Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера (СИ)

Я честно старалась, но не смогла удержаться и обернулась.
Мастер Рассел Стоун поймал подбежавшую к нему девочку, подкинул пару раз, от чего она радостно завизжала, и, держа на вытянутых руках, с улыбкой проговорил:
- А как вымахала-то!
- Вот, - обернувшись к Кэр, указала на мужчину Алаика, - даже дядя Расс сказал, что я уже большая.
А я смотрела на Мастера и не узнавала! Он совершенно преобразился. Ни угрюмости, ни нахмуренных бровей, и во взгляде столько нежности. Сейчас передо мной стоял совершенно другой человек, добрый, заботливый, тот самый, о котором с таким восхищением рассказывала профессор Дэнтли.
Но вот его взгляд перемещается на меня и моментальное преображение. Брови хмуро сдвигаются, образуя морщинку на лбу, из взгляда уходит радостный блеск, сменяясь тяжёлым недовольством, и весь он становится каким-то угрюмым, как предгрозовое небо.
- Беги за стол, егоза, - проговорил Мастер Стоун, опустив Альку на пол.
- Что-то не так? – тоже заметив перемену настроения Мастера, забеспокоилась Кэр.
- Вы покидали академию? – продолжая сверлить меня напряжённым взглядом, спросил он.
- Погуляли по площади, - вставая, ответила Кэр. – Да что случилось-то?!
- Пока не знаю, - неопределённо мотнул головой Мастер Стоун. – Эль, можно тебя на минутку?
- А как же ужин? – растерянно спросила профессор Дэнтли.
- Подождёт, - непреклонно ответил Мастер.
Я начала подниматься из-за стола, понимая, что он настроен более чем решительно, но в следующее мгновение в столовую ввалились мальчишки, вернувшиеся с помывки рук, и начался такой гомон, что в ушах зашумело. Все набросились на Рассела, здороваясь, но по-взрослому.
То есть, они явно не отказались бы от обнимашек, как вот минуту назад Алаика, но это же несолидно! Так что мальчишки по очереди пожали руку Мастера, но так и крутились рядом, заваливая его вопросами, интересуясь, надолго ли он, напоминая про какие-то соревнования и обещания.
- Все за стол! Ужин стынет, - перекрывая гомон, приказал Рассел Стоун и мальчишки послушно поспешили занять свои места.
Мастер бросил на меня хмурый взгляд, но тоже пошёл к столу. Кажется, разговор откладывается до окончания ужина. Вот только у меня аппетит совершенно пропал. Под таким тяжёлым и напряжённым взглядом кусок в горло не полезет!
Но то, как дети относятся к этому серьёзному, такому угрожающе-собранному мужчине, это совершенно не вязалось с тем образом Мастера Стоуна, который сложился в моём восприятии. Да и он с детьми вёл себя совсем не так, как со мной. Видимо, вся неприязнь и плохое настроение только мне достались. Знать бы ещё – за что?! 
Ужин проходил в тёплой атмосфере, дети шумели и продолжали разговоры, Кэр улыбалась и, похоже, откровенно радовалась, что донимают не её. А Мастер Рассел всем улыбался, что-то рассказывал, отвечал на вопросы, даже заспорил с Эрином, который, на правах старшего из подопечных Кэр, принялся доказывать, что «ты, дядя Расс, сам обещал лично сопроводить всех на соревнования и занести команду в список участников».
Стоун нахмурился, но как-то по-доброму, будто что-то вспоминая, и тут же широко улыбнулся. Непривычно так, будто другой человек, а никак не грозный Мастер Рассел Стоун. Но его улыбка вдруг стала лукавой, и я поняла – ничего он не другой, просто вот такой он и есть. Разный. Добрый ко всем и ненавидящий меня. За что?
Ответа у меня не было. А ещё было очень обидно.
А «дядя Расс» принялся объяснять Эрину, что он, помнится, обмолвился о том, что непременно допустит их к соревнованиям, но только если команда будет полной, а Ксалира и Малиси сейчас отсутствуют и у них недобор получается.
- Я могу, я! – радостно воскликнула Алька.
- Молчи, дурёха, - буркнул ей Сан с полным ртом. Прожевал и добавил: - Я тоже могу, и как раз был бы полный набор, но ты же мелкая.
