Все недостающие фрагменты (ЛП)

— Спасибо. — Мой голос звучал грубее, чем обычно, и я перевел взгляд на еду. Кокосовое карри. Мое любимое. — Откуда ты знаешь?
— Спросила девушку, которая принимала мой заказ. Подумала, городок маленький, скорее всего, ты там уже бывал. Поэтому я спросила, есть ли у тебя любимое блюдо.
Я тяжело сглотнул, когда взял коробку с рисом, чтобы добавить к карри.
— Мы с Эм часто заказываем там еду.
  
Ридли на мгновение замолчала, вероятно, осознав, что я впервые упомянул сестру без ее подсказки. Она достала свою коробку с лапшой и пластиковую вилку.
— Я действительно не идиотка...
— Я знаю, что...
— Просто послушай, — сказала Ридли, прервав меня. — У меня нет желания умереть.
Это было хорошо, но с моего места так не казалось.
Она покрутила вилкой в пад-тай, который выглядел так, будто был полон тофу.
— Я уже почти четыре года занимаюсь поиском нераскрытых дел, похожих на дело моей сестры.
Моя рука замерла, пальцы сжались вокруг вилки. Мне не следовало удивляться. Конечно, Ридли будет расследовать дело своей сестры.
— Я нашла двадцать три.
Моя вилка упала в карри.
В темно-синих глазах Ридли плескалась боль.
— И я думаю, что твоя сестра была первой.
  
