Седрик – наш Король! (СИ)

Их волшебные палочки сложены в специальный экранированный контейнер. На запястье мисс Грейвс красовался платиновый браслет с рунами, подавляющими магию. Подавитель она использовала, дабы при резкой смене настроения не повлиять на магловскую технику, ведь при особо мощных выбросах последняя может и отказать.
Найджел с радостью бы остался в штаб-квартире МАКУСА с бумажками, но Кэтрин решила взять его с собой в Лондон. Зачем? Он не набрался смелости спросить. Да и начальница всегда права. Выбора особо не было, потому он молча следовал её приказаниям.
Вскоре тряска прекратилась, а самолёт начал снижаться. Приятный женский голос в динамиках успокаивающе пропел:
— Дорогие пассажиры, ориентировочное время прибытия в аэропорт Хитроу — двадцать минут. Погода за бортом…
Дальнейшие слова Найджел не слушал. На лицо выползла глупая улыбка. Осталось потерпеть лишь двадцать минут. Двадцать минут мучений — и он окажется на земле.
«Фух… Надеюсь, самолет сядет и все будет в порядке», — мелькнуло у него.
Чёрт знает, почему мисс Грейвс вместо официального заказа международного портключа захотела воспользоваться магловскими авиалиниями, к тому же не посвятив в это никого, кроме своего секретаря. Но, когда Кэтрин покончит с делами в Британии, он будет просить её выбрать иной путь назад; можно ведь добраться на том же пароме, к примеру. Во всяком случае, в трезвом сознании на самолет Наджейл больше не полезет. А если его мольбы не помогут, то пусть уж лучше мисс Грейвс вырубит его и затащит на рейс сама.
Он скосил взгляд в сторону начальницы… и тут же резко отвёл.
На её лице также застыла улыбка. Вот только это была не улыбка облегчения, как у него. Это больше напоминало оскал кровожадного монстра, напавшего на след жертвы. Её радужки глаз, несмотря на подавление негатора, поблёскивали изумрудными бликами.
«Мне уже жаль того бедолагу, который перешёл ей дорогу, — подумал Найджел. — Надеюсь, обойдётся без смертоубийств».
 Глава 14. Лондон и прочие неприятности (II) 
Выйдя из лавки Олливандера, Кинг задумчиво осмотрел новую волшебную палочку. Покрутив её в руке, он удовлетворённо хмыкнул, сложил в старый кожаный чехол на поясе и последовал по Косому переулку в направлении магазинчика «Чудесные волшебные палочки Джимми Кидделла».
Прежний концентратор Седрика был из ясеня с сердцевиной волоса единорога. И около часа Гаррик пытался подобрать магический инструмент, исходя из прошлых данных о владельце. Но все опробованные палочки либо не слушались Кинга, либо заклинания выходили с трудом, даже несмотря на возросшие классовые показатели, в том числе и контроль.
Мастер палочек пробовал сердцевины феникса и единорога, и усы тролля, и с различными комбинациями древесин, но результаты были далеки от положительных. Наиболее близкой оказалась палочка из вишни и сердечной жилы дракона, но Кинг не почувствовал какого-то особого отклика от неё. Базовые заклинания выходили вполне сносно, однако разницы между колдовством без палочки и с применением этого инструмента практически не было.
Видя, что парень не особо доволен последним вариантом, Олливандер прищурился:
— А вы привередливый клиент, мистер Диггори. История знает случаи, когда характер мага после сильных потрясений кардинально менялся, отчего прежняя палочка больше не признавала хозяина, а новые, по тем или иным причинам, не подходили. Не переживайте, у меня есть один вариант. Сердцевина крайне редка, древесина в Британии тоже не особо распространена, и я не уверен, что эта палочка вам подойдёт… однако попробовать нам ничего не мешает, верно?
  
Старик, тряхнув гривой седых волос, скрылся из виду, чтобы через несколько минут вернуться с продолговатым металлическим цилиндром. Открыв оный, Гаррик вытащил короткую антрацитовую палочку и протянул её Кингу. Она источала какую-то незримую, но ощутимую ауру пустоты и пронизывающего холода.
Кинг недолго думая взял её. Стоило ему только коснуться её, как в просторном помещении дыхнуло морозным ветром, хотя окна были плотно закрыты. Стало заметно темнее, будто ночь одномоментно решила вступить здесь в свои владения.
Однако вместе с тем Кинг почувствовал облегчение, а мана в каналах запульсировала. Он взмахнул палочкой, на пробу. Невербальный Люмос зажёгся столь же легко, будто он практиковал это заклинание всю жизнь. Яркий и мощный огонёк голубого света слепил не хуже солнца, пусть Кинг и вложил в заклинание всего пару единиц маны.
«Контроль возрос, а энергозатратность настолько снизилась? Отлично!» — Кинг не сдержал улыбки. Окружающая тьма окончательно рассеялась.
Олливандер шарахнулся от него, как от прокажённого, едва не кувыркнувшись через стул. Видимо, не стоит чемпиону улыбаться на людях.
Кинг тут же вернул лицу холодно-индифферентное выражение:
— Мне она подходит. Сколько с меня?
Олливандер, сухо сглотнув, всё же подошел ближе, уставившись блёкло-серебристыми глазами на палочку.
— Мистер Диггори… Вам разве не интересно, из каких материалов сделана палочка? — осторожно поинтересовался он.
«Не особо», — подумал Кинг, но вслух всё же поинтересовался, приличия ради.
Гаррик уселся на стул. Некоторое время он молчал, собираясь с мыслями, но всё же поведал:
— Девять дюймов. Создана из древесины сакуры…
Кинг приподнял бровь. Насколько он знал, вишня — довольно хорошая древесина для магических концентраторов. Насчет сакуры информации у него не было совсем, но вряд ли свойства древесин сильно отличаются. Только один вопрос мучал Кинга… почему палочка из сакуры такая мрачная? Её покрыли специальным лаком ради антуража? Будто на заказ для какого-то тёмного лорда.
— Однако сердцевина непроста, — продолжил Олливандер. — Именно сердцевина повлияла на цвет и ауру этой палочки… Вы знаете о фестралах? Видели их когда-нибудь?
Кинг кивнул. Он знал о них из бестиариев. Кажется, в Запретном лесу он даже видел силуэт одного из костлявых коней с кожистыми крыльями, но они относительно безопасны, если их не провоцировать. Только если проявлять к ним открытую враждебность, можно навлечь на себя беду.
— Их способны видеть лишь те, кто узрел смерть, — мрачно сказал Олливандер.
Кинг видел смерть. Как смерть родителей во время аварии, так и смерть бедолаг, погибающих от лап монстров в его прошлом мире. Даже последние минуты своей жизни он наблюдал, как окружающие люди умирают, осыпаясь прахом. Так что смерть ходила за ним практически по пятам, на пару с его ветреной фортуной.
— И уж тем более практически никто не способен в полной мере овладеть палочками с сердцевинами из волоса фестрала, — сказал Оливандер. — Есть одна легендарная палочка с подобной сердцевиной, однако она стала проклятой. Она даёт владельцу необычайную мощь, однако по-настоящему не подчиняется никому из волшебников, переходя из рук в руки.