Магия льда для чайников

– Карвальды мы! – бодро отозвалась без малейших угрызений совести. – Дед послал, говорит: все лучшее – вам!
– Вот пусть сам приходит, а не детей присылает, – отрезал повар. – Не припомню, чтоб у Скарна младшие внучки были. Старших я видел, а ты кто?
– Приемная!
Господин Сольгренд продолжал хмуро меня рассматривать. Видно, неплохо знал старика Карвальда и понимал, что абы кого с улицы тот бы не пригрел.
  
Нельзя ему давать время на размышления!
– Ну не хотите, я другому кому отдам. Мне дед список составил, – проворчала я и развернулась к выходу.
– Куда? Мешок оставь!
То есть он собирается забрать грибы просто так, не заплатив? Удобно устроился.
– Дед сказал, без денег не приходить, – я скорчила жалобную рожицу.
– Какие счеты между поставщиками… Сам бы пришел потом, – бормоча себе под нос, повар задрал фартук и полез в карман. Отсчитал крупные, плоские, как картон, монеты и сунул мне в руку.
Наверняка мало дал. Вот чую. Но спорить я не стала. Сунула ему в руки мешок и дунула прочь что было духу, пока за мной никто не погнался.
Остановилась лишь в трех кварталах, на самой окраине. На безымянный городишко опускались сумерки, холодало.
Было понятно, что постучаться в первую же дверь и попроситься на ночлег не выйдет. Сдадут точно так же, как дед Карвальд.
Оставался только один выход.
По поводу приюта я оказалась права.
Основным строением в нем являлся именно забор.
Собственно, так я его и нашла – прогулялась вокруг городка и наткнулась на высоченную стену, украшенную поверху колючей проволокой. Вариантов, что это, было немного: либо тюрьма, либо детский дом.
Угадала.
Перед тем как постучаться в кованые ворота, я тщательно припрятала полученные деньги. Пересчитала, разглядела, чтобы хоть представлять, как они выглядят. Круги размером с ладонь, вырезанные из листа металла, с отпечатанным узором-сеточкой и номиналом в пять фирнов, что бы это ни означало.
Девять штук.
Интересно, что на них можно купить, кроме мешка грибов?
А скорее, горсти. Думаю, обсчитали меня знатно. Но пусть это останется на совести трактирщика.
Мне набрать еще из леса – не проблема, а вот ему я теперь вряд ли что-то принесу.
О будущих заработках придется еще поразмышлять.
На то, что мне выдадут приз за самосдачу, рассчитывать не стоит. Вряд ли тут меценаты сидят, иначе дети сами бы сюда рвались – получить вознаграждение и путевку в лучшую жизнь.
А в том, что могут отобрать нажитое, сомнений никаких.
Так что деньги закопала вместе с шалью и жилеткой. Свернула из них плотный рулон, упаковала заклинанием стазиса, потратив весь резерв одним махом, и сунула в ямку. Место выбрала тщательно – со стороны пустоши, подальше от города, чтобы не попасться на глаза любопытствующим. Никаких артефактов слежения или посторонних аур поблизости не было – за тайник можно не переживать. Дождется.
Можно было бы всю одежду так припрятать, но смысл? Я скоро вырасту и в высоту, и в ширину, по крайней мере местами. Рубашки и свитер точно станут малы, а жилетку можно и расстегнутой носить.
О порядках за стеной я не знала ничего.
Но реальность умудрилась меня неприятно удивить.
Сначала на мой отчаянный стук долго не отвечали.
Я уж было решила, что придется ночевать в сугробе.
Но тут послышались неторопливые шаги и калитка распахнулась.
– Че надо? – неприветливо буркнул массивный мужчина, по самый нос упакованный в пушистый козий тулуп мехом внутрь.
Шерсть торчала на стыках кусочков, создавая причудливо-клетчатый узор.
– Сирота я, – жалостливо протянула, силясь разглядеть, что там, за спиной охранника. – Род от меня отказался. Велели сюда идти…
– Водница? – прогудел он еще раздраженнее.
Вот чем он недоволен, спрашивается? И почему магия воды в такой опале здесь? Нас же на руках носить должны. И купола поддерживаем, и снега вокруг – топи не хочу.
Не понимаю логики.
