Системный целитель 4 (СИ)

— И как вы поступили? — поинтересовался я, уже предчувствуя ответ.
— Как поступила? Сказала ему одеваться и идти домой, вот как! Дала травяной отвар и велела отлежаться! А теперь мне грозят лишением лицензии за несоблюдение новых стандартов! Тридцать два года практики, безупречная репутация, и всё из-за какого-то идиотского правила про градусники!
Я едва сдержал смех. Получается, мои выдуманные на ходу предписания работали даже лучше, чем я рассчитывал. Коллегия не просто слепо следовала им, но и активно наказывала тех, кто пытался сохранить остатки здравого смысла.
  
— Мы будем рады видеть вас в рядах нашего профсоюза, — произнёс я максимально официальным тоном. — У нас нет таких требований и наши стандарты как минимум адекватны. Но стоит понимать, что цены на ваши услуги станут совсем другими, значительно ниже нынешней.
— Да плевать на цены эти! — выдохнула женщина с таким облегчением, будто я только что спас её от неминуемой гибели. — Записывайте мои данные, я вступаю немедленно!
Следующие несколько часов прошли в том же духе. Звонили целители всех возрастов и специализаций, от молодых выпускников до седых мастеров с полувековым стажем. Все они были возмущены новыми правилами и все хотели присоединиться к организации, которая эти правила не признаёт.
К вечеру список желающих вступить в профсоюз разросся до совершенно неприличных размеров. Помимо частных целителей, о сотрудничестве заявили ещё пять клиник, две аптеки и даже одна небольшая больница на окраине города. Её главный врач позвонил лично и долго извинялся за то, что не может присоединиться официально из-за давления со стороны коллегии, но пообещал негласную поддержку и обмен информацией.
Я сидел в съёмной комнате, разглядывая исписанные листы с контактами новых членов профсоюза, и пытался осмыслить происходящее. Несколько дней назад это была просто шутка, способ поиздеваться над коллегией и заставить Белова понервничать. А теперь у меня на руках зачатки реальной организации с десятками членов и потенциалом для дальнейшего роста.
Ты же понимаешь, что происходит? — голос Тёмной прозвучал в моей голове с ноткой веселья. — Ты случайно создал реальную оппозицию системе здравоохранения целого города!
Я-то понимаю. И честно говоря, не уверен, что это входило в мои планы. Всё-таки изначально просто хотелось поиздеваться над коллегией, заставить Белова понервничать, может быть переманить пару недовольных целителей. Но точно не революция в медицинской сфере.
Ну, революции редко планируются заранее, — философски заметила система. — Обычно они случаются, когда кто-то достаточно сильно раздражает достаточно большое количество людей. А ты, похоже, нашёл правильную болевую точку.
Пришлось признать её правоту. Коллегия годами выжимала из целителей и пациентов деньги, устанавливала идиотские правила, монополизировала рынок медицинских услуг. Люди терпели, потому что альтернативы не было. А теперь альтернатива появилась, пусть и в виде фиктивного профсоюза, созданного одним человеком в качестве розыгрыша, и недовольство, копившееся годами, хлынуло наружу.
Телефон зазвонил снова, и я машинально потянулся к трубке, ожидая очередного возмущённого целителя. Но голос на другом конце провода оказался совсем другим — низким, властным и привыкшим отдавать приказы.
— Это профсоюз целителей? — пробасил незнакомец.
— Да, слушаю вас.
— Барон Твердлов, — представился собеседник. — И у меня к вам дело, которое не терпит отлагательств.
Я невольно выпрямился в кресле. Аристократия уже заинтересовалась? Это неожиданно, хотя и вполне логично. Если новые правила коллегии затрагивают всех пациентов, то аристократы страдают от них ничуть не меньше простолюдинов. А может и больше, учитывая их самомнение и нежелание терпеть неудобства.
— Слушаю вас, — спокойно проговорил я.
— Эти содомиты из коллегии, — барон произнёс слово с такой брезгливостью, что я почти физически ощутил его гримасу, — окончательно свихнулись. Я обратился к целителю с порезом на руке, с обычным порезом! А он начал стягивать с меня штаны и лезть ко мне с каким-то градусником! Я чуть не убил его на месте!
— Понимаю ваше возмущение, — начал я, но барон меня перебил.
— Возмущение? Да какое там возмущение! Я в ярости! Они мне что-то про мочу и вкусовой анализ рассказывают, а рука до сих пор болит, между прочим!
Я откинулся на спинку стула, обдумывая ситуацию. С одной стороны, визит к аристократу это риск засветиться. С другой стороны, я и так со всех сторон засвечен, а расположение барона могло открыть двери к той части общества, куда профсоюз пока не добрался. Аристократы имеют влияние, связи, деньги, и если они начнут поддерживать альтернативу коллегии, это может изменить расстановку сил в городе.
— Ну так и чем могу помочь?
— Как чем? — рявкнул барон. — Вы же нормальные целители, без всех этих извращений? Так приезжайте и вылечите меня нормально! И целителя моего заодно посмотрите, может ещё можно ему мозги на место вправить!
Решение пришло почти мгновенно. В конце концов, я и так уже по уши увяз в этой истории с профсоюзом, так что один визит к барону погоды не сделает. Зато может принести пользу в долгосрочной перспективе.
— Диктуйте адрес, — произнёс я, доставая чистый лист бумаги. — Буду в течение часа.
  
