Городовой (СИ)

Фома кивнул головой.
— Ты, Наум, под видом прохожего будешь там стоять — мы тебя раньше высадим. Свистеть умеешь? Свистнешь хорошо, если увидишь полицию или жандармов, или, например, если группа людей будет в подъезд заходить. Уйдёшь с Панкратом — бабу сразу с собой заберёшь, нечего ей всего видеть.
Ну вроде всё. Расходимся. Готовьтесь и собирайтесь внизу.
Когда все разошлись, Иван спросил:
  
— А я?
— А ты, Иван, лучше тут посиди — и так слишком большая толпа едет. Незачем тебе светиться. У тебя другая работа будет. Узнай всё насчёт этих жидов, которые документы подделывают. Как мы уедем, Фома даст человека — с ним сходишь, посмотришь, что там и как. А завтра уже вместе пойдём. И ещё — будь тут. Ты мне нужен будешь на допросе. Приготовь перо, чернила или карандаш, бумагу — в общем, всё, что нужно, чтобы записывать показания.
— Хорошо, сделаю.
— Ну всё тогда. Ни пуха!
— К чёрту!
Операция прошла как по маслу. Как только Маруся начала томным голосом звать его по имени, шпион и поплыл. Резко дёрнув дверь на себя, я ударил Лорда дубинкой в лицо, потом вместе с Малышом навалились и скрутили его. Вроде подготовились ко всему, но забыли взять верёвку. Разорвали простыни и спеленали его. Предварительно я обыскал, нашёл небольшой револьвер «бульдог», как раз в скрытой кобуре наплечной. Подготовился, гад. Кстати, нам очень повезло — видимо, он уже знал о произошедшем и готовился бежать, и поэтому собрал все документы. И даже сейф был открыт, деньги, а их было немало, упакованы в два саквояжа. Большой сиял, как медный грош, подходя к сейфу, пнул Лорда ногой.
— Ну что, гнида, спёкся!
Я наклонился к Лорду.
— Смотри, друг мой, у тебя сейчас два варианта: можешь спуститься с нами по-хорошему, или мы тебя эфиром усыпим и так вытащим, но потом тебе плохо будет.
— Я сам пойду.
Помимо сумок с деньгами и портфеля с документами, нашли ещё пару револьверов «Уэбли» — хоть и британская, но вещь неплохая. Нам всё сгодится.
— Эх, сейф хороший, его прибрать бы — пригодится.
— А ты ключи возьми да запри хату. Потом со своими приедешь, да вынесешь.
— Вот это дело! — снова оскалился Большой.
— Ладно, все взяли — уходим.
Шелест и Большой похватали все саквояжи, а я с Малышом под руки взяли Лорда. Большой закрыл дверь, и начали спускаться. Пока Лорд вёл себя хорошо. Уже подходя к входной двери, я резко развернулся и с правой пробил его в солнечное сплетение так, что тот упал бы, если бы мы его не поддержали — зато не заорёт на улице.
Так и затащили его в воронок.
Лорд думал, что мы жандармы, поэтому был спокоен. Начал нервничать, когда мы стали подъезжать к лавре. Пришлось пробить ему ещё пару раз.
Сначала Лорд, вернее Лоренс Мэллори, который рассказал нам очень много интересного. Иван аж писать устал. Мы заперлись втроём — я, Малыш и Иван. Сначала Лоренс сопротивлялся, но после того как я научил Малыша дубинкой отбивать пациенту седалищный нерв, рассказал всё. Я даже побоялся, что он загнётся раньше времени. Мужик даже ногти сорвал во время процесса. Иван с лица сбледнул, но выдержал, особенно в свете открывшихся подробностей.
Когда беседа пошла на второй круг, я понял, что пора заканчивать, и Малыш просто свернул ему шею. Ну как свернул — попытался. Это в кино шею сворачивают одним движением, на самом деле это очень трудно сделать. Человек — достаточно крепкое изделие. Так вышло и сейчас — Малыш шею ему вывихнул, а не сломал. Англичанин хрипел и был ещё жив.
— Малыш, чтобы сломать человеку шею, нужно хорошо взяться двумя руками и резким сильным движением переместить подбородок на место затылка. Давай, попробуй.
Раздался неприятный хруст, и на этот раз британец успокоился. Раздетый до исподнего, зарытый в солому, трясясь на выбоинах, он отправился в свой последний путь — в путешествие по негостеприимной России.