Но, надеюсь, скоро объяснят.
– Проходи уж. Поздно, директор спит уже, завтра документы оформим.
Страж отступил в сторонку, пропуская меня во двор.
За забором начиналась узкая протоптанная в снегу тропинка, ведущая к квадратному приземистому зданию. Не знай я, что это приют, решила бы, что склад. Эдакая коробка с редкими узкими бойницами окон.
Но не землянка все-таки. Занятно.
– А у меня нет документов, дяденька, – жалостливо вытаращила я глаза, прошмыгивая мимо.
Господин Торсфламм меня отчего-то бумагами обделил. Решил, что я все равно никуда не доберусь и сгину в метели, а трупу документы без надобности? Или не хотел, чтобы я пятнала имя его рода своей мерзкой водной магией?
– Вас таких половина, если не больше, – пробасил охранник. Вблизи он уже не казался таким страшным. Ну высокий, ну плотный. Судя по форме тулупа, скорее толстый, чем мускулистый. – Имя есть хоть?
– Кристель я.
– Кристель, значит. – Мужчина пожевал мясистыми губами, о чем-то размышляя. – А Кальдорн тебе случайно не брат?
Брат?
Внутренности скрутило в ледяной узел, дыхание перехватило.
Точно, папенька что-то говорил о брате, который, как и я, не оправдал надежд. Но как его звали?
– Кальдорн? – переспросила я, не до конца овладев голосом.
Вышло хрипло и невнятно.
Охранник оживился.
Служить привратником – скучное и однообразное занятие. Кто-то сериалы смотрит, а здесь такого развлечения пока не придумали. Только и остается – за другими людьми следить.
– Точно, Кристель Торсфламм ты. Имя больно редкое. Он постоянно о тебе говорит, все переживает, как ты там, какой дар унаследовала. А ты вот…
– А я вот. – Развела руками и виновато улыбнулась, совершенно не чувствуя веселья.
Вот это я попала.
Брат-то родной – сразу поймет, что я не настоящая Кристель!
С другой стороны, мы наверняка давно не виделись.
Изменения в поведении вполне можно списать на подростковый кризис. Повзрослела, пострадала, поумнела. По-что-нибудь еще.
Узнать бы его вообще! Лица-то не помню.
Я сильнее стиснула котомку, борясь с желанием убежать обратно в снежную пустыню. Там хоть все понятно – холод, тьма, безмолвие. Вернусь в лес, построю шалаш из веток и листьев.
И одежду себе из травы шить буду, да-да.
Нет уж.
Сидя под кустом, как заяц, мир не спасешь.
Что мне сделает Кальдорн, даже если я его не узнаю? А ничего.
Зато я смогу ему помочь. Предупредить, чтобы в оазисы не совался. Это меня там уважают, а обычному воднику запросто печать влепят, и все – привет, зависимость.
И остальных ребят уберегу.
Интересно, куда их проверять водят? Вряд ли туда, где я уже побывала. Никаких признаков человеческого присутствия я там не заметила, разве что трава на опушке покороче местами, где ее Карвальды скосили. Значит, неподалеку есть еще оазис или даже несколько.
Удачно я зашла. Мне как раз для практики и развития резерва не помешает регулярно общаться с Древом. Безо всяких лишних печатей, разумеется.
Главное, найти этот близлежащий лесок и как-то договориться с его хранителем.
Охранник довел меня по вытоптанной тропке до крыльца и постучал по металлической, слегка вздувшейся двери. Та распахнулась, выпуская облако тепла и тучную пожилую женщину.
– Чего колотишь, как оглашенный? Ночь же, перебудишь всех! – ворчливо начала она, но тут заметила меня, осеклась и продолжила совершенно иным тоном: – Деточка, да ты замерзла напрочь! Как давно ты на улице?
– Со вчерашнего вечера, – честно ответила я.
Та схватилась за голову.
– Как ты жива-то еще! Ужас какой.
– Это сестра Кальдорна, – вставил позабытый нами охранник. – Ты уж позаботься о ней, Тириса.
  
Добродушная тетечка заохала еще громче.
– Как и брат, кожа да кости! Ничего, мы тебя обогреем, накормим. Пойдем.
И ухватив меня за руку, чуть ли не силой поволокла за собой вглубь дома.
Дверь за нами со зловещим скрипом закрылась, отсекая пути отхода.