Кто ты, Такидзиро Решетников. Том 4 (СИ)
— Я не очень ориентируюсь в процессуальных вариантах при таком составе встречающих, — признаюсь честно. — Можешь объяснить насчёт адвоката и нашего совместного похода пешком через сотню этажей?
Хорошо ещё, вниз, не вверх.
— На пятьдесят шестом нас должен ждать человек, — ровно сообщает ставшая весьма фигуристой Моэко. — Подпишем с тобой договор.
— Что за человек? Какой договор?
— На оказание адвокатских услуг, — удивляется собеседница. — Я об этом на каждом углу не кричу, но на нашу корпорацию можешь рассчитывать.
— Какую корпорацию? — неприятно не понимать контекста, точнее, не знать его.
Вместо ответа спутница удивлённо изгибает бровь, достаёт смартфон, натыкивает что-то на экране и машинный голос сообщает, озвучивая, видимо, текст с экрана:
В апреле две тысячи второго года система юридических корпораций была реорганизована в Японии таким образом, что позволила индивидуальным адвокатам создавать профессиональную юридическую корпорацию для целей участия в юридической практике. После своего учреждения такая корпорация становится членом местной ассоциации адвокатов того района или округа, в котором она создана, в качестве члена Федерации.
Никаких находящих вопросов Моэко не задаёт, говорящая деталь. Значит, можно спрашивать дальше.
— Что есть федерация?
Японская Федерация адвокатов является центральным органом, состоящим из пятидесяти двух местных ассоциаций адвокатов, индивидуальных адвокатов, юридических профессиональных корпораций, зарегистрированных иностранных юристов и других членов.
Федерация обладает уникальной автономией, свободной от надзора государственных учреждений.
Она останавливает трансляцию справочного материала.
— Понял. Твоя организация, видимо, наработала собственные методики спорных дискуссий с Государством, — предполагаю вслух.
— Государство — те же люди, — пожимает плечами подруга Хину. — Они тоже могут ошибаться, могут действовать в личных интересах, жертвовать несвоим ради корыстного своего, банально оказываться некомпетентными.
— Я помню. Твой охранник возле Итальянского Паба полицейским шикарную вещь сказал. «Это не только мой город, но и мой тоже», затем на примере эпидемии объяснил базис такой позиции.
— Он не мой охранник, простой сятэй. Папа его напротив Паба за вами наблюдать оставил — микроавтобус подозрительный был.
Занятные подробности.
— А Дэнда-кун в острый момент не спасовал, задание выполнял добросовестно, — продолжает Моэко. — Засветился, что называется, перед руководством и набрал очки.
— Огранизации, в которой ТАК мотивированные сотрудники служат на самой низовой позиции, можно лишь позавидовать, — констатирую искренне. — Кадры решают всё и если кадры такие, как этот Харуми Дэнда… за тылы можно быть спокойным.
В просвете перил на несколько этажей ниже появляется чья-то голова, выглядывающая вверх. Заметив нас, человек буквально взлетает навстречу, перепрыгивая через ступеньку:
— Вот то, о чём вы просили. — Он подаёт моей спутнице распечатанный на одном листке документ и ручку. — Это всё, что было нужно? — бейдж парень носит, что интересно, от Департамента Безопасности.
— Да, благодарю.
Неожиданный помощник бесшумно исчезает в боковом коридоре.
— Подписывай, — предлагает борёкудан. — На всякий случай. Человек на турникете Атлетики связан с нами. Он попросил этого по моей просьбе подготовить эту бумагу и вынести мне — я в бассейн с принтером не хожу.
— А Хину?
— Не планировала говорить о юридической корпорации даже ей, — нехотя поясняет якудза. — Это крайне неафишируемый слой дел Эдогава-кай.
Понятно.
— Вчерашним числом? — пробегаю текст по диагонали перед тем, как поставить роспись.
Договор между мной и такой-то профессиональной юридической корпорацией наделяет адвоката Миёси Моэко-сан правом представлять и защищать мои, клиента, интересы перед лицом… далее по списку.
— Конечно, вчерашним, — уверенно кивает спутница, забирая документ. — Чтобы невозможно было оспорить. Ты мне доверяешь? — вот так в лоб, без перехода, аккуратно отслеживая мою реакцию.
— Да.
Можно было бы многое добавить, но незачем: поиграв пару секунд в гляделки, по молчаливому согласию приходим к безмолвному соглашению на тему «Ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь».
Для начала, с условного нищего вроде меня человеку её круга и уровня взять в принципе нечего — потому какая-либо материальная заинтересованность по определению исключена.
Эйфория, влюблённость, аналогичные интересные моменты — можно было бы подумать до нашего последнего совещания в бассейне. Но во время него Миёси-младшая ненавязчиво продемонстрировала, что в некоторых профильных моментах она весьма близка ко мне, если и не мастер спорта, то в любом случае далеко не новичок (хоть и в невербалке, которая мне здесь заменяет привычный арсенал).
Кстати, тогда же стало понятно, что собственная мимика у неё под полным контролем и актёрские данные отличные, привычный инструмент. Она здорово прокачалась на своём профессиональном поприще и беззаботным рубахой-парнем хотя и выглядит весьма правдоподобно (неотличимо даже для меня, если захочет), но далеко не всегда им является.
Потому что, похоже, по умолчанию в фоновом режиме считает на пару шагов вглубь и в стороны в любой ситуации.
— Интересно, почему местных ассоциаций адвокатов именно пятьдесят две? — вырывается у меня на автомате.
— По одной для каждого окружного суда. В Японии пятьдесят два судебных округа.
Пару этажей шагаем молча.
— Почему ты решила мне помочь?
— А что ты о нас знаешь? — вчерашняя толстушка, а сегодняшняя, хм, весьма эффектная женщина вспыхивает интересом. — Я обычно подобных вещей вслух не говорю, но здесь мы одни. Так вот: ты производишь впечатление весьма оторванного от реальности типа, потому не могу не спросить из первых уст. Что ты знаешь об Эдогава-кай в частности и о социальном явлении в принципе?
— Стереотипный штамп, мафия со всеми вытекающими. Организованная преступность. Скажи лучше, откуда у тебя адвокатская лицензия? Ты же чуть в ином направлении училась?
С Хину они одногруппницы и не только, это известно точно.
* * *Спасибо за ваш лайк