После того как снова все собрались и получили по пухлому конверту с деньгами, все бригадиры, как я их про себя называл, довольные разошлись. Деньги получили и Хромой, который отсыпался после бессонной ночи, и подруга Грини, которая чётко сделала свою работу. Иван тоже получил свою долю — он уже нашёл жидов и ждал меня. Остался только Фома.
— Фома, жиды твои надёжные? Давно с ними работаешь?
Тот пожал плечами:
— Ну как жид может быть надёжен? Пока от них проблем не было. Им ведь самим край, если их заметут. А что задумал?
— Да есть одна темка. Сегодня отдых, завтра провернём.
— Кто нужен будет?
— В это дело посвящать особо никого не будем. Пойду я с Малышом и ты.
— Хорошо. Так а что делать надо?
— С Мухой беседовать будем.
— С какими последствиями?
— А это как беседа пойдёт, но в любом случае благоприятными для нас. А вот за гражданина Мухина судить не ручаюсь. И вот ещё, Фома, личная просьба. Найди мне двоих мужиков, не связанных с криминалом. Лучше из отставников, можно разорившихся — это неважно. Такие нормальные нужны, не для наших дел. Тут куча народу ошивается, наверняка должны быть такие, что работу ищут. Если возможно, покрепче чтобы были.
— А когда надо?
— К завтрашнему утру. Вернее, лучше вечером, чтобы уже были.
— Хорошо, сделаю. И вот ещё… Граф, что дальше вообще делать и как жить будем?
— Вопрос серьёзный. Давай так: завтра… нет, завтра не успеем. Послезавтра, после беседы с Мухой, соберём всех старших и будем говорить. Я скажу всё, что думаю, и вас выслушаю. Там решим.
— Добро.
Жиды оказались, по первому впечатлению, нормальными — во всяком случае, не вызывали антипатии. Как я понял из беседы с ними, главное, что их интересовало, это личное обогащение. Когда я спросил, как они относятся к тому, чтобы пощипать их единоверцев, они даже возмутились — какие, мол, единоверцы. Еврейский котёл очень сложный, и отношения там такие же. Ладно, будем посмотреть.
После того как я рассказал, что мне от них нужно, они посмотрели на меня уже совершенно иначе.
— Ну что, господа, сможете сделать?
— Да сможем, конечно, но вы же понимаете, что бумага будет недействительной.
— Разумеется. Поэтому мне нужно будет от вас не только эта бумага. Если мы сработаемся, на что я надеюсь…
И выразительно посмотрел на них, отчего те подобрались. На самом деле о произошедшем в лавре не знали, наверное, только груднички — слухи и информация разносятся как пожар, тем более в таком закрытом сообществе. Поэтому евреи-фальшивомонетчики, как я их про себя называл, прекрасно знали, кто я такой.
— Так вот, мне нужно, чтобы вы нашли хороших юристов — можно молодых, неважно. Главное, чтобы они работали на меня и защищали мои интересы и моих людей. Если люди проявят себя, создадим свою юридическую контору. Все будут зарабатывать достойно. Но, господа, сами понимаете, какие дела мы будем делать, поэтому белоручек и чистоплюев нам не надо. И не тащите в тему только своих — в любом случае я буду всех дополнительно проверять, это тоже учитывайте. Это первое. Второе — мне уже сейчас нужен человек, который понимает в банковском деле.
Оставив господ мошенников с авансом и задумчивыми лицами, отправился к Ивану.
— Теперь ты. Ищи людей, Иван. Можешь написать письма своим — мне нужны бывшие отставники, военные, просто нормальные, надёжные мужики.
Иван покусывал губы и мялся.
— Понимаешь… Граф, не все смогут такими делами заниматься.
— Иван, а с чего ты взял, что они мне нужны для этого? У них будет совершенно другая задача. Слушай, я хочу создать охранную фирму.
И в течение получаса рассказывал ему о перспективах создания ЧОП и всеми последующими раскладами. Морщины Ивана с моим рассказом распрямлялись, да и весь он как-то подобрался.
  
— Вот это дело серьёзное. Да… — протянул он. — Планы у тебя, конечно. Большое дело.
В дверь постучались. Это были евреи-жулики.
— Можно зайти?
Я молча сделал знак, чтобы заходили.
— В общем, есть у нас человек — стряпчий. Русский, зовут Аристарх Кулагин. Я думаю, это тот человек, который вам нужен.