Алаика грустно опустила голову. И даже, кажется, всхлипнула. А мне вдруг так обидно стало. И за эту девочку, и за её брата, который явно тоже хотел поучаствовать в каких-то там соревнованиях, и за всех ребят, которые понурились. В общем, я, наверное, просто растрогалась. Иначе как ещё объяснить предложение, которое выдвинула, неожиданно даже для себя.
 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 
- Может… я могу поучаствовать? – спросила неуверенно, подчёркнуто глядя на Кэр.
На Мастера Стоуна я за весь ужин вообще ни разу не взглянула. Всё чудилось, что стоит мне на него посмотреть, как увижу тяжёлый, хмурый взгляд. И вот сейчас я тоже чувствовала этот взгляд. Отчаянно старалась не смотреть на него, но его взгляд почувствовала.
Однако Кэр улыбнулась мне, светло и ободряюще, потом повернулась к Мастеру Стоуну и очень тихо, я бы даже сказала осторожно, произнесла:
- Ты не будешь против?
- Не смешно, - ответил, как отрезал Мастер. – Эль только получила способности. Она ничего не умеет.
- А мы её подтянем, - предложила профессор Дэнтли. – Если ты сам возьмёшься за практику, уверена, успеем!
- Две недели, Кэр, - напомнил Мастер. – До соревнований две недели. И даже с учётом разновозрастной группы, вы всё равно попадёте в среднюю категорию, учитывая возраст Эль.
- Но попробовать-то можно, - невозмутимо возразила профессор Дэнтли.
И все дети за столом с надеждой и трепетом уставились на Мастера. А я вдруг осознала, что, кажется, ввязалась во что-то совершенно непонятное. Что за соревнования? Что мне придётся делать? Кто меня вообще за язык тянул?!
- Приму решение чуть позже, - отрезал Мастер Стоун. – Эль?
И мне пришлось посмотреть на него, превозмогая нервозность и откровенный страх. Мастер ответил мне пристальным взглядом, прищурился и вдруг весело произнёс:
- Ребят, а вы давно не радовали меня своими достижениями. У вас полчаса, жду в гостиной.
Дети тут же повскакивали из-за стола, но были вынуждены сесть обратно, когда профессор Дэнтли строго напомнила:
- Сначала чай.
- Десерт, - радостно протянула Алаика.
Сан поджал губы, но его глаза тоже заблестели от предвкушения. Остальные ребята постарались сдержаться, но явно тоже были не против сладкого.
- Эль, поможешь мне? – улыбнулась Кэр.
Я с готовностью поднялась из-за стола и последовала за ней на кухню. Но, стоило нам только войти, как за спиной послышался голос Мастера.
- Эль, выпьем чай в гостиной, - произнёс он.
И Кэр, как раз достающая из аккуратной печи ароматные кексы, замерла. Она ловко перехватила едва не выскользнувший из рук противень с выпечкой полотенцем, перенесла его на стол и, хмурясь, предложила:
- Принесу вам чай к камину.
- Спасибо, - тепло улыбнулся ей Мастер.
А потом жёстко схватил меня за предплечье и потянул за собой.
- Да отпустите же вы! – не выдержала я уже на входе в гостиную. – Не убегу же я, в конце концов!
- А вот это спорно, - хмыкнул Мастер, подвёл меня к креслу и почти швырнул в него.
С трудом удержала равновесие и постаралась максимально спокойно усесться в кресло, хотя меня раздирали сомнение, недоверие и откровенный страх перед этим непонятным, таким разным и преимущественно жестоким по отношению ко мне мужчиной.
Он устроился напротив, в таком же кресле, взглянул на тёмный камин, и в нём тут же заплясали язычки пламени, стремительно разгораясь в жаркий огонь. Мастер ещё с минуту смотрел на пламя, я молчала. А потом он вскинул голову и посмотрел прямо на меня, требовательно, жёстко, осуждающе…
- Да что я вам сделала?! – не удержалась от возмущённого возгласа.
И следующим, что я услышала, был оглушительный хлопок дверей гостиной, закрывшихся и отрезавших нас от разносящегося по всему дому гомона из столовой. Сразу же стало нестерпимо, угрожающе тихо. И озноб по коже, будто я что-то натворила и теперь придётся расплачиваться за это.
- С кем ты сегодня встречалась, Эль?! – вдруг резко подавшись вперёд, требовательно спросил Мастер.