Отбор для дракона (СИ)
Будь моим избранником молодой человек из обычной знатной семьи, мне пришлось бы скрывать свое положение до последнего, а рожать где-нибудь подальше от дома, чтобы никто не узнал истинный возраст ребенка. И все равно пересуды ходили бы долго. В простых же семьях «опозоренную девку» могли вовсе выгнать из дома, и осталось бы ей зарабатывать единственным доступным способом.
– Конечно же, я приму таких детей, – сказал барон. – Думаю, мы будем полезны друг другу. К слову, у некоторых воспитанников моего приюта проявляется сила. Но все, что нам остается, – обучить их азам контроля, чтобы не навредили ни себе, ни другим. Если окажется, что некоторые девочки способны к магии исцеления, и вы взялись бы их наставлять…
– Конечно, я проверю это, – кивнула госпожа Бекман.
Я перевела взгляд на графа Майлза. Он улыбнулся.
– Кажется, я понимаю, почему ваше величество пригласили меня.
– Конечно, вы понимаете господин ректор. – Ректором столичного университета он стал год назад, когда прежний ушел на покой. – Насколько мне известно, его величество уже обращался к вам с идеей корпуса имперских магов?
– Это так, ваше величество.
Предпоследний прорыв тварей, случившийся шесть лет назад, до сих пор аукался – боевых магов не хватало. И, конечно же, большинство предпочитало не дальние гарнизоны, а службу в охране богатых людей – те, кто вообще выбирал службу, а не жил за счет своего состояния, как поступил мой дядя, уйдя в отставку. Да и мой отец когда-то был боевым магом, подумать только! Учеба в университете – дорогое удовольствие, и те, чьи семьи могли позволить себе ее оплатить, обычно не нуждались в том, чтобы зарабатывать себе на жизнь.
Отец нынешнего императора начал поддерживать тех, кто искал займы на учебу, – именно поэтому ростовщик хранил заложенные мной драгоценности матери, чтобы я могла бы выкупить их после окончания университета. Мой муж решил пойти дальше и стал оплачивать учебу тем, кто не может этого сделать, – чтобы потом они три года отслужили короне. На практике получится больше: для выходцев из простых семей это просто невероятное везение. И они будут верны короне, которая помогла им вырваться из бедности.
– Я согласен с ним, но искать таких молодых людей по всей стране – отдельная непростая задача. У университета нет такой возможности, – сказал граф.
Я кивнула.
– Вот вам решение. Думаю, барон Аллеманд будет только рад, если кто-то из его выпускников попадет в университет.
– Конечно! Я и мечтать не мог!.. – Кажется, на пару мгновений барон совершенно потерял самообладание. – Но мой приют не единственный…
– Мы обсудим это, – сказал граф Майлз.
– Что ж, – улыбнулась я. – Рада, что вы друг друга поняли. Думаю, дальше вы обойдетесь без моего вмешательства. Но, если что, я всегда найду время для любого из вас. – Я поднялась, давая понять, что аудиенция окончена. Протянула госпоже Бекман несколько писем. – Здесь рекомендации, которые я вам обещала.
Посетители с поклоном удалились. Я дождалась, пока закроется дверь, прогнулась в пояснице, застонав.
– Все в порядке, ваше величество? – Из тени у камина выступила моя фрейлина. Охранница, если называть вещи своими именами.
– Да, просто спина быстро устает. Это пройдет.
С делами на сегодня было покончено.
– Я большой и уж-ж-жасный д’акон! – услышала я, подходя к двери детской.
– Очень большой, – засмеялся такой родной голос. – Ты меня победил, сдаюсь!
Я потянулась к мужу разумом.
– Мама идет.
– Мама! – Дик вылетел из-за двери, и я присела, обнимая его.
Он обожал обниматься, и Робин нет-нет да ворчал, что я балую парня. Ворчал, а сам с удовольствием таскал сына на руках. А то и на шее.
– Договорились? – спросил Робин, помогая мне подняться.
Я кивнула.
– Тогда пойдем, прогуляемся в саду.
– Папа, я хочу полетать!
Робин подхватил сына под грудь и ноги, качнул.
– Полетели!
«А мы с тобой вечером полетаем? – мурлыкнул в моей голове голос мужа. – Скажем, до того острова с песчаным пляжем и очень мягкой травкой?»
Я рассмеялась.
«Полетаем».