятэйгасира-хоса в данный момент чатился с кем-то из своих знакомых, видимо, в МВД, поскольку в следующее мгновение он прошептал в ухо Мая:
— За поворотом водомёты, готовятся. Этим разрешили резиновые пули плюс отдали негласный приказ постараться покалечить нас как можно больше. Наши действия?
Оябун поднял глаза на суперинтенданта:
— Мы не отступим. Вы зря шли в этот конец квартала.
— Вы, кажется, не отдаёте себе отчета в том, что будет дальше, — с плохо скрываемым высокомерием уронил полицейский.
— «Защищай слабых, борись с сильными», — пожал плечами Миёси. — Это наш квартал и мы никуда из него не уйдём. Я вас больше не задерживаю. — Отчего-то захотелось напоследок воткнуть противнику виртуальную шпильку.
Получилось, судя по гневному взгляду, да простят боги моё несовершенство и низменное злорадство, подумал оябун.
— Наши действия? — сятэйгасира-хоса дождался ухода импровизированных парламентеров и требовательно подступил к шефу. — Сэмпай, у меня нет вашего опыта и я понятия не имею, как сражаться против резиновых пуль в спайке с водомётами. Посоветуете?
— Только вылазка, — проворчал Мая и потащил с себя кимоно (дальше оно будет лишь мешать), оставаясь в одних штанах -хакама.
— Поясните, пожалуйста? — в глазах ответственного за оборону переулка зажегся неподдельный интерес.
До чего же молодец этот парень. Другие, глядя на его неизбывный оптимизм, тоже расправили плечи, вслушиваясь.
— Баки нужно передвинуть вон туда, — Мая указал вперёд. — Тогда водомёты не смогут выехать и изготовиться, а работать из-за угла — смешить мух.
— Пока понятно. Что ещё?
— Дистанция с ними сократится до почти кинжальной — дальше угол. Соответственно, на их резиновые пули мы сможем ответить булыжниками и зажигательной смесью. Бросать камни в цель никто не разучился⁈ — оябун повысил голос, оглядывая окружающих.
 
Лица соратников внушали.
— Благодарю. — Сятэйгасира-хоса церемонно поклонился и разразился командами. — Баки с первого по третий — в арьегарде!
В первом тире третьем лежат предусмотрительно захваченные булыжники. При известной удаче и сноровке (да с короткой дистанции) таким запасом камней можно воевать как бы не час, а то и больше.
— Пятый и четвёртый — сразу перед ними! — продолжил парень.
Небольшое количество коктейлей Молотова. Никто и не думал, что понадобятся; брали исключительно из соображений предусмотрительности, которая на тот момент казалась излишней.
А вот пригодились.
— Вторая подгруппа! Стартуем первыми, задача: добегаем до поворота, вытесняем этих омавари-сан за перекрёсток и занимаем плацдарм! Водомёты не должны ударить по остальным, пока баки едут на новую позицию!
Мая молча переместился на три шага, меняя первую подгруппу на вторую.
В кармане-сумочке на ремне на поясе завибрировал противоударный телефон, купленный именно на данный случай. Звонить на этот номер мог лишь один человек в мире.
Миёси-старший поднял ладонь, призывая соратников к тишине, и быстро ответил на вызов дочери:
— Слушаю. Пожалуйста, говори скорее, я немного занят.
Сятэи вокруг замерли.
— Папа, я смотрю трансляцию и сейчас вижу тебя. Спасибо большое за то, что ты есть. — На том конце женский голос явно удержался от того, чтоб всхлипнуть.
— Не плачь. Всё будет хорошо. Я тоже тебя люблю. — Мая разорвал соединение и убрал гаджет обратно в сумочку на живот.
Их приготовления не остались незамеченными с той стороны. Когда вторая подгруппа рысью понеслась вперёд, токийский спецотряд предсказуемо растерялся, но отделение министерских сориентировалось: в руках полицейских на удивление быстро появились помповики.
И когда только успели изготовиться, отстранённо подумал Миёси-старший, наддавая скорости.
Иногда человеку нечего противопоставить противнику кроме несгибаемого характера, продолжал рассуждать он на бегу. К сожалению, даже самая крепкая воля порой бессильна против технических новшеств: дух силён, но плоть слаба, как говорят на западе последователи этой их странный религии с крестом.
Сятэйгасира-хоса, двигавшийся рядом, тоже цепко отслеживал все изменения обстановки:
—??? — он на бегу ухитрился даже задать ёмкий вопрос одними глазами, не сказав ни слова.
Надо бы чего-то добавить, сэмпай, кричал взгляд соратника. Выручайте, если можете.
— ТЭННО, ХЭЙКА БАНЗАЙ! — Мая тряхнул в воздухе черенком от лопаты и добавил скорости.
— БАНЗА-А-АЙ!
Вторая подгруппа врезалась в строй полицейских до того, как те успели открыть огонь.
Из ближайшего переулка именно в эту секунду, разметав бамперами оцепление, вынырнули три микроавтобуса. Из них сыпанули не имеющие отношения к полиции люди в штатском.
Миёси-старший мысленно поблагодарил всех известных и неизвестных богов: помощь прибыла как нельзя вовремя.
Конкретно эта группа ультраправых лично с ним в хороших отношениях никогда не пребывала, однако, чего не отнять, с принципиальностью у соседей всегда было благополучно. Порой даже излишне.
— БАНЗА-А-АЙ!.. — бойцы Эдогава-кай, получив неожиданную поддержку, воспряли духом.
Подкрепление молниеносно и жёстко отработало в спину самого опасного полицейского отделения. Беспощадные удары боевыми кастетами на поражение, удушающие и болевые в стойке с фиксацией бессознательного тела на земле, покатившиеся по асфальту полицейские шлемы и перчатки, сломанные за мгновение в суставах локти и лодыжки — радикалы были подготовлены и заточены явно не на спорт.
И навыки свои они использовать не стеснялись, выкладываясь по полной.
Не ожидавшие такого поворота правоохранители растерялись, упустили инициативу и были вытеснены с перекрестка.