Все недостающие фрагменты (ЛП)

Я поднялся на ноги.
— Эй, хватит. Не смей так говорить о моей сестре. Она одна из самых сильных людей, которых я знаю.
— Кольт...
— Это правда. — Я наклонил голову, так что она была вынуждена встретиться со мной взглядом. — У каждого свой путь. У всех разные маршруты. Ты придешь туда, куда тебе суждено.
Плечи Эмерсон опустились.
— Я бы хотела попасть туда до того, как мне исполнится восемьдесят.
  
Я обнял сестру.
— Доберешься. Я обещаю.
Но мое сердце разрывалось от боли за все, что она уже потеряла. Все, что упустила. И я собирался заставить ублюдка, который украл у нее все это, заплатить.
Я остановился перед своей хижиной, но не заглушил двигатель. Просто сидел, уставившись на строение. Я чертовски гордился им, когда строил, но Эмерсон никогда не видела мой дом вживую. И никогда не чувствовала себя по-настоящему в безопасности, даже если мы с Треем были рядом с ней. Боль в груди только усиливалась, когда мой мозг составлял список всего, что она упустила.
Я не мог исправить это для нее. Не мог стереть. Но, возможно, если мы найдем монстра из ее кошмаров, она сможет начать жить заново.
Заглушив двигатель, я вылез из внедорожника и направился к дому. Мне нужно было пробежаться. Выплеснуть гнев, бурлящий во мне. А может, мне следовало отправиться в участок, чтобы выместить агрессию на боксёрской груше.
Но я этого не сделал. Я вернулся домой. Потому что какая-то часть меня нуждалась в том, чтобы увидеть Ридли. Просто взглянуть на нее, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.
Отпер дверь и вошел внутрь, на ходу снимая ботинки и быстро набирая код на панели сигнализации. Я настоял на том, чтобы мы оба начали ей пользоваться, с того самого момента, как Ридли выложила те двадцать три дела на стол. И чем больше узнавал о каждом из них, тем больше мне казалось, что одной сигнализации недостаточно.
По мере того, как углублялся в дом, все мысли о сигнализации и делах улетучивались из мозга. Мои шаги замедлились, а затем и вовсе остановились. Там стояла Ридли, упершись ладонями в пол и задрав одну ногу в воздух, напоминая какой-то странный треугольник.
На ней была еще одна из тех чертовых маек, и в этот раз было еще хуже, потому что к ней прилагались крошечные шорты, которые девушка всегда надевала, когда каталась на сапборде. Наряд был золотисто-персикового оттенка, который гармонировал с ее загорелой кожей. Из-за этого казалось, что на ней вообще ничего не надето.
Мой взгляд скользил по ее конечностям, прослеживая линии и изгибы, запоминая каждую деталь — детали, которыми буду мучить себя позже, принимая холодный душ. Ее идеальная попка и бедра переходили в узкую талию, которую можно было обхватить руками, входя в нее сзади. Волны волос, выбеленных солнцем, я мог бы сжимать в кулак, когда она принимала меня. Даже ее позвонки каким-то образом выглядели сексуально.
Тело Ридли снова дернулось, нога опустилась, и девушка повернулась ко мне. Улыбка заиграла на ее губах.
— Привет, Законник.
Чтоб меня.
Я думал, это плохо — видеть ее сзади. Но это не шло ни в какое сравнение с ее невероятными голубыми глазами, которые распаляли меня. Ее майка опустилась ровно настолько, чтобы я мог разглядеть округлости, которые идеально уместились бы в моих руках.
Но Ридли не могла знать мои мысли.
— Просто нужно было что-то сделать, чтобы разогнать кровь. Я слишком долго сидела. — Девушка легко поднялась на ноги. — Думаю, мне пора снова отправиться на интервью.
Весь огонь, пылавший во мне, застыл.
— Что?
Ридли кивнула, схватив блокнот.
— Людей пугает значок. Но обычно мне они открываются охотнее. Я хочу начать с еще одного визита к тренеру Керру и, возможно, Грейди.
— Нет. — Единственное слово вырвалось прежде, чем я успела его остановить. Но как только оно слетело с моих губ, я понял, что совершил колоссальную ошибку.
Голубые глаза вспыхнули, когда Ридли со шлепком уронила блокнот на стол.
— Нет?
Черт.
— Я просто хотел сказать, что это неразумно. Не сейчас. Мы должны действовать осторожно.
Она, прищурившись, посмотрела на меня.
— Не похоже, что б ты действовал осторожно. Ты говорил почти со всеми из этого списка.
Ридли жестом указала на стену окон за ее спиной, которая теперь была заклеена белой бумагой. Фактически это стало нашей доской расследования. С одной стороны была хронология всех дел. На другой — список всех возможных подозреваемых.
— У меня есть пистолет и значок, — возразил я.
— Ну и что? Ты не в меньшей опасности. Множество полицейских пострадали при исполнении служебных обязанностей.
— Я готов, — возразил я. — Готов к тому, что все пойдет не так, как надо.
Ридли нахмурилась, сделав три больших шага в мою сторону.
— Я тоже. Общественные места, куча свидетелей. Я не идиотка, помнишь?
— Я это знаю, но...
— Но что? — потребовала она.
Она была так близко. Слишком близко. Жар от ее тела накатывал на меня волнами, смешиваясь с этим проклятым запахом жженого апельсина. Этот запах будет преследовать меня до конца моих дней.
— Это слишком рискованно. — Мой голос понизился, а хрипота стала еще глубже. Я знал, что это сигнал, но ничего не мог сделать, чтобы остановить это.
Взгляд Ридли опустился к моему рту и задержался там на мгновение, словно запоминая его форму. Затем голубые глаза снова поднялись и встретились с моими собственными.
— Я знаю, с чем могу справиться.
Я мог сделать только одно. Разоблачить этот прекрасный блеф.
И повысил ставки, сократив расстояние, прижавшись к ее телу. Я чувствовал, как вздымается и опускается ее грудь, как учащается дыхание. Видел, как расширяются ее зрачки. Эти идеально розовые губы приоткрылись.
— Ты не знаешь, во что играешь, Хаос.
В ее глазах мелькнуло озорство, но под ним я видел желание, потребность.
— Разве?
Она не стала ждать, а просто перебила мою ставку королевским флешем. Обвила руки вокруг моей шеи, а ногами обхватила мою талию. Затем ее рот оказался на моем.
Ридли сделала все это с дикой страстью. В ней не было никакой робости и неуверенности. Была только потребность. Нужда, которую я тоже испытывал. И в тот момент, когда ее язык коснулся моих губ, я пропал.
Эта девушка не просто пахла апельсинами — она была похожа на них по вкусу. Свежие, только что сорванные с деревьев в лучшем саду мира. Яркий, терпкий вкус, в котором я мог бы тонуть до конца своих дней.
Мой язык ласкал ее, нуждаясь в большем, жаждая каждой ее капли. Мои бедра выгнулись навстречу ей, член затвердел до боли. Я чувствовал, как эти идеальные груди упираются в мою грудь. И хотел попробовать их на вкус, убедиться, что они такие же золотистые, как и все остальное в ней.
Ридли застонала мне в рот, и я чуть не кончил в штаны, как чертов возбужденный подросток.
Черт.
Я оторвал свой рот от ее, заглянув в эти дикие голубые глаза.
— Не останавливайся, — прошептала она.
— Это плохая идея, — прохрипел я. — Мы играем с огнем.
В ее глазах цвета океана вспыхнули искорки.
— Тогда давай спалим все дотла.
  
ГЛАВА 34
 
РИДЛИ
Каждый дюйм моего тела словно вибрировал, пока я ждала. Ждала, когда Кольт склонится в ту или иную сторону. Ждала, сожжет ли он мир вместе со мной. Позволит ли воцариться хаосу.
  
Но я никогда не была терпеливой. Всегда была из тех, кто прыгает, не глядя, насколько глубока вода внизу.
Обхватив талию Кольта ногами, я притягиваю его невероятно близко. И чувствую, как его член напрягается. Мои губы приоткрылись, взывая к нему.
— Я попаду в ад, — пробормотал он.