Глава 18
 
Имение барона Твердлова располагалось на окраине города и с первого взгляда напоминало скорее военную базу, чем аристократическую усадьбу. Я вылез из такси, расплатился с водителем и несколько секунд просто стоял у ворот, разглядывая открывшуюся передо мной картину и пытаясь понять, не ошибся ли адресом.
По территории усадьбы сновали люди в военной форме, причём не в той парадной, которую обычно носят охранники богатых домов для солидности, а в настоящей полевой, потёртой и явно побывавшей не в одном бою. На утоптанной площадке справа от главного здания группа бойцов отрабатывала какие-то приёмы рукопашного боя под руководством седого инструктора с такой суровой рожей, что мне захотелось встать по стойке смирно просто от одного взгляда на него. Чуть дальше виднелся полигон с мишенями, откуда доносились редкие хлопки выстрелов и команды на чистом мате без лишних примесей ненужных цензурных слов.
Техники здесь тоже хватало с избытком. Несколько бронированных внедорожников стояли в ряд у длинного ангара, из которого доносилось характерное жужжание сварочного аппарата и грохот металла о металл. Кто-то там явно собирал что-то серьёзное, и судя по размерам видневшегося через открытые ворота каркаса, речь шла о чём-то вроде бронированного вездехода, способного пережить прямое попадание из гранатомёта.
Да уж, интересное местечко… И этот барон явно не полагается на наемников, вся военная мощь у него своя. Удобно, ведь ему даже для зачистки сложных высокоранговых прорывов не требуется помощь извне.
После всех этих напыщенных аристократов с их золочёными каретами и слугами в ливреях было приятно увидеть кого-то, кто относится к безопасности серьёзно и явно понимает, что в этом мире выживает только тот, кто готов за себя постоять.
Не успел я сделать и шага к воротам, как передо мной словно из-под земли вырос здоровенный детина в камуфляже и с автоматом на плече. Никаких тебе церемонных поклонов, только короткий оценивающий взгляд и лаконичный вопрос:
— К барону?
— К нему, — кивнул я. — Меня ожидают.
Гвардеец молча развернулся и зашагал к главному зданию, даже не потрудившись проверить моё утверждение или уточнить имя. То ли барон предупредил охрану о визите целителя, то ли здесь вообще не принято задавать лишних вопросов. В любом случае меня это устраивало, потому что объяснять каждому встречному, кто я такой и зачем пришёл, порядком надоело ещё в городе.
  
Главное здание усадьбы тоже не отличалось показной роскошью, к которой я успел привыкнуть в домах местной аристократии. Крепкие каменные стены, узкие окна, больше похожие на бойницы, массивная дверь, которая явно выдержала бы таранный удар. Внутри было прохладно и пахло оружейной смазкой, а на стенах вместо картин и гобеленов висели карты местности с нанесёнными на них пометками и какие-то тактические схемы.