ГЛАВА 32
 
РИДЛИ
Я наблюдала за тем, как мысли и эмоции отражаются на лице Кольта, словно в фильме на экране кинотеатра. Он ничего не скрывал, не в этот раз. Позволил мне увидеть, как он складывает кусочки в своем сознании, как понимает, что могло случиться с его сестрой. В какой-то темной части своего сознания он уже знал. Но это делало все более реальным.
— Двадцать три? Ты уверена? — вопросы не казались вызовом, скорее, Кольт не хотел, чтобы это было правдой.
Я кивнула.
— Это то, что мне удалось найти. У меня нет доступа к тем удобным базам данных, которые есть у вас, правоохранителей, поэтому на поиски уходит больше времени...
— Как? — вмешался Кольт, прежде чем я смогла продолжить нервозную болтовню.
— Как я исследовала?
— Откуда ты знаешь, что они связаны?
Я наконец-то отпустила пластиковую вилку. На пальцах и ладони появились маленькие линии от того, как крепко я ее сжимала. Вот и все. Здесь я должна изложить свое дело и все рассказать. Я лишь надеялась, что он поверит мне, в отличие от правоохранительных органов, которых пыталась убедить раньше.
Сделав глубокий вдох, я начала рассказ.
— Все жертвы были блондинками. В возрасте от шестнадцати до двадцати четырех лет.
Темные глаза Кольта обратились ко мне. Он не высказал своих сомнений и не сказал, что этого недостаточно, но я их почувствовала. Поэтому продолжила.
— Все спортсменки, но не просто спортсменки — звезды. Те, кто выиграл чемпионат штата или получил награды.
Кольт наклонился вперед, поставив свои контейнеры с едой на перила террасы. Крючок зацепился. Теперь он действительно слушал.
— Все они были невероятно хорошими ученицами, получали стипендии, были в почетных списках.
— Все добивались больших успехов, — сказал Кольт, соединяя нити воедино.
Я кивнула.
— Все до единой были членами «Национального общества почета».
Это заставило его выпрямиться.
— А ты...
— Проверила каждого человека в этой организации, у которого мог быть доступ к такого рода записям?
Брови Кольта дернулись. Не то чтобы от удивления, но, возможно, от удивленного восхищения.
— Да, — продолжила я. — Не могу быть уверена на сто процентов, но, насколько могу судить, порывшись в их социальных сетях и получив небольшую помощь от друга-хакера...
Мои слова оборвались, когда Кольт нахмурился.
— Ты же знаешь, что все, что дает тебе хакер, это плод с ядовитого дерева.
Я нахмурилась в ответ.
— Мой знакомый — хороший человек. Белый хакер. Он просто пытается помочь.
— Неважно, хороший ли он человек. Мы не можем это использовать.
— Ну, нам и не нужно, потому что то, что он нашел, сняло подозрения со всех трех человек, которые были в моем списке.
Кольт вздохнул, откинулся в кресле и уставился на воду.
Я уже взвалила на его плечи тяжелый груз, но знала, что должна продолжать. Кольт должен был знать все.
— Каждую жертву забирали где-нибудь поблизости от школьного городка или тренировочных площадок. Я наблюдала за его развитием. Он начинал с похищений и сексуальных нападений, оставляя жертв с размытыми воспоминаниями в местах, которые они не узнавали.
Челюсть Кольта сжалась так сильно, что я увидела, как кость давит на кожу, пытаясь вырваться на свободу.
— Потом он стал причинять им еще больше боли.
Пальцы Кольта вцепились в ручки кресла, костяшки побелели.
— Он обнаружил, что ему это нравится. Боль и пытки. — У меня скрутило живот, и я попыталась отделить себя от слов, которые произносила. Но ничего не получилось. — А потом он начал лишать их жизни.
Кольт повернулся ко мне лицом, и его темные глаза навсегда останутся в моей памяти. Столько боли в этих бездонных глубинах. Столько необходимости все исправить.
— Они так и не нашли твою сестру.
— Не нашли, — прохрипела я. — В моем списке есть жертвы, которых так и не нашли. Но есть и другие. Выжившие. И тела. Достаточно, чтобы собрать все воедино. Но никто не захотел слушать.
Кольт нахмурился.
— Ты обращалась с этим в правоохранительные органы?
Я не могла удержаться от насмешки.
— В шесть местных полицейских участков, в три полиции штата и даже подала заявление в ФБР. Они все думали, что я какая-то маленькая девочка, хватающаяся за соломинку.
Его челюсть двигалась туда-сюда, как будто мужчина пытался ослабить ее, чтобы снять напряжение.
— У тебя есть документы по всем этим делам?
— А что? О чем ты думаешь?
— Что ты не идиотка, — пробормотал Кольт.
Мои губы дернулись.
— Так и сыплет комплементами.
Я надеялась на усмешку, одну из тех, которые ощущаются как тепло, скользящее по моей коже. Но этого не произошло. Не сейчас.
— Возьми файлы, Хаос. Мы будем работать в столовой.
У меня под кожей зажглась надежда, что, возможно, он мне поверил. Я сорвалась с места, не успев остановить себя, вернулась к Бесси и открыла ящик, в котором хранились все мои секреты. Стопка папок едва поместилась в руках, но я справилась.
Вернувшись к дому, я обнаружила, что входная дверь открыта. Приглашение. И я черт возьми приму его с радостью.
Я вошла внутрь, закрыв за собой дверь. Прошла в столовую, где перед окнами от пола до потолка стоял длинный стол. Но даже великолепный вид не мог сейчас отвлечь меня.
Кольт был там, и он принес нашу еду в дом. Там уже стояли тарелки. Газировка к еде. И куча канцелярских принадлежностей: маркеры, блокноты, ручки разных цветов.
Он поднял голову, волосы выглядели немного растрёпанными, как будто парень неоднократно проводил по ним пальцами.
— Скажи мне, с чего ты хочешь начать.
— С Эйвери, — прошептала я. — Тебе стоит начать с того места, где я была, чтобы ты мог проследить за тем, как я соединяла точки.
— Хорошо. — Кольт выдвинул для меня стул, и мы начали.
Все происходило постепенно. Кольт задавал бесчисленные вопросы, на которые у меня были ответы, и те, о которых я даже не задумывалась. Мы подходили к делу с разных сторон. Кольт был точен и размерен. Я же была немного необузданна, руководствуясь инстинктом. Но эти процессы как-то дополняли друг друга, каждый из них заполнял пробелы, оставленные другим, и находил еще несколько недостающих фрагментов.
Мы говорили часами, долгое время после того, как солнце скрылось за горизонтом. Бумаги и папки начали выстраиваться в ряд на обеденном столе. И когда мы наконец закончили, Кольт откинулся в кресле и уставился на все это.
  
Я не говорила ни слова. Просто позволила ему все обдумать.
Но ожидание убивало. Теперь я не могла читать по лицу Кольта. Он замкнулся в себе, на его лице застыла бесстрастная маска.