Все недостающие фрагменты (ЛП)

Это не было жестко, но и не нежно. В этом и был весь Кольт. Мощный и немного грубый по краям.
И все, что мне было нужно.
Моя спина выгнулась дугой, когда он снова вошел в меня. Я обвила ноги вокруг его талии, пытаясь удержаться, пока он толкался в меня. Мои внутренние мышцы затрепетали.
— Еще нет, — прохрипел Кольт. — Мне нужно больше этого тепла.
Это почти добило меня. Я схватилась за край стола над головой. Пытаясь продержаться подольше. Чтобы дать Кольту то, что ему нужно.
  
Мужчина издал рык, окинув меня взглядом, и я поняла, что движение еще больше обнажило мои груди. Я вся была на виду. Для него.
Последняя ниточка контроля оборвалась. Кольт вколачивался в меня снова и снова, задевая ту точку внутри, от которой мир вокруг меня становился туманным. Я крепче вцепилась в край стола, и боль помогла сохранить ту единственную нить контроля.
— Ридли, — прохрипел Кольт приказ.
И я поняла.
Я отпустила. Выпустила на свободу все, что сдерживала неделями. Это была не спираль и даже не раскол. Это было нечто большее.
Это был хаос.
Все мое тело билось и трепетало, обвиваясь вокруг Кольта всеми возможными способами. Вбирая его глубже и погружая в себя. Требуя большего.
И он дал мне это.
Кольт шлепнул ладонью о стол рядом с моей головой, когда вонзился в меня в последний раз и кончил с криком, и я приняла все и даже больше.
Его грудь вздымалась, когда я медленно ослабляла хватку на столе. Мои пальцы онемели, и, когда к ним вернулась кровь, их начало покалывать. Это ощущение совпадало с ощущениями во всем теле.
Кольт долго смотрел на меня сверху вниз, и я видела, как маска медленно опускалась на место.
— Не надо, — предупредила я.
Его лицо ожесточилось.
— Чего не надо?
— Не ставь эту стену.
Кольт выскользнул из меня, и я не смогла сдержать легкого вздрагивания. Его руки нежно скользили по моим бедрам.
— Я сделал тебе больно?
Я села, не обращая внимания на то, что была совершенно голой, а Кольт стоял там в одной футболке и больше ни в чем.
— Нет. Я чувствую себя чертовски фантастически, но если ты будешь так странно себя вести со мной, то это очень испортит мне кайф.
Его губы подергивались.
— Испортит кайф, да?
— Ты знаешь, о чем я. Мы оба взрослые люди, которые немного повеселились. Не надо это портить.
Кольт долго смотрел на меня.
— Это опасно. Мы работаем вместе. Происходит много серьезного дерьма, и...
— И нам нужна отдушина, — возразила я. Потому что, черт побери, я хотела больше Кольта. Все, что он мог дать. — Друзья с привилегиями.
Кольт придвинулся ближе, скользнув большим пальцем по моей ключице.
— Так вот кто мы, Хаос? Друзья?
Я прикусила нижнюю губу.
— Враги с выгодой?
Он хихикнул, но пальцем осторожно высвободил мою губу из хватки зубов.
— Не буду врать. Я хочу больше тебя.
Мои соски снова запульсировали, а дыхание участилось.
— Тогда мы установим основные правила, чтобы это было безопасно. Я принимаю таблетки и прошла обследование.
Глаза Кольта вспыхнули, когда он погладил большим пальцем мою ключицу.
— Я тоже проверялся.
— Хорошо. Это физическая безопасность. Так же нам нельзя спать в одной постели.
Выражение лица Кольта стало настороженным.
— Никаких зарождающихся чувств.
— Не начинать думать, что это так.
Он кивнул в знак согласия.
— Никаких связей с кем-либо еще, пока все это происходит, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на то, что мысль о Кольте с другой женщиной вызывала у меня тошноту. — Если кто-то из нас заинтересуется кем-то еще, мы прекратим это.
Эти глубокие карие глаза потемнели до черноты.
— Достаточно правил?
Я тяжело сглотнула.
— Думаю, да.
— Хорошо. — Затем он бросился на меня, взвалил на плечо и понесся по коридору.
— Кольт, — пискнула я.
Он шлепнул меня по заднице, звук эхом отразился от стен.
— Чертовски рад, что ты не установила никаких правил насчет душа.
  
ГЛАВА 35
 
КОЛЬТ
Я не мог перестать пялиться на нее. Или прикасаться к ней. Или просто вдыхать ее запах. Этот аромат жженого апельсина был теперь повсюду. Воздух в столовой, превращенной в офис. Простыни, на которых я засыпал каждую ночь один. Впивался в мою проклятую кожу.
— На что ты хмуришься? — спросила Ридли, прервав мои блуждающие мысли.
Я откинулся в кресле, пытаясь напустить на себя беззаботность.
— Ни на что. Просто мы уже дюжину раз просматривали эти дела. Не думаю, что это принесет что-то новое.
Ридли выпрямила ноги из положения кренделя. Сегодня на ней были джинсовые шорты и свободная блузка без рукавов с крошечными цветочками. Волосы спадали свободными волнами, а цвет их был немного светлее обычного. Возможно, потому, что вчера она почти весь день работала на улице. Мучая меня в очередной своей проклятой майке, она лежала на полотенце и читала последний полицейский отчет, который я получил.
Ее пристальный взгляд блуждал по мне, молчаливо оценивая.
— Тебе нужно пробежаться?
Я нахмурился еще сильнее.
Ридли подняла обе руки, сдаваясь.
— Извини. Боже.
Это я должен был извиниться. Но меня раздражало, что она так хорошо меня знала. Знала, что после нескольких часов, проведенных за этим столом, мне нужно двигаться, чтобы избавиться от боли и смерти.
Я повернул голову, отчего шея хрустнула.
— Не твоя вина. — Но только это… это все из-за нее.
— Ты не мог бы посмотреть эту запись? — спросила Ридли.
Черт.
Мне не нужно было подходить ближе. Не нужно было вдыхать этот соблазнительный запах. Чувствовать тепло, которое всегда исходило от нее волнами. Быть достаточно близко, чтобы коснуться ее кожи.
Но я пошел. Потому что не пойти — значит признать, насколько я слаб, когда дело касается Ридли Сойер Беннет.
Я встал и зашел за ее кресло, обхватив пальцами спинку, чтобы не было соблазна запутаться в белокурых прядях, а затем перевел взгляд на экран ноутбука. Совершенно новый, поскольку я не смог вернуть ее старый, не смог найти того мудака, который ее обидел.
Этот факт только усиливал мое раздражение. Казалось, что все, что меня окружает, это сплошные неудачи. Я сосредоточился на экране, на изображении, пытаясь вытеснить все остальные мысли. Это было видео, которое я уже видел раньше. Тренер Керр стоит у бензоколонки, заправляя свой внедорожник.
Кадры были немного зернистыми, но это точно был он. Рубашки-поло, которые он всегда носил. Низко надвинутая бейсболка с надписью «Уимблдон». Его номерной знак, подтверждающий принадлежность автомобиля. Время показывало 20:13. Это было самое лучшее, что можно было придумать в качестве алиби.
Потому что в это время Эмерсон лежала без сознания в кузове грузовика. На пути к тому, чтобы пострадать самыми ужасными способами, которые только можно себе представить. Мои пальцы крепко сжались на спинке кресла, и я на мгновение закрыл глаза.
Эмерсон была в безопасности. Она не пострадала физически. Но это не меняло того факта, что ее жизнь изменилась навсегда.
— Что-то не так с этой записью, — пробормотала Ридли.
Я, прищурившись, уставился на экран.
— Что ты имеешь в виду?
Я наблюдал, как Керр повернулся и посмотрел на что-то через плечо. Это точно был он. Во время преступления. В дополнение к записям, дежуривший в ту ночь парень подтвердил, что видел его. Нам просто повезло, что они сохраняли старые кассеты на неделю, прежде чем начать запись заново.
Ридли не подняла на меня глаз, не отрывала взгляд от экрана.
  
— Эмерсон была похищена двадцать третьего мая, верно?
Я кивнул, но тут же понял, что девушка меня не видит.
— Да. Перед выходными в День поминовения и окончанием занятий